От Садового кольца до границ Москвы. История окраин, шедевры зодчества, памятные места, людские судьбы - Сергей Константинович Романюк

победы над сестрой Софьей, центр управления государством стал перемещаться в Преображенское, которое, по выражению историка И.Е. Забелина, стало «столицей достославных преобразований». В мае 1689 г. построили съезжий двор, административный центр управления слободой, который назывался Генеральным двором (от него получила название Генеральная, ныне Электрозаводская) улица. Двор стоял около Преображенской церкви, на самой дороге, соединявшей Москву с селом Стромынь (на нынешней Преображенской улице), в 100 с небольшим саженях от Яузы. Сперва он состоял только из двух неказистых изб и амбара рядом с ними, но потом выстроили большое деревянное здание, ярко раскрашенное, с подзорами и резными гребнями, с восьмигранной трехъярусной башней наподобие Сухаревской. На Генеральном дворе происходили заседания Боярской думы, находилось управление Преображенским полком, собирались рекруты; тут выслушивались расспросные речи царевича Алексея, заседал суд по делу обер-фискала Нестерова, обвиненного во взятках.

В 1692 г. на берегу Яузы, между современными 2-м и 3-м Электрозаводскими (Генеральными) переулками, построили под смотрением Моисея Буженинова новые хоромы для государя. Эти хоромы совсем не были похожи на царский дворец, и иностранцы обязательно отмечали это обстоятельство. Вот как описывал приезд в Преображенское камер-юнкер голштинского герцога: «Мы немало удивились, когда, подъехав к дому императора, узнали от нашего кучера, что мы перед императорским дворцом: это старинный, маленький и плохой деревянный дом… Стоит он в узком и дурном переулке, к которому с большой улицы ведет очень тесный проход, и окружен небольшим частоколом. Глядя на него снаружи, нельзя не принять его за жилище простого человека».

Тут же недалеко был и зловещий Преображенский приказ, во главе которого стоял боярин Федор Юрьевич Ромодановский, чью очаровательную характеристику оставил нам современник, князь Борис Куракин: «Сей князь был характеру партикулярного; собою видом как монстра; нравом злой тиран; превеликой нежелатель добра никому; пьян по вся дни».

Здание Преображенского приказа также находилось на берегу Яузы, возможно, примерно у нынешнего Палочного переулка. Остатки приказа видел в конце XVIII в. Н.М. Карамзин. «Подите в село Преображенское, которое наделяет Москву хорошею водою, – писал он, – там, среди огородов, укажут вам развалины небольшого каменного здания: там великий император, преобразуя отечество и на каждом шагу встречая неблагодарных, злые умыслы и заговоры, должен был для своей и государственной безопасности основать сие ужасное судилище… Я видел глубокие ямы, где сидели несчастные; видел железные решетки в маленьких окнах, сквозь которые проходил свет и воздух для сих государственных преступников».

Преображенское село стало колыбелью новой русской армии. Здесь родились первые русские полки нового строя из тех «потешных», сыновей слуг, конюхов, егерей и прочих дворцовых служителей, которым приказали быть при мальчике Петре для его потехи. Сам царь начал в этом игрушечном войске служить барабанщиком – самое, наверное, завидное было дело для него. Сохранились «росписи потехам» – документы об изготовлении и посылке «в поход, в село Преображенское… барабанца потешного, прапоров тафтяных, топоров круглых, булав, пистолей», а также «пушечки со станком и с колесцы». Со временем потешных становилось все больше, и они были расквартированы в солдатских слободах, в нарочно построенных для них домах, стоявших ровными порядками на высоком берегу реки Яузы у сел Преображенского и соседнего Семеновского. И сами названия первых потешных полков были даны им по тем селам, в которых и были они размещены – Преображенский и Семеновский.

Строения солдатской Преображенской слободы тянулись вдоль левого берега реки Яузы – к северу от речки Хапиловки на месте современных улиц Генеральной, Бужениновской, Девятой Роты, Суворовской (отнюдь не в память знаменитого полководца, а по фамилии владелицы дома на улице в конце XVIII в. – премьер-майорши Анны Васильевны Суворовой), и нескольких небольших переулков, пересекающих их – Палочного, 1-го и 2-го Генерального (Электрозаводских 2-го и 3-го); Семеновская слобода находилась южнее, за рекой Хапиловкой, там, где ныне проходят Большая и Малая Семеновские улицы, соединяемые Медовым (где готовили мед для царского стола), Барабанным и Мажоровым переулками, названия которых напоминают о военной терминологии (Мажоров – по тамбурмажору, то есть старшему барабанщику в полковом оркестре).

Недалеко от Преображенской солдатской слободы (по одним рассказам, на берегу Хапиловского пруда, а по другим – на высоком берегу Яузы) построили потешную крепость, которая, как положено, имела стены с башнями, под стеной шел ров с подъемным мостом, над воротами возвышалась высокая – в три этажа – башня с часами. У крепости стали устраивать правильные маневры с осадой, стрельбой и штурмом.

Преображенское было свидетелем рождения не только русской армии, но и флота. Увиденное Петром в Измайлове небольшое суденышко перевезли в Преображенское и спустили на воду реки Яузы, однако места было мало: «бот не всегда ворочался, но более упирался в берега», да еще тут негде было лавировать парусом, так что пришлось отсюда переезжать на Переславское озеро.

Приходская церковь села Преображенского (она находилась на Преображенской площади), освященная во имя святых апостолов Петра и Павла, построена в камне уже в конце XVIII в. (в 1685 г. сообщали о «строеньи новой каменной церкви»), а до этого она была деревянной, впервые, возможно, появившейся вместе с солдатской слободой: на это указывает посвящение ее престола небесным покровителям царя апостолам Петру и Павлу. Второй престол, Преображения Иисуса Христа, по которому она стала известна, появился только в 1750 г. Строительство большого нового каменного здания церкви было предпринято, по одним сведениям, иждивением сержанта Преображенского полка Ивана Елисеевича Третьякова, а по другим – усердием прихожан. Известно, что в мае 1765 г. выбрали новое место для нее в 4 саженях от старой деревянной; в 1766 г. выдали храмозданную грамоту, и, вероятно, в 1768 г. церковь была выстроена и освящена. В 1781 г. возвели колокольню, в 1886 г. перестроили трапезную с Петропавловским приделом и освятили новый придельный храм во имя св. Александра Невского.

В иконостасе церкви находилось несколько чтимых икон: Божьей Матери «Целительницы», «Отрады и утешения», «Знамения» и большая икона Преображения Господня, пожертвованная лейб-гвардии Преображенским полком в день полкового праздника 6 августа 1856 г.

В послевоенное время церковь была кафедрою для известного церковного иерарха и проповедника, митрополита Крутицкого и Коломенского Николая (Ярушевича).

Эта церковь пала жертвой новой антирелигиозной компании, предпринятой Хрущевым в 1960-е гг., когда массовым порядком закрывали и уничтожали церкви по всей стране. Под предлогом того, что Преображенская церковь мешает строительству метро на площади, ее вознамерились снести. Конечно, прихожане воспротивились, пытались не допустить вандализма, но… сила солому ломит, и сейчас ничто не напоминает о церкви – там просто пустое место у входа на станцию метро «Преображенская площадь».

Уже за пределами Камер-Коллежского вала и формально за пределами Преображенской слободы находятся строения Преображенского кладбища.

В Москве было две крупные старообрядческие