Сибирский приключенческий роман 4 - Татьяна Ивановна Ефремова

– Так на чем мы остановились?

Глава 8

Домой Марина вернулась под утро. Галина Алексеевна не спала, сидела на кухне с вязанием. Это означало, что она волнуется. Марина вспомнила, что последний раз мама вот так же сидела ночью на кухне, когда она только-только начала встречаться с Гюнтером. Это было года три назад.

Надо же, сколько времени прошло, а она по-прежнему держала на коленях все ту же бежевую не то скатерть, не то салфетку, вывязывая крючком какие-то немыслимо сложные, витиеватые узоры. Да и выражение лица почти не изменилось. Дежавю…

– Ты опять была с этим магнатом? – спросила Галина Алексеевна тоном, не предвещающим ничего хорошего. Марине ссориться совсем не хотелось.

– С ним. Бороздили акваторию Финского залива на чудном катере, обсуждали детали совместной поездки.

– И все? – Мать по-прежнему сверлила дочь сердитым взглядом.

– А ты что, хотела бы услышать признание, что я с ним предавалась разврату?

– Представь себе – да! Уж если ты по ночам начинаешь свои экспедиции обсуждать, то это вообще ни в какие рамки не лезет. Дочь, ты меня пугаешь, честное слово!

– Мам, это ты меня пугаешь. Когда наконец ты будешь воспринимать меня как взрослого человека, способного принимать решения са-мо-сто-я-тель-но? Дождусь я когда-нибудь этого или нет?!

Разговор обещал перерасти в скандал. Марина поняла, что матушка всерьез решила заняться ее судьбой. Она всегда мечтала выдать свою единственную, самую умную, самую красивую дочь за миллионера. Сказывались последствия просмотра всех сериалов подряд – от мексиканского «мыла» до наших отечественных «лав стори» со счастливым концом, где главная героиня обязательно выходила замуж за умного, красивого и невероятно богатого бизнесмена.

«Ох, напрасно я рассказала о знакомстве с Троеглазовым», – мысленно выругала себя Марина. Но Галина Алексеевна не спешила отступать – она просто изменила тактику.

– Доча, он же обыкновенный мужик. Работа, бизнес – ему просто некогда было ухаживать за женщинами, он не знает, как это делается. Пригласил барышню в ресторан – одни разговоры о работе, пригласил на катере покататься, причем ночью, – она опять разговоры о работе ведет. Ему же совсем другое от тебя нужно! Вот, послушай …

– Мама, прекрати, – Марина пресекла все попытки матери поведать ей что-то из разряда «как Хуанита соблазнила дона Хуана», – давай-ка лучше спать. Утро вечера мудренее, завтра расскажешь мне свою историю…

С этими словами она зашла в ванную комнату, заперев за собой дверь. Иначе мамулю не угомонить. Может, взять да и родить ей внука? Появятся заботы, мамочке будет не до меня, и я наконец-то смогу заниматься тем, чем мне хочется.

Нет, абсурд полнейший, родить ребенка – не кандидатскую написать. Для этого процесса нужна еще одна особь, мужского пола, которая тоже будет иметь свои претензии ко мне. И будут они меня вдвоем «доставать».

Да и потом, живут же другие женщины без семьи – и ничего, не чувствуют себя обиженными и обделенными судьбой. Чем я-то хуже?

Марина, лежа в горячей ванне с обильной пеной, рассуждала на вечную тему о предназначении женщины и о том, что у их отношений с Гюнтером нет будущего.

Первые месяцы их знакомства и довольно частые встречи, ощущение полнейшего счастья и полной гармонии с этим человеком укрепили ее в мысли, что так будет всегда.

Гюнтер не скрывал, что женился он очень рано на подруге детства. Жил на одной улице с Барбарой, учился в одной школе, родители их очень дружили, и с детства их все так и звали – жених и невеста.

В семнадцать Барбара осиротела – родители погибли в автокатастрофе. Родители Гюнтера забрали девочку к себе, а после того, как она стала жить в их доме, уже никто не сомневался, что Гюнтер и Барбара станут мужем и женой. Рано или поздно.

Получилось, что рано. Отец так и сяк намекал Гюнтеру, что другой жены ему и не надо, что девушка не совсем комфортно чувствует себя, проживая в их доме на положении нахлебницы. Пора бы им оформить отношения, сыграть летом чудную свадебку и переехать жить в ее дом, который намного лучше и богаче, чем дом Зоммеров.

Гюнтер привык во всем слушаться отца. Тем более что считал, что сделал абсолютно правильный выбор. Свадебку сыграли и зажили довольно хорошо. Барбара вскоре забеременела и родила ему двух замечательных мальчишек.

Хозяйство она вела исправно, не мешала мужу учиться на этнографа и заниматься любимым делом. Потом он стал работать в музее, писать научные труды, а Барбара по-прежнему вела хозяйство и справлялась с этим на «отлично». В Германии, где женщины порой более успешны, чем мужчины, очень эмансипированные и деятельные, совсем нечасто можно было встретить такую, как Барбара, – покорную, тихую, всегда ровную. Гюнтер это ценил, знал и чувствовал, что жена боготворит его, и отвечал ей признательностью.

Так длилось несколько лет, пока в составе делегации из Санкт-Петербурга Гюнтер не увидел Марину Рябинину. Тут-то все и началось…

Марина тоже увлеклась им. Трудно было не влюбиться в высокого статного блондина, который неплохо говорил по-русски, имел потрясающее чувство юмора и удивительные синие глаза. Он производил впечатление надежного и порядочного человека, при этом был на редкость эрудирован и хорошо знал свой предмет. Марине поначалу было трудно определиться, чем же он ей так понравился – своей приметной внешностью или потрясающей эрудицией?

Ухаживал он спокойно, без суеты и пустых обещаний. Удивительно, но пресловутый языковой барьер совершенно не мешал их общению. Гюнтер говорил по-русски, поскольку учил русский язык в школе, но не сразу понимал, что Марина ему говорит, долго вникал в суть сказанного, поэтому Марине больше нравилось говорить по-английски, благо навыки были. В этом постоянном желании быть понятым была своя прелесть. Нужно было все время подбирать слова, говорить только самое главное, необходимое. Вот тут-то Марина и сделала очень важное для себя открытие – чем меньше мужчина говорит, тем больше хочет сказать.

Во время одной из ее заграничных командировок, очень сумбурной и суматошной, вся делегация из Петербурга, состоявшая из пяти человек, осталась без обеда. Вечером Гюнтер, как истинный джентльмен, пригласил Марину в ресторан, чтобы исправить этот пробел в работе человека, ответственного за размещение и питание русской делегации. Сначала говорили о работе, потом он рассказал ей в нескольких словах о своей семье, мальчишках-близнецах и как-то между делом признался, что Марина ему очень нравится…

Вот так, сидя в полутемном зале напротив нее, глядя в глаза, сказал, что не знает, как следует вести себя в подобной ситуации – когда