100 великих достижений цивилизации - Станислав Эдуардович Ермаков

В конце XVIII века камера-обскура уже почти совсем превратилась в знакомую всем (по крайней мере, по конструкции) фотокамеру, которую фактически сумел к 1800 году создать Том Веджвуд.

Но фотоснимок, конечно же, не в меньшей степени химия, чем физика. С этим согласится всякий, кто хоть раз пробовал сам проявлять и печатать пленку, пусть даже ночью в ванной. При этом химические реакции, легшие в основу получения изображений фотоспособом, известны издревле. Ведь они основаны на том же самом принципе, что хорошо известные каждому загар или выцветание окрашенной ткани в прямых лучах солнечного света. Но Веджвуд так и не сумел найти нужные вещества, чтобы сделать изображение постоянным. Неудачи были и до него – еще в конце первой четверти XVIII века профессор Галльского университета в Германии Иоганн Гейнрих Шульце обнаружил, что при попадании солнечного света на смесь мела с азотной кислотой, в которой содержалась некоторая доля растворенного серебра, она темнеет. Шульце поставил ряд опытов, результаты которых были опубликованы в 1727 году. Он провел эксперименты с буквами и фигурами, которые накладывал прямо на бутылку с раствором, и получал своеобразные фотографические отпечатки. Они пропадали, стоило встряхнуть сосуд, но вызвали большой интерес в научном сообществе.

Один из первых дагерротипов – натюрморт, снятый Луи Драгером в 1837 году

А за 17 лет до Дагера его земляк Жозеф Нисефор Ньепс успешно получил изображение с помощью солнца. В 1827 году в Лондоне он попытался рассказать о своих работах в стенах Королевского общества в Лондоне, но стремление сохранить технологию в секрете повлекло за собой отказ. Позднее разработки Ньепса легли в основу фотогравюры. Позднее, всего лишь за четыре года до сообщения Дагера, английский физик Уильям Генри Фокс Тальбот сумел получить негативное изображение на помещенной в камеру бумаге площадью около 7 квадратных сантиметров. По сути, он изобрел негативно-позитивный способ, то есть способ получения негативного изображения на светочувствительном материале, с которого можно получить неограниченное число позитивных копий.

Первые позитивные отпечатки продемонстрировал в Париже в 1839 году (вскоре после выступления Дагера) Ипполит Байар, а Джон Гершель прочитал в Королевском обществе доклад об изобретенном им способе фиксации изображений фотографий с помощью гипосульфита соды. Это соединение по-прежнему используется в фотолабораториях, где печатают по традиционным технологиям.

Итак, Дагер, как мы видим, не изобрел фотографию. Но заслуга его не становится меньше. Воспользовавшись знаниями, полученными от почти забытого на тот момент Жозефа Ньепса, он сумел предложить технологию на основе не использовавшихся ранее химических элементов. Изображение он получал с помощью паров ртути. Сначала с бихлоридом ртути, но изображения были очень бледными. Затем он стал использовать сахар или закись хлора, а к 1837 году (после 11 лет опытов!) придумал подогревать ртуть, пары которой проявляли изображение. Фиксировалось изображение сильным раствором обычной соли и горячей водой, которая нужна была, чтобы смыть частицы йодида серебра, не подвергшиеся воздействию света.

Сын Ньепса Исидор стал партнером Дагера, но впоследствии передал все права на изобретение ему.

Процесс дагеротипии был весьма сложным. Сначала тонкий лист серебра припаивали к толстому листу меди, затем полировали серебро до блеска и пропитывали парами йодида, что делало пластинку светочувствительной. Готовую пластинку в темноте помещали в камеру, а ту ставили на треногу и на улице направляли на любой освещенный объект, оставив его в таком положении от 15 минут до получаса. Зная, как долго приходилось людям позировать, чтобы получить свой портрет, невольно проникаешься восхищением к их долготерпению.

Теперь нужно было обработать полученное изображение.

Пластину помещали в небольшую кабинку, закрепив над контейнером с ртутью под углом 45 градусов. Спиртовая лампа нагревала ртуть до 65 градусов Цельсия (или 150 градусов по Фаренгейту). При этом надо было внимательно следить, когда благодаря проникновению частиц ртути на экспонированную часть серебра изображение станет видимым. Теперь пластину охлаждали в холодной воде и помещали в раствор самой обычной соли, которую вскоре заменил гипосульфит натрия. Через некоторое время ее вновь тщательно промывали.

Видеть такое изображение можно было лишь при определенном освещении. Получалось оно зеркальным и не давало возможности отпечатать нужное количество экземпляров.

Процесс, как несложно убедиться, был достаточно сложным и трудоемким, так что, несмотря на то что Дагер был хорошо известен парижанам в лицо и его часто видели с аппаратом на улицах, он не смог привлечь денег для развития своего открытия.

Революция свершилась лишь через тридцать с лишним лет, когда англичанин Ричард Мэддокс изобрел способ получать изображение на сухих светочувствительных броможелатиновых пластинках. Технология эта используется до сих пор и в черно-белой, и в цветной фотографии, а также при использовании кинопленки.

Кстати, мало кто знает, что одной из первых книг, проиллюстрированных именно фотографиями, стал труд Чарльза Дарвина «Внешние проявления эмоций у человека и животных» (1872), причем снятыми главным образом с короткими выдержками.

Дальнейшее развитие фотографии как технологии шло по пути совершенствования найденных решений. В XX веке удалось окончательно отказаться от хрупких стеклянных пластинок, сделав носителем светочувствительного слоя целлулоид.

Огромную сложность, конечно, представляла цветная фотография. Для получения цветной фотографии надо было сделать три разных черно-белых негатива, светочувствительный слой которых воспринимал разные части спектра, а потом для создания цветного же отпечатка на бумаге эти негативы нужно было превратить в три слоя окрашенного желатина, добившись точного совмещения. Поэтому использовали цветные фотографии очень ограниченно, лишь в научных публикациях, дорогостоящей рекламе и при репродуцировании произведений искусства. Процесс получения таких изображений был очень трудоемким вплоть до изобретения новых технологий уже после Второй мировой войны.

Но основы цветной фотографии были заложены значительно раньше, когда еще в XVIII веке стало известно, что каждый оттенок может быть получен путем комбинации всего трех «основных» цветов. В 1861 году Джеймс Кларк Максвелл спроецировал изображение куска шотландской ткани на экран путем наложения трех цветных изображений. В 1868 году Луи Дюко дю Орон разработал технологии для воспроизводства цветных фотографий на бумаге.

Первым русским фотографом, который использовал цветную фотографию, был Сергей Михайлович Прокудин-Горский, химик (ученик самого Д.И. Менделеева), изобретатель, издатель, педагог и общественный деятель, член множества научных обществ. Увлекшись фотографией еще в конце XIX века, он сумел запечатлеть в цвете уникальные странички истории и повседневного быта России в своей «Коллекции достопримечательностей Российской империи». Лишь в последние годы об этих интереснейших фотографиях начали, к счастью, вспоминать.

За без малого два столетия своего существования фотография проникла повсюду, во все сферы жизни, особенно в последние десятилетия, благодаря появлению цифровой фотографии, где роль светочувствительной пластины играет