Москва. Утраты. Уничтоженная архитектура столицы - Сергей Константинович Романюк

Спаса Преображения находилась в переулке, который получил по ней свое название – Большой Спасский. В 1956 г. его переименовали в улицу Ермоловой[39] в память великой русской актрисы Марии Николаевны Ермоловой, в детстве жившей здесь.

Она родилась около Тверской, в приходе церкви Благовещения, и сюда ее родители переехали, когда будущая актриса еще была маленькой. Ермоловы жили в давно исчезнувшем деревянном домике просвирни около Спасской церкви. Отсюда ее отец, второй суфлер императорских театров, Николай Алексеевич Ермолов, отправляясь в театр, брал с собой малышку-дочь. Здесь она играла в театр, отсюда пошло ее увлечение, ставшее делом всей жизни.

Еще один знаменитый актер был прихожанином церкви Спаса Преображения. Михаил Семенович Щепкин в 1830 г. приобрел небольшой деревянный дом, стоявший позади церкви, – в письме от 18 июня того же года он писал: «Я живу в своем уже доме». На протяжении многих лет (М.С. Щепкин продал его в 1847 г.) дом был центром московской культурной жизни: «Дом Щепкина принадлежал к тем домам старинной Москвы, в которых находило приют искусство, а простые и добрые обычаи семьи отрадно действовали на посещавшую их молодежь».

«В доме и в жизни семьи Михаила Семеновича сохранился тот быт, к которому он привык исстари в провинции, когда живал в Курской и Полтавской губерниях. Вся обстановка была проста и нероскошна. Но стоявший в зале рояль, ноты и книги давали тотчас понятие о вкусах и занятиях семьи», – вспоминала его родственница А.В. Щепкина.

В мае 1836 г., вероятно, сюда приезжал А.С. Пушкин, отношения которого с Щепкиным были очень дружественны.

Церковь Спаса Преображения на Песках в Каретном ряду. 1881 г.

По настоянию Пушкина артист начал писать свои воспоминания, причем сам Александр Сергеевич подарил ему тетрадь и набросал первые строки: «17 мая 1836. Москва. Записки актера Щепкина. Я родился в Курской губернии Обоянского уезда, в селе Красном, что на речке Пенке…»

Дом Щепкина был похож на сельскую усадьбу, утопавшую в зарослях сирени, полную цветов, которые очень любил хозяин дома. Позади дома расстилался большой сад с фруктовыми деревьями.

В то время места вокруг Спасской церкви, хотя и находились недалеко от центра Москвы, более походили на уездный городок: «Тихий переулок с редкими пешеходами и еще более редкими извозчиками и ломовыми, тарахтящими тяжелыми колесами по булыжной мостовой. Две лавки – мясная и колониальная, булочная, из которой по утрам так вкусно пахнет свежеиспеченными булочками. Белая церковь за чугунной оградой. Подстриженные тополя, желтая акация, одуванчики в густоразросшемся газоне» – это свидетельство дочери писателя И.Н. Златовратского, жившего в этом переулке в 1885 г.

Церковь Спаса Преображения была выстроена в Спасской слободе в 1642 г. (по другим источникам в 1657 г.). Ее невысокий грузный четверик, украшенный рядом кокошников, венчало широко расставленное пятиглавие, на барабанах глав виднелись изящные аркатурные пояса. С западной стороны к трапезной примыкала стройная шатровая колокольня. Трапезная церкви в 1774 г. была перестроена – значительно расширена в связи с тем, что она стала мала для прихожан. В церкви находились прекрасный иконостас с иконами XVIII в., богослужебные книги XVII и XVIII столетий.

Спасопреображенская церковь не мешала никому, за исключением, конечно, большевиков, поставивших себе целью уничтожить старую русскую культуру, столь тесно связанную с религией. Церковь сломали в 1936 г. и построили на ее месте здание школы.

Разрушительная деятельность не ограничилась тридцатыми годами. Совсем недавно тихо-мирно исчез уникальный памятник русской культуры – дом Щепкина.

Стоял он без присмотра и медленно, но верно разрушался. Общественность била тревогу, взывала к совести властей предержащих.

Те что-то авторитетно обещали, но все тщетно. Дом Щепкина, памятник, стоявший на государственной охране, включенный в официальные списки, был в одночасье снесен каким-то местным районным деятелем. И никто не в ответе – как будто ничего не произошло. А на месте дома осталась лишь площадка, аккуратно присыпанная желтым песочком.

И все это произошло совсем недавно, в 1985 г.!

Церковь Сергия Радонежского в Пушкарях

Одними из наиболее уважаемых жителей средневековой Москвы были пушкари – их продукция в больших количествах требовалась для армии, а производство пушек считалось одним из трудных дел, требующих самой высокой квалификации. Так как в то время пушки отливали, как правило, из бронзы, те же пушкари занимались и еще одним делом – отливкой и отделкой колоколов.

Церковь Сергия Радонежского в Пушкарях. 1881 г.

Около Сретенки располагалась большая слобода пушкарей. По переписи 1638 г., в ней состояло 102 двора пушкарских, «да Пушкарского ж двора всяких мастеровых людей 60 дворов». В них жили «зелейные» мастера, то есть те, кто изготовлял порох, кузнецы, паяльщики, резчики и многие другие. В слободе находились две приходские церкви – одна на Сретенке, а другая – в переулке, позже получившем название Большой Сергиевский.

В этом переулке стояла Троицкая церковь, но, как часто бывало в Москве, церковь называли по приделу – Сергиевской, а не по главному, Троицкому, престолу.

Впервые она упоминается довольно давно – в 1547 г., когда в летописи было записано известие о пожаре: сгорели «Рожественская улица, и монастырь Рожественский, и Сергий Святый до Николы до Драчевского монастыря». Тогда церковное здание было деревянным, и еще по переписи 1620–1621 гг. значился «храм Сергей чюдотворец в пушкарях деревяной теплой».

10 июня 1653 г. прихожане начали строить каменную церковь, получив благословение и грамоту патриарха Никона. По этой грамоте им разрешалось выстроить церковь в честь Живоначальной Троицы и с приделом во имя Сергия Радонежского, но «за скудостию» пушкари никак не могли довершить всего строения и были вынуждены ограничиться «для божественныя службы» лишь Сергиевским приделом.

Только через долгих тридцать лет прихожанам удалось продолжить церковное строение – явился жертвователь: свой дом завещал приходу Александр Григорьев сын Колокольников. Дом этот продали 1 апреля 1680 г. Федору Дмитриевичу Маторину за 400 рублей. Да еще на церковь своим пушкарям подарили кирпич и «всякие каменные припасы» цари Иван и Петр Алексеевичи. С такой помощью строение могло наконец совершиться – освящение церкви состоялось в 1684 г.

Церковь преподобного Сергия долгое время считалась особой – артиллерийской. Еще в XVIII в. подаяние в церкви раздавалось от имени артиллерийских полков, а в старину в день 1 августа совершался крестный ход из церкви на один из Неглиненских прудов, где при огромном стечении народа пушкари показывали свое искусство – производили пушечную пальбу.

Сергиевской церкви повезло – она одна из немногих московских церквей совсем не была затронута пожаром 1812 г. Уцелело все – и само здание, и интерьеры, и ризница.