Учитель гениев - Дмитрий Геннадьевич Мазуров

— Что случилось, Фауст? — спросил он, сразу всё поняв.

— На меня напали, — ответил я, садясь в кресло и откидывая голову назад, закрывая глаза на мгновение. — Наёмники. Маги. Пять человек. Они ждали меня на дороге, ведущей к академии.

— Карл? — Шей подошёл ближе, садясь напротив.

— Скорее всего, — я усмехнулся, хотя в моей усмешке не было веселья, только горечь. — Слишком грубо для Вэнса.

— Карл решил действовать в обход Вэнса, — Шей покачал головой, и в его голосе послышалось удивление. — Он перешёл черту. Значит, пора его устранить.

— Да, — кивнул я. — Именно поэтому я здесь. Я думал, что всё утихнет после разговора с Вэнсом, но, видимо, ненависть Карла слишком велика. Я не хочу ждать нового покушения.

Шей не сразу ответил. Его лицо было серьёзным, но я видел в его глазах ту же холодную решимость, которая бушевала во мне. Мы оба знали, что это нужно сделать.

— Хорошо, — сказал он, и в его голосе не было колебаний или сомнений. — Ты прав. Карл должен умереть. Мы не можем оставлять его в живых.

Он помолчал, собираясь с мыслями, а затем продолжил, его голос стал тише, почти шёпотом:

— Я позабочусь о том, чтобы всё выглядело как несчастный случай или нападение уличных бандитов. У нас есть люди в городе, которые могут это сделать чисто. Никто не свяжет это с тобой. Никто не узнает, что это дело рук Гильдии. Но нам нужно это сделать правильно. И быстро, пока он не нашёл новых наёмников или не решил действовать ещё более радикально.

— Нет, — покачал я головой. — Я всё сделаю сам.

— Ты… — тяжело вздохнул он, посмотрев на меня, но затем просто махнул рукой. — Ай, ладно. Всё равно тебя не переубедить. Хорошо. Можешь сделать это сам. Но не сейчас. Нужно немного подождать, чтобы его убийство не связали с покушением на тебя.

Я задумался на мгновение. В словах Шея была логика. Если Карл умрёт на следующий день после покушения, это вызовет вопросы. Вэнс, который и так ищет повод избавиться от меня, сможет использовать это как доказательство моей вины. Но если подождать немного, неделю, может быть, две — тогда смерть Карла будет выглядеть как случайность, не связанная с моим появлением в академии.

— Хорошо, — кивнул я. — Мы подождём неделю. Но не больше. Я не хочу давать ему время на организацию нового покушения. И я не хочу, чтобы он успел найти более опасных союзников.

— Наши люди присмотрят за ним это время, — кивнул он. — Выберем лучшее время и место позднее.

Я вышел из особняка, чувствуя, как усталость и боль начинают отпускать меня, уступая место странному спокойствию. Я сделал выбор. И он был правильным.

Широ молчал всю дорогу до академии, только иногда прижимался ко мне, и я чувствовал его маленькое тепло через плащ. Когда я вошёл в свою комнату и закрыл за собой дверь, он спросил тихо:

— Ты уверен, что это правильно? Что убить его — единственный выход?

Я посмотрел на бельчонка, который сидел на подушке и смотрел на меня своими чёрными глазами, в которых читалась тревога. Я сел рядом с ним и провёл рукой по его белоснежной шёрстке.

— Уверен, — ответил я, и в моём голосе была твёрдость, которая не оставляла места для сомнений. — Карл не остановится. Его ненависть к эльфам, его одержимость мной — всё это будет толкать его на новые попытки.

— Но это тяжело. Принимать такое решение, — тихо сказал Широ, и я почувствовал, как он прижимается ко мне.

— Я… привык, наверное, — закрыл глаза, чувствуя, как усталость накрывает меня с головой. — Может это и неправильно, но такова жизнь. Либо ты, либо тебя. Иного не дано.

— Ты прав, — Широ зевнул и свернулся клубочком на подушке. — Значит, так тому и быть…

Я закрыл глаза, чувствуя, как медленно погружаюсь в сон. Снаружи шумела ночная столица — где-то вдалеке слышались крики пьяных, лай собак, стук копыт по мостовой. Где-то за стенами академии Карл Вандервуд сидел в своей комнате и, наверное, ждал известий о том, что его наёмники справились с заданием. Он не знал, что они провалились. Он не знал, что его время истекает.

А я знал, что через неделю его не станет. И я знал, что это правильное решение.

Глава 24

Ночь опустилась на столицу. Ветер стих, словно город затаил дыхание в предчувствии чего-то неизбежного. Где-то вдалеке слышался лай собак, редкий и приглушённый, но даже он казался неуместным в этой густой, почти осязаемой тишине. Я стоял у окна своей комнаты в академии, глядя на темнеющее небо и чувствуя, как внутри нарастает ледяное спокойствие. Не та холодная решимость, что приходит перед боем. Иное. Более глубокое чувство.

Семь дней прошло с той ночи. Семь дней я ждал, давая событиям устояться, чтобы Карл забыл о своём провале и чтобы никто сделать не связал его убийство с покушением на меня. Семь дней я ходил по академии, улыбался студентам, проводил занятия, делал вид, что ничего не изменилось. Но всё изменилось. Карл перешёл черту. И теперь он должен был заплатить.

— Ты готов? — спросил Широ, сидя на подоконнике и глядя на меня своими чёрными бусинками глаз. Его хвост нервно подёргивался, выдавая беспокойство, которое он не мог скрыть. — Мы можем найти другой способ. Подставить его. Сделать так, чтобы его изгнали. Или…

— Нет, — я покачал головой, чувствуя, как мои пальцы сжимаются в кулак. — Если я оставлю его в живых, он попробует снова. Мне надоело быть добрым…

— Хорошо. Пусть будет так, — кивнул он. — Но будь осторожен. Это может быть засада.

— Всегда, — я улыбнулся и погладил его по голове, чувствуя, как его шёрстка мягко касается моих пальцев. — Я всегда осторожен. Но сегодня я сделаю то, что должен.

Я надел тёмный плащ, который скрывал мои очертания, и прикрепил к поясу кинжал. Клинки остались в ножнах — они были слишком узнаваемы, слишком приметны. Сегодня я должен был действовать тихо, без лишнего шума и следов. Я не хотел, чтобы кто-то связал смерть Карла с моим именем.

Я