Арсен Люпен - Джентльмен-грабитель - Морис Леблан

– Не надо было просыпаться!

– Ваше письмо…

– Мое письмо?

– Да, письмо, которое посыльный доставил в гостиницу от вашего имени.

– От моего имени? Вы с ума сошли!

– Клянусь вам!

– Где это письмо?

Друг протянул ему лист бумаги, и при свете фонаря Шолмс с удивлением прочитал:

«Вилсон, вставайте и бегите на авеню Анри-Мартен. Дом пуст. Войдите, осмотрите его, составьте точный план и возвращайтесь спать. Херлок Шолмс»

– Я как раз измерял комнаты, – сказал Вилсон, – когда увидел тень в саду. Мне в голову пришла только одна мысль…

– Укрыться в тени… отличная идея… Только, видите ли, – сказал Шолмс, помогая напарнику подняться, – в следующий раз, Вилсон, когда вы получите от меня письмо, сначала удостоверьтесь, что почерк не подделан.

– Выходит, – произнес тот, начиная прозревать, – письмо не от вас?

– Увы! Нет.

– А от кого?

– От Арсена Люпена.

– Но зачем он его написал?

– Об этом я ничего не знаю, и как раз это меня удивляет. Зачем, черт побери, он решил вас побеспокоить? Я бы еще понял, если бы речь шла обо мне, но в данном случае… И я не понимаю, какой смысл…

– Вернусь-ка я в отель.

– И я тоже, Вилсон.

Они подошли к ограде. Вилсон, шедший впереди, потянул калитку на себя.

– Смотрите-ка, – удивился он, – вы закрыли ее?

– Да нет, я оставил калитку приоткрытой.

– Тем не менее…

Херлок Шолмс подергал калитку, потом принялся осматривать замок.

– Потрясающе! Закрыто. Заперто на ключ!

Он изо всех сил потряс калитку, но, осознав тщетность своих усилий, потеряв всякую надежду, опустил руки и срывающимся голосом произнес:

– Теперь все понятно, это он! Он предвидел, что я сойду в Крейле, и расставил мышеловку на случай, если я начну расследование сегодня же вечером. Кроме того, он оказал мне любезность и прислал собрата по заточению И все это для того, чтобы я потерял день, чтобы доказать: в его дела лучше не вмешиваться!

– Это значит, что мы – пленники.

– Вы подыскали точное определение. Херлок Шолмс и Вилсон – пленники Арсена Люпена. Отлично начинается приключение… Но нет, этого нельзя допустить!

Рука Вилсона легла ему на плечо.

– Наверху… посмотрите… свет…

В одном из окон второго этажа действительно виднелся свет.

Они бросились назад по разным лестницам и одновременно оказались у входа в освещенную комнату. Там догорал огарок свечи. Рядом стояла корзинка, из которой торчали горлышко бутылки, куриные ножки и половина булки.

Херлок Шолмс расхохотался.

– Отлично, нам подали ужин. Это волшебный дворец. Настоящая феерия! Ну же, Вилсон, не делайте постной физиономии. Все это чрезвычайно смешно.

– Вы уверены, что это так уж смешно? – вздохнул мрачный Вилсон.

– Уверен ли я? – вскричал Шолмс с веселостью слишком бурной, чтобы быть естественной. – Да я никогда не видал ничего смешнее! Он отличный комедиограф, просто-таки мастер-юморист, этот Арсен Люпен. Он руководит нами, но как изящно… Я не уступил бы своего места на этом пиршестве за все золото мира… Вилсон, старина, вы меня огорчаете. Неужели я ошибся и у вас нет благородства характера, что позволяет достойно перенести неудачу? О чем вы сожалеете? Лежали бы вы сейчас с перерезанным моим кинжалом горлом… или я – вашим кинжалом… Ведь вы именно кинжал пытались достать, вздорный вы человек!

Своим юмором и сарказмом ему удалось привести беднягу Вилсона в чувство, заставить проглотить куриную ножку и стакан вина. Но, когда свеча погасла и пришлось лечь спать прямо на паркетном полу, используя стену в качестве подушки, стало ясно, насколько смешна и одновременно невыносима эта ситуация. И сон их был печален.

Утром Вилсон проснулся от того, что продрог. Легкий шум привлек его внимание. Херлок Шолмс, стоя на коленях, через лупу рассматривал комочки пыли и остатки полустертых надписей мелом, напоминавших цифры. Эти цифры он переписывал в свой блокнот.

В сопровождении Вилсона, которого очень заинтересовало происходящее, он изучил каждую комнату, и еще в двух обнаружил такие же надписи мелом. Также он отметил два круга на дубовых панно, одну стрелку на облицовочной панели и четыре цифры на четырех ступенях лестницы.

Через час Вилсон сказал:

– Цифры точные, правда?

– Точные? Не знаю, – ответил Херлок Шолмс, которому находки вернули хорошее расположение духа, – во всяком случае, они что-то обозначают.

– Что-то очень понятное, – сказал Вилсон, – они обозначают количество паркетин.

– Даже так?

– Да. Что касается двух окружностей, то они показывают, что панели фальшивые, как вы могли убедиться, а стрелка указывает в направлении подъемника для подачи блюд из кухни.

Херлок Шолмс восхищенно посмотрел на него.

– Вот как! Дружище, откуда вы все это знаете? Ваша проницательность заставляет меня краснеть.

– Что ж, все очень просто, – ответил Вилсон, едва не лопаясь от счастья, – это я начертил их вчера вечером, следуя вашим инструкциям… или, скорее, следуя инструкциям Люпена, поскольку адресованное мне письмо было от него.

Вероятно, в эту минуту Вилсону угрожала опасность более страшная, чем во время борьбы в кустах. Шолмсу зверски хотелось задушить его. Превозмогая себя, он скривил гримасу – некое подобие улыбки! – и произнес:

– Отлично, отлично, поистине превосходная работа, благодаря которой мы очень продвинулись вперед. На чем еще вы упражняли свой великолепный аналитический ум и наблюдательность? Я бы воспользовался полученными результатами.

– По правде сказать, на этом я остановился.

– Досадно, начало было многообещающее… Но если дело обстоит таким образом, то нам остается только удалиться.

– Удалиться? Но как?

– Обычным для порядочных людей способом, через дверь.

– Она заперта.

– Мы ее откроем.

– Как?

– Будьте так любезны позвать двух полицейских, дефилирующих по улице.

– Но…

– Что «но»?

– Это слишком унизительно… Что будут говорить, узнав, что Херлок Шолмс и Вилсон стали пленниками Арсена Люпена?!

– А как вы хотели, дорогой мой? Да, смеяться будут до упаду, – ответил Херлок с кривой улыбкой. – Но не можем же мы оставаться в этом доме.

– И вы даже не попытаетесь что-то сделать?

– Нет.

– Но ведь человек, принесший корзинку с провизией, не прошел через сад. Значит, существует другой выход. Давайте поищем его, и тогда не придется прибегать к помощи полицейских.