Арсен Люпен - Джентльмен-грабитель - Морис Леблан

Графиня сообщила мужу. Они незамедлительно пришли к выводу, что горничная – вне всяких подозрений, виновным мог быть только господин Блейхен.

Граф известил комиссара главного управления полиции Амьена, который начал следствие и организовал тайную и весьма активную слежку, чтобы австрийский консул не мог ни продать, ни переправить перстень.

Денно и нощно полицейские сторожили замок.

Две недели прошли без малейших происшествий. Господин Блейхен сообщил о своем отъезде. В тот же день на него была подана жалоба. Комиссар официально вмешался и приказал досмотреть багаж. В небольшой сумке, с ключом от которой консул никогда не расставался, обнаружили флакон с мыльным порошком, а в этом флаконе перстень.

Мадам Блейхен упала в обморок. Ее мужа арестовали.

Мы помним о системе защиты, избранной обвиняемым. Он говорил, что не может объяснить наличия перстня ничем иным, кроме мести господина де Крозона. «Граф жестокий человек, его жена несчастлива. Я имел длительную беседу с графиней и усиленно призывал ее развестись. Граф узнал об этом и отомстил: взял перстень и в мое отсутствие положил его в несессер с туалетными принадлежностями». Граф и графиня решительно настаивали на своем. Объяснение, которое давали они, и объяснение консула были в равной степени вероятны. Публике оставалось только выбрать. Никакой новый факт не перевесил чашу весов правосудия в одну сторону. За целый месяц разговоров, предположений и расследований не было установлено ни одного достоверного факта.

Устав от всего этого шума, не имея возможности предоставить очевидное доказательство вины, подтверждающее обвинение, господин и госпожа де Крозон потребовали, чтобы из Парижа прислали представителя сыскной полиции, способного разобраться в этом клубке хитросплетений. Приехал Ганимар.

В течение четырех дней главный инспектор вынюхивал, собирал сплетни, прогуливался по парку, вел длительные беседы с горничной, шофером, садовниками, служащими соседних почтовых отделений, посещал комнаты, занимаемые супругами Блейхен, кузенами д’Анделль и госпожой де Реаль. Затем в один прекрасный день он исчез, не попрощавшись с хозяевами.

Неделей позже они получили следующую телеграмму:

«Прошу вас прибыть завтра, в пятницу, в пять часов вечера в японский чайный салон на улице Буасси д’Англа. Ганимар»

Ровно в пять часов в пятницу автомобиль графа и графини остановился перед домом номер 9 по улице Буасси д’Англа. Не объясняя ничего, старый инспектор, поджидавший на тротуаре, сопроводил их на второй этаж чайного салона.

Они обнаружили в одном из залов двух человек, которых Ганимар им представил:

– Господин Жербуа, преподаватель лицея в Версале, у которого, как вы помните, Арсен Люпен украл полмиллиона. Господин Леонс д’Отрек, племянник и единственный наследник барона д’Отрека.

Все четверо уселись. Несколькими минутами позже появился пятый человек. Это был глава сыскной полиции.

Казалось, господин Дюдуа был в скверном расположении духа. Он поздоровался и сказал:

– Что случилось, Ганимар? Мне передали в префектуре ваше телефонное сообщение. Это серьезно?

– Весьма серьезно, шеф. Менее чем через час здесь произойдет развязка последних событий, в которых я принимал участие. Мне кажется, что ваше присутствие необходимо.

– А также и присутствие Дьёзи и Фоланфана, которых я заметил у входа?

– Да, шеф.

– Так в чем дело? Речь идет об аресте? К чему весь этот спектакль? Ну же, Ганимар, мы вас слушаем!

Ганимар колебался несколько секунд, потом с явным намерением поразить своих слушателей произнес:

– Я утверждаю, что господин Блейхен не причастен к краже перстня.

– О! – произнес господин Дюдуа. – Но это всего лишь утверждение, хотя и весьма серьезное.

Граф спросил:

– Этим… открытием ограничиваются ваши усилия?

– Нет, мсье. Через день после кражи случайное путешествие в автомобиле привело троих из ваших приглашенных в предместье Креси. Тогда как двое из них посещали знаменитое поле битвы, третий поспешил в почтовое отделение и отправил маленькую, перевязанную бечевкой коробочку, запечатанную согласно правилам, с указанной ценностью в сто франков.

Госпожа де Крозон возразила:

– В этом нет ничего странного.

– Может быть, вам покажется менее естественным то, что эта особа, вместо того чтобы назвать свое настоящее имя, отправила посылку от имени Руссо, а получатель, некто господин Белу, проживающий в Париже, съехал в тот же день, когда получил коробочку, то есть перстень.

– Вероятно, – спросил граф, – речь идет об одном из моих кузенов д’Анделль?

– Речь не идет об этих господах.

– Тогда о госпоже де Реаль?

– Да.

Ошеломленная графиня воскликнула:

– Вы обвиняете мою подругу, госпожу де Реаль?

– Один простой вопрос, мадам, – ответил Ганимар. – Госпожа де Реаль присутствовала при продаже голубого бриллианта?

– Да, но она сама пришла туда. Мы с ней не договаривались.

– Она советовала вам приобрести перстень?

Графиня напрягла память.

– Да, действительно… я даже думаю, что именно она заговорила об этом первая.

– Обращаю внимание на ваш ответ, мадам. Мы установили, что госпожа де Реаль первая заговорила с вами об этом перстне и что именно она посоветовала вам его купить.

– Однако… моя подруга не способна…

– Простите, простите, но госпожа де Реаль – всего лишь случайная знакомая, а не ваша близкая подруга, как утверждают газеты, что и отводило от нее подозрения. Вы познакомились с ней только нынешней зимой. Думаю, я сильно вас удивлю, если скажу, что все, рассказанное ею о себе, о своем прошлом и о своих связях, – полный вымысел. Госпожи Бланш де Реаль не существовало до вашей встречи, как не существует сейчас.

– И что дальше?

– Дальше? – спросил Ганимар.

– Да. Вся эта история очень забавна, но какое отношение она имеет к нашему случаю? Если госпожа де Реаль взяла перстень, что никоим образом не доказано, то почему она сунула его в мыльный порошок господина Блейхена? Зачем? Если человек пытается похитить голубой бриллиант, то потом он его прячет. Что вы на это ответите?

– Я? Ничего. А вот госпожа де Реаль ответит.

– Так она существует?

– Она существует… не существуя. Итак, в нескольких словах. Три дня назад в газете, которую ежедневно читаю, я увидел в начале списка иностранцев в Трувиле «Отель Бориваж, госпожа де Реаль, и т. д.» Как вы понимаете, в тот же вечер я был в Трувиле и допросил директора «Бориваж». По описанию примет и некоторым собранным мною сведениям эта госпожа де Реаль, да просто госпожа Реаль, проживавшая на третьем этаже, и была той особой, которую я искал. Но она покинула отель, оставив свой адрес в Париже: улица Колизе, дом 3. Позавчера я побывал по этому адресу и узнал, что там никогда не проживала госпожа де Реаль, а была просто мадам Реаль с третьего этажа, занимавшаяся перепродажей бриллиантов и часто отсутствовавшая. Еще накануне она вернулась из поездки. Вчера я позвонил в ее дверь и, назвавшись вымышленным именем, предложил мадам Реаль свои услуги в качестве посредника между ней и людьми, имеющими возможность скупать ценные камни. Сегодня у нас здесь состоится встреча по случаю первой сделки.