От Садового кольца до границ Москвы. История окраин, шедевры зодчества, памятные места, людские судьбы - Сергей Константинович Романюк

большевика И.В. Русакова, участвовавшего в подавлении Кронштадтского восстания матросов против советской власти), стали возводить строения «Калинкинского пиво- и медоваренного товарищества», выпускавшего лучшие тогда напитки. Почти все здания построены в 1892–1894 гг. по проектам архитектора А.Е. Вебера, в том числе отдельно стоящий с левой стороны двухэтажный дом для конторы (№ 13) и производственные постройки справа.

В конце XIX в. на бывшей ростопчинской даче построили еще несколько фабрик и, в частности, большую макаронную на 3-й Рыбинской улице. На этой улице два любопытных архитектурных памятника, стоящих напротив друг друга и представляющих откровенно противоположные направления в архитектуре: с левой стороны – особняк, построенный в стиле модерн архитектором А.М. Калмыковым для владельца фабрики «гамбургского гражданина» Иоганна Динга – соединение живописных объемов, украшенных декором, и напротив него – произведение архитектора К.С. Мельникова (1927–1929 гг.), аскетичное, совсем без декоративных деталей, с акцентом на голые геометрические формы – рабочий клуб фабрики «Буревестник».

За путепроводом по Русаковской улице – комплекс скромных небольших домов (№ 7), выстроенных в 1925 г. архитекторами Б.М. и Д.М. Иофанами. Далее улица подходит к оживленной площади у станции метро «Сокольники» (1935 г., И.Г. Таранов и Н.А. Быкова). Все кругом нее перестроено, и везде выросли новые бетонные коробки, среди которых кажется совсем чужим здание церкви Воскресения Господня, чудом пережившей все превратности большевистского господства. Странным и неподходящим соседством стал для нее большой жилой дом, выстроенный почти вплотную – наглядный пример необходимости соблюдения охранной зоны архитектурного памятника.

Воскресенская церковь – любопытный пример поисков образа православного храма, предпринятых в начале XX столетия многими архитекторами, соединявшими традиционные взгляды с творческим переосмыслением новых представлений. В этих поисках особенно интересных результатов добились И.Е. Бондаренко, А.В. Щусев, В.А. Покровский, но автором церкви в Сокольниках был малоизвестный до того архитектор П.А. Толстых, и здание Воскресенской церкви ему удалось: массы основания выгибают неудержимым напором полукружия сводов, заостряют своды закомар, прорываются свечами восьми маленьких главок, чтобы завершиться пламенем центрального шатра. Прекрасен интерьер ее – простой, почти не украшенный живописью, он очень просторен и светел.

Церковь Воскресения начала строиться в 1909 г. на 300 тысяч рублей, собранных прихожанами, а освящение ее происходило 22 декабря 1913 г. В этой церкви в январе – феврале 1945 г. заседал Поместный собор, выбравший московским патриархом Алексия I.

Рядом с Воскресенской церковью расположен вход в парк «Сокольники». Как можно предположить по названию, местность эта, или, как говорили в прошлом – урочище, была как-то связана с соколами.

В 1645 г. престол русских царей занял сын первого царствовавшего Романова Алексей Михайлович. В его поведении и характере проявились новые для русских той поры черты – наряду с приверженностью старым обычаям, царь не был чужд и тому, что еще недавно рассматривалось как тяжкий грех. Был он, видно, человеком увлекающимся, отнюдь не чуждым радостей жизни – впервые при его дворе стали разыгрывать театральные пьесы, которые царь смотрел, не вставая, как зачарованный, многие часы; он мог устраивать пирушки с иноземными танцами и музыкой. Алексей Михайлович первым стал – неслыханное дело – собственноручно подписывать указы и, более того, писать письма! И многие из них касались одной страсти его – охоты.

Царь был завзятым охотником, и немало мест под Москвой видели пышный охотничий царский поезд. Особенно он любил соколиную охоту, к которой царь составил даже особое руководство под названием «Уложение сокольничья пути». Часто охотился он в лесу, простиравшемся на северо-восток от города, между проезжими дорогами на Стромынь и Троицкую лавру, получившем прозвание Сокольники. Произошло это, вероятно, после того, как около Стромынской дороги у опушки леса устроили Сокольничий двор – поселили особой слободкой сокольников с соколами. Один из тех соколов, по прозванию Ширяй, дал название целой местности – Ширяевому полю.

В течение долгого времени Сокольники официально не были частью городской территории – они принадлежали дворцовому ведомству, и только в 1879 г. перешли в полное владение города, когда Министерство государственных имуществ продало их за 300 тысяч рублей. Но, по сути дела, Сокольники примерно с XVIII столетия стали местом гулянья горожан, а в XIX в. (в основном с 1820-х гг.) превратились в популярную дачную местность.

Самое известное гулянье в Сокольниках происходило 1 мая и называлось когда-то «Немецкими станами» или «столами». Это название пошло, как говорят, от шведских пленников, «учителей» Петра I, поселенных им невдалеке. Они собирались 1 мая в Сокольниках и отмечали там весенний праздник, а со временем к ним присоединились и русские, перенявшие у них этот обычай. Первомайский праздник в Сокольниках стал самым, наверное, многолюдным в Москве. Вот как о нем писала газета «Московские ведомости» в 1756 г.: «…в загородном месте, так называемом Немецкие Столы, по причине благополучныя погоды, такое великое множество находилось, что примечено около тысячи карет, и прогуливались до самой поздней ночи». Об этом же гулянье через полстолетия писал С.П. Жихарев: «Москва в больших приготовлениях к гулянью 1 мая. В Сокольниках разбиваются пренарядные палатки и устраиваются кавалькады… Сколько народу, сколько беззаботной, разгульной веселости, шуму, гаму, музыки, песен, плясок и проч.; сколько богатых турецких и китайских палаток с накрытыми столами для роскошной трапезы и великолепными оркестрами и простых хворостяных, чуть прикрытых сверху тряпками шалашей с единственными украшениями – дымящимся самоваром и простым пастушьим рожком для аккомпанемента поющих и пляшущих поклонников Вакха… Нет, признаюсь, я и не воображал видеть такое великолепное, разнообразное и живописное гулянье, на какое, наконец, попал я вчера (1 мая 1805 г. – Авт.) в Сокольники!»

Еще через полстолетия первомайскому гулянью в Сокольниках посвящались такие немудрящие стихи:

Кипит и хлопочет все с утра в Москве,

Сумятица всюду такая…

У всех лишь одна только мысль в голове:

Поедем на Первое мая!

Куда же все едут, куда ж все спешат?

Трещит и гремит мостовая, —

В Сокольниках нынче гуляют, кутят —

Сегодня ведь Первое мая!

В Сокольниках на Ширяевом поле 1 мая 1867 г. московское купечество принимало царскую семью: самого императора Александра II, наследника с супругой и третьего сына императора великого князя Владимира. Все делалось на энтузиазме устроителей: было собрано несколько десятков тысяч, молодой архитектор А.С. Каминский в одну ночь составил планы и смету громадного павильона на 1200 человек, выстроенного за шесть дней, и, к довершению всего, устроили чудо из чудес: площадка перед павильоном освещалась, как сообщали газеты, «двумя электрическими солнцами больших размеров».

Во второй половине XIX в. Сокольники стали модным дачным местом, и, как писали тогда, их «можно назвать небольшим городком». Вот описание этой местности из московского путеводителя