Сибирский приключенческий роман 6 - Василий Владимирович Коростелев

окочуришься. Да им-то всё едино. Вот подожди малость, через час-другой начнут из ракетниц палить. А то из наганов по бутылкам пуляют. Ладно, когда парни стреляют, а то девкам наганы дают — а те мажут куда ни попадя. В энто время лучше из дому не выходить. Застрелят, на хрен, а потом спишут на несчастный случай. Ещё скажут, что сам себя подстрелил. Откупятся, сволочи, да только тебе-то уже будет всё равно. Будешь гнить в сырой земле. А эти твари…

— Ну-ну, — остановил его Андрей. — Ничего ведь ещё не произошло. Чего ты так разволновался?

Мужичок обиженно засопел.

— Вот погоди, как не дадут тебе спать, так я посмотрю, как ты запоёшь! — сказал и отвернулся.

Андрей не стал спорить. Сидел, раздумывая, целую минуту, потом неспешно поднялся.

— Пойду пройдусь, — произнёс в сторону и вышел на улицу. А там — сплошная темень, ночь наступила. Крохотные звёздочки, словно маковые росинки, усеяли чёрную бездну над головой, с юга тянул тёплый ветер, пахло весною. Снег подтаял днём, а потом схватился ледяной коркой. Андрей побрёл по безлюдной дороге. В кармане куртки лежал пистолет с полной обоймой, рукоять приятно холодила ладонь. Через несколько минут он приблизился к толстой ограде из кирпича и остановился. Весь второй этаж огромного дома сиял огнями. Мелькали фигуры, визг раздавался, музыка раскачивала стены, взрывы хохота следовали один за другим, посуда звенела. Честная компания оттягивалась на всю катушку. Андрей уже повернулся уходить, как вдруг визги переместились вниз и сделались громче, раздался какой-то странный шум, и вдруг распахнулась входная дверь на первом этаже: вся честная компания вывалилась на широкое крыльцо. Окрестности огласились какофонией звуков: пьяными воплями, матерщиной и выраженьями бурной радости. Вся эта публика двинулась в сторону баньки, которая, видно, уже приготовилась к приёму гостей. Случилась, было, давка в узких дверях, но дюжие парни наддали сзади, и через несколько секунд дверь за ними захлопнулась. Внутри жарко натопленной избушки оказались три развесёлые женщины и шестеро озабоченных мужиков, среди которых Андрей разглядел и самого Волкова, который орал и куражился громче всех. А собак во дворе не было. Теперь, когда все были в парилке — пьяные, расслабленные и одуревшие, — прикончить Волкова было легче всего. Андрей решительно направился к кирпичной ограде. Подтянулся на руках и перемахнул на другую сторону. Спрыгнул на снег и замер, прислушиваясь. Самое время было появиться собакам. Но всё было тихо. По всей видимости, этих друзей человека заперли в какой-нибудь подсобке от греха подальше. Андрею это было на руку — не хотелось убивать ни в чём не повинных тварей. Однако были ещё твари двуногие. Не все же охранники в баню полезли! Им и по рангу это не положено, шибко жирно будет — хозяйских шлюх тискать. Но и охранников что-то было не видать. Видно, пользуются случаем — сидят наверху за хозяйским столом и разогреваются заморскими винами и местными закусками. Словно вдруг что-то вспомнив, Андрей опрометью бросился в гараж. Двери, как он и предполагал, оказались незапертыми. Внутри стояли два новеньких джипа. И оба без ключей. Зато в сторонке стояли двадцатилитровые канистры с бензином. Видно, готовились совершить прогулку по льду, вот и сделали запас. Андрей составил четыре канистры в багажник одной из машин. Кинул в багажник штыковую лопату с короткой ручкой, несколько досок, укрыл всё это брезентом и захлопнул дверцу. Теперь следовало позаботиться о второй машине. Открыв капот, Андрей выдернул наудачу несколько проводов из гнёзд. В темноте, да спьяну — не скоро разберутся. А ему хватит пары часов, чтобы уйти — так уйти, чтобы уже не догнали. Выйдя из бокса, притворил дверь и — прямиком к баньке.

Что там внутри творилось, его не интересовало. Встал сбоку от входа, чтобы его не было видно из верхних окон коттеджа. Оставалось лишь ждать. Было уже за полночь. Звёзды ярко лучились на аспидном небе, южный ветер по-прежнему дул, и всё так же одуряюще пахло весной, далёкими тропиками, вечным летом. Вдруг кто-то вышел на крыльцо коттеджа. Андрей осторожно выглянул из-за угла и рассмотрел вспыхивающий огонёк сигареты. На крыльце стоял охранник, держась одной рукой за косяк. Он смотрел прямо на Андрея. Точнее, он смотрел на баню, раздумывая: не пойти ли ему туда, где тепло и сыро. Докурив сигарету, стрельнул пальцем в звёздное небо. Та прочертила огненную дугу на фоне розовых и синих звёзд и упала в снег. Охранник показал свою спину и скрылся внутри. Андрей посмотрел на часы: половина первого. С водными процедурами пора бы уже закончить. Или они там до утра засели? И только Андрей так подумал, как послышались шорохи, кто-то грузно прошлёпал по ступенькам крыльца и с рёвом кинулся в сугроб. Через несколько секунд ещё один любитель острых ощущений барахтался в глубоком снегу, оглашая окрестности душераздирающими воплями, каких Андрей в жизни не слыхал. Затем на улицу выскочили сразу трое: два мужика и девушка. Были они все, понятное дело, в чём мать родила. Андрей зорко следил за этим моржеванием. Волкова среди любителей экстрима не оказалось. Накувыркавшись в снегу, вся троица кинулась обратно в баньку.

Андрею вдруг пришла в голову замечательная идея: поскольку все эти люди изрядно пьяны, то почему бы Андрею не влиться в эту компанию придурков? Кто там в темноте разберёт? Он уже сделал движение к крыльцу, и в этот момент со ступенек полетело в сугроб очередное тело. Снова была буря восторгов и животной радости. Снег с невероятной силой взбадривает организм. Настолько, что запросто можно отбросить копыта — это если здоровье слабое. А если здоровье ничего, то запросто можно совершить несколько сексуальных подвигов — на этом и строился расчёт.

Надо было на что-то решаться, да и надоело Андрею топтаться на улице. Холод донимал, есть хотелось, и вообще… Когда очередной герой, набесившись и наоравшись, направился, покачиваясь, обратно в баню за очередной порцией обжигающего пара, Андрей внезапно вышел из тени, быстро приблизился к нему и нанёс молниеносный удар ребром ладони по размягчённой шее. Рослый мужчина абсолютно молча повалился в снег. Вряд ли он успел что-нибудь понять. И только Андрей сунулся на крыльцо — распахивается дверь и очередное тело падает ему в объятия. Андрей и тут не растерялся. Короткий удар в солнечное сплетение — и тело повисло на нём всей своей массой. Тут уже решали секунды. Сбросив это добро в снег, Андрей влетел в раскрытые двери. Тёмный коридор, полированный стол, стулья. Одежда валяется на полу и на стульях; на стенах висят рубашки,