Прямо в сердце - Салма Кальк

И прямо возле домика на земле из ниоткуда возник ещё один маг-некромант, совершенно ей неизвестный. Он держал за ухо Пьеррена, внука дядюшки Туше.

- Что, дьявол вас всех забери, здесь происходит? – поинтересовался он.

Изабель всё равно что заморозили – она могла только стоять и разевать рот. Потому что… да откуда взялся этот маг, и зачем Пьеррен его привёл? Или наоборот, это Пьеррена привели?

- А ну выходите из дома все, кто там есть живо, спасём сейчас ваши горшки и плошки, и еду забирайте, - командовал этот неизвестный ей маг.

Спасём? Можно спасти? Она наконец-то сбросила оцепенение, мигом погрузила в неподвижность оставшихся солдат – оба повалились наземь, лошади разбежались – ничего, дядюшка Туше поймает потом.

- Говорите, можно спасти дом? – спросила она у неизвестного.

- Спасём, только припасы надо забрать, протухнут. Эк вас там много-то пригрелось!

Она нырнула через тени внутрь, схватила горшок с похлёбкой, вытащила ногами, сунула Жавотте. Нырнула ещё раз, за хлебом и за молоком, и в третий раз – за корзиной с морковью и луком, и этот третий уже оказался пределом – свалилась вместе с корзиной на землю в скрутившем её сильнейшем приступе кашля.

И могла только видеть, как неизвестный маг зовёт через зеркало других, и появляются ещё трое. А потом они вместе прихлопнули домик мощным щитом, как крышкой какой – и под той крышкой пламя довольно быстро погасло.

- Крыша погорела, да чердак, а дом-то цел остался, только проветривать долго придётся.

- Ничего, справятся.

- Справимся, господа маги, благодарим вас от сердца, если бы не вы!

- Что тут у вас вообще происходит? – спросил старший из магов. – Луи, как тебя сюда занесло? И зачем ты убил солдат? Слов не понимали, что ли?

- Так они ж, окаянные, дом-то подожгли, - сказал дядюшка Туше.

Изабель понимала, что ей надо срочно куда-то деться отсюда, но кашель не переставал, и силы кончились. Она могла только лежать на земле, и даже до свалившейся шляпы не доставала.

- Взгляните, господин маркиз, какая неожиданная находка, - говорят совсем рядом с ней.

А потом бесцеремонно берут под мышки и поднимают, но ноги её не держат, стоять у неё не получается. И слова «господин маркиз» доходят как сквозь толщу воды.

Какой ещё, к дьяволу, господин маркиз? Неужели… тот самый? Она слышит шаги, поднимает голову… и встречается с ледяным взглядом серых глаз. Но лёд сменяется… чем? Изумлением? Пониманием?

- Леди Элизабет, вы ли это? – произносит он с усмешкой по-аглицийски.

- Меня зовут Изабель Рикот, - отвечает она по-франкийски и тоже пытается усмехнуться.

- Луи, усади куда-нибудь… госпожу Рикот, видишь, она наглоталась дыма, пока спасала свой обед, - командовал тем временем маркиз. – Да нет же, не на землю, земля холодная, замёрзнет. Вон, там сундук вытащили, на него. Что? Если сбежит? Да и пускай бежит, разве ж я сторож неумелым девчонкам, возомнившим себя великими магами?

А по роже холёной он давно не огребал, этот маркиз? Изабель сама не поняла, отчего начала думать, как разбойники и отребье, которого за полтора года перевидала достаточно. Но сил и вправду не было, и она осталась на сундуке – на её собственном, к слову, сундуке, который вытащили Черити и кто-то из мужчин. Черити тут же подобралась и присела рядом на землю.

- Земля холодная, садись на сундук, - велела ей Изабель.

- Что он вам сказал, этот человек со страшными глазами? – шептала камеристка.

- Он понял, кто я, - что скрывать-то, сейчас все узнают, наверное. – Это маркиз де Риньи. Видишь, он похож на того своего сына, который вез нас позапрошлым летом.

Маркиз ходил и командовал – собрать и уложить троих покойников, допросить двоих оставшихся в живых, поймать лошадей, собрать оружие. Его слушались все, и дядюшка Туше тоже. В доме раскрыли настежь все окна и обе двери, а Изабель подумала – будь она поживее, продула бы магически, а сейчас не может, так подкосил её дым. Ладно, не только дым, а ещё и охота на возвращенца, и потом схватка с солдатами – двоих-то она уложила. И это ещё амулет не снимала, а могла бы.

Неумелая девчонка, значит, да? Самого-то, наверное, учили? И учили не просто так, а сначала дома с толпой учителей, а потом в этой их академии, которой сейчас нет? А не как её – сначала дома ни то, ни сё, а потом поволокли замуж на край света? И ладно бы хоть довезли до того замужества, но нет же, потеряли по дороге. А теперь, значит – неумелая девчонка. Ну да, ну да.

Домик проветрили, Жавотта утащила горшок обратно – и уже из домика закричала, что сейчас мигом согреет и подаст, на всех хватит, и на своих, и на господ магов тоже. Ну да, господа маги спасли имущество дядюшки Туше. Крышу перестелют, если дождь не зарядит, солома есть. Вещи почистят-постирают. Большая часть припасов в кладовке, она отдельно, у неё крыша не горела и её смертной силой не прихлопнули. Так что… всё в порядке.

Но откуда они вообще взялись?

- Черити, позови Пьеррена.

Она на миг усомнилась, но Изабель сопроводила слова взглядом, и та подхватилась и мальчишку привела.

- Изабель, я не виноват, я ж не знал, что это маг, - захныкал паршивец.

- Что ты вытворил? – спросила она сурово.

- Ну… я залез к нему в карман в трактире в Номе, а он тут же меня хвать за ухо и в тени, - вздохнул воришка. – И сказал, что не выпустит в мир, там и бросит, если я не скажу ему, где живу. Ну, пришлось сказать, что я внук дядюшки Туше. И он как-то понял, куда идти, и привёл меня домой. А тут у вас вон что, - он кивнул на троих покойников. – Что теперь будет-то?

- Да ничего не будет, только я бы двоих оставшихся тоже прибрала, - пожала плечами Изабель. – Разболтают ведь.

- Надо с умом, - сплюнул Пьеррен, - наверняка они сказались своим, куда поехали.

Впрочем, маркиз распорядился увести двоих оставшихся куда-то – и его некроманты их забрали. Лошадей поймали и поснимали с них всю сбрую – потому что приметная, лошади ж армейские. А покойников маркиз тоже допросил – Изабель смотрела во все глаза, она однажды видела такое,