От Садового кольца до границ Москвы. История окраин, шедевры зодчества, памятные места, людские судьбы - Сергей Константинович Романюк

для того, чтобы подчеркнуть связь федосеевцев с древней русской архитектурой, какой она представлялась людям того времени, но в результате получилось нечто весьма странное, никак не напоминающее русские храмы. Удивительно, что старообрядцы не только тогда были приверженцами причудливых и необычных форм, но и в XX столетии они предпочитали строить и свои храмы и свои дома в самых изысканно модных и экзотических стилях – вспомним хотя бы особняк Степана Рябушинского на Малой Никитской. Тут, очевидно, играло роль желание обособиться во всем от обычного, общепринятого, и не только в духовной, но и в обыденной жизни.

Недалеко от этой часовни находится еще одна, у могилы основателя Преображенской общины Ильи Ковылина, умершего в 1809 г. на 78-м году.

Перед стеной, ограждающей бывшую Преображенскую старообрядческую женскую обитель, находится оригинальное краснокирпичное строение с большими окнами, выделенным центром, красивыми навесами над крыльцами. Это здание (Преображенский вал, 19) было выстроено талантливым архитектором Л.Н. Кекушевым в 1912 г. для больницы старообрядческой общины.

От Преображенского кладбища улица, составлявшая часть Камер-Коллежского вала, идет под гору, к бывшему руслу заключенной в трубу речки Хапиловки. Тут разливался Хапиловский пруд, бывший для старообрядцев «иорданью», в которой перекрещивали переходивших в «древлеправославную» веру. На левом берегу пруда находилось село Семеновское, где также были поселены петровские потешные. Немного поодаль от солдатских домиков, ближе к берегу Яузы, примерно там, где теперь соединяются Большая Семеновская и Электрозаводская улицы, стоял дворец князя Александра Даниловича Меншикова. Подполковник шведской армии Филипп-Иоанн Стралленберг, проведший много лет в русском плену, писал об этом дворце, как об увеселительном. После того, как в 1706 году дворец сгорел, Петр пожаловал Меншикову другой, построенный для Лефорта в Немецкой слободе. В Семеновской слободе был и съезжий двор (центр управления), цейхгауз, госпиталь и «прачешный дом», а кроме того, потешный соколиный двор, где в петровское время содержались не только соколы, кречеты и ястребы, но и животные покрупнее, в частности, даже три льва.

В селе Семеновском было кладбище, устроенное после чумы 1771 г., на котором до 1855 г. церкви не было. Купец М.Н. Мушников пожертвовал крупные средства на строительство кладбищенской церкви (проект архитектора А.П. Михайлова), и митрополит Филарет 17 июля 1855 г. освятил в ней главный алтарь в честь Воскресения Словущего и придельные – иконы Всех Скорбящих Радости и св. равноапостольного князя Владимира (в 1901 г. на хорах освятили придел святителя Николая).

Семеновское кладбище исчезло полностью. В 1927 г. президиум Бауманского райсовета «…вследствие того, что участок, на котором ныне находится кладбище, необходимо использовать под муниципальное и кооперативное строительство», решил закрыть его. Кладбище находилось сразу же за Семеновской заставой Камер-Коллежского вала, за перекрестком нынешних улиц Большой Семеновской и Семеновского вала, у начала Измайловского шоссе. Осталось только существенно перестроенное здание бывшей кладбищенской церкви (Измайловское шоссе, 2), без глав, с измененным декором уличного фасада. Сохранилась обработка дворового фасада, и еще видны две апсиды.

Уничтожая Семеновское кладбище, не пожалели тогда могилу поэта Александра Полежаева, отданного в солдаты по личному распоряжению Николая I за свободолюбивые стихи. На кладбище были могилы артиста Малого театра Н.Е. Вильде, историка искусства В.В. Згуры.

В самом селе Семеновском стояла деревянная Введенская церковь. Сохранилось упоминание о том, что она была построена супругой Михаила Федоровича царицей Евдокией Лукьяновной в 1643 г. При церкви были похоронены родители А.Д. Меншикова и его дочь Екатерина. Церковь эта в 1728 г. сгорела, и слобожане выстроили в 1736 г. каменное здание на новом месте, ближе к Яузе, на берегу пруда, называвшегося Прачешным. Колокольня ее была построена в начале XIX в., трапезная перестроена в 1871–1875 гг. В церкви хранились старинная утварь и лампады с надписями: «От господ офицеров».

Историк В.Ф. Козлов так рассказывает о последних годах церкви: «В 1929 г. рабочие электрозавода подали ходатайство о сносе храма „с целью расширения территории сквера“; Центральные государственные реставрационные мастерские (ЦГРМ) не возражали, и 20 мая того же года Моссовет рабочих поддержал. Жалоба верующих несколько отдалила печальный исход, но в конце июля верховные власти дали добро на сломку церкви, которая началась в октябре, после вывоза церковного имущества. Во Введенском храме, зачисленном ЦГРМ в разряд „не имеющих историко-архитектурного значения“ (хотя его основная часть относится к первой половине XVIII в.), находились замечательные своей древностью иконы. В его алтаре, иконостасе и на стенах было около четырех десятков образов, написанных не позже XVII в., а некоторые из них датировались даже XV в.! По свидетельствам специалистов, столь древние иконы могли быть вывезены из Новгорода».

На месте Введенской церкви теперь находится школьное здание, позади клуба электролампового завода – самого заметного здания на нынешней площади Журавлева.

Сама площадь образовалась после 1797 г., когда Павел I в связи с жалобами местных жителей приказал очистить Яузу, обеспечить реке свободное течение, берега ее отделать и уничтожить красильные фабрики. Одновременно со спуском прудов на Яузе ниже Дворцового моста в 1798 г. велено было спустить Покровский прачешный пруд (на плане города 1800 г. пруд еще показан) – так и появилась Введенская площадь, названная по церкви (в 1929 г. она переименована по фамилии участника революции и Гражданской войны И.Ф. Журавлева).

Пышный портик, большие колонны с советским гербом в капителях, крупные декоративные детали клуба электролампового завода, – все это говорит о том, что здание было построено в 40—50-е гг. XX столетия. Однако это не так: к этому времени относится только его внешний облик, а само здание выстроено значительно ранее. Оно проектировалось архитектором И.А. Ивановым-Шицем для Введенского народного дома, культурного центра всего окрестного района, изобилующего фабриками и заводами. Освящение построенного здания состоялось 23 декабря 1904 г., а через три дня на его сцене шло первое представление – была поставлена пьеса А.Н. Островского «Свои люди – сочтемся». В народном доме для местных жителей устраивались бесплатные утренние спектакли, показывали «туманные картины» (то есть диапозитивы), работал синематограф, устраивались музыкальные вечера, читались лекции на самые разнообразные образовательные темы. Заведующим народным домом был не кто иной, как сам Алексей Александрович Бахрушин, знаменитый меценат и собиратель, основатель Театрального музея.

После Октябрьского переворота народный дом переименовали в «рабочий дворец», в 1947 г. сюда перевели театр имени Моссовета, для чего дом перестроили по проекту Б.В. Ефимовича. С 1959 г. в этом здании работал Телевизионный театр, а сейчас – Дворец культуры соседнего электролампового завода.

Справа от него – ряд небольших зданий, из которых заслуживает внимания дом № 6 с пышным портиком. В основе своей это здание начала XIX в., в нем находилась Покровская полицейская часть; в 1870-х гг. дом переделывался для владельцев купцов Степана и Тихона Шелаевых. Одноэтажное здание (№ 8) с двумя портиками выстроено архитектором Ф.Ф. Воскресенским в 1893 г.,