Исследования истерии - Зигмунд Фрейд

была довольно эксцентричной особой, предпочитала бодрствовать по ночам, подкрепляясь икрой и шампанским, держала в передней профессионального шахматиста на тот случай, если ночью ей придет в голову поиграть в шахматы, а в 1882 пристрастилась к морфину. Фрейд приступил к лечению Анны фон Либен не ранее 1887 года. Скорее всего, Фрейда рекомендовал Анне фон Либен Брейер, который был семейным врачом в доме фон Либенов и вместе с Фрейдом продолжал заниматься лечением Анны. В 1888 году Фрейд начал использовать гипноз в лечении Анны фон Либен, а на протяжении 1889 года проводил с ней сеансы гипноза почти ежедневно. Случай Анны фон Либен имел большое значение для Фрейда. Не случайно в письме, адресованном 8 февраля 1897 года Вильгельму Флиссу, Фрейд уверял: «Если бы ты был знаком с Сесилией М., ты ни минуты не сомневался бы в том, что только эта женщина могла стать моей наставницей» (Sigmund Freud Briefe an Wilhelm Fliess, 1986, S. 243). Именно в ходе лечения этой пациентки Фрейд впервые попытался применить метод свободных ассоциаций, a chaise–longue, на котором Анна фон Либен возлежала во время лечебных сеансов, может считаться прообразом психоаналитической кушетки. Известно, что во время лечения у Фрейда Анна фон Либен вела дневник, который был вцоследствии уничтожен одним из врачей, занимавшихся ее лечением с 1893 года (СП.).

[13] ...фарадическая обработка бесчувственной ноги... – фарадизация (фарадическая обработка), метод применения с лечебной или диагностической целью асимметричного переменного (т. н. фарадического) тока низкой (30 – 150 гц) частоты; ток назван по имени М. Фарадея (1791 – 1867).

[14] ... предание о епископе Гаттоне... – по средневековому преданию, Гаттон, архиепископ Майнца, в неурожайный год заманил щедрыми посулами и сжег заживо в амбаре крестьян, которые требовали поделиться с ними запасами зерна. Вскоре расплодившиеся в окрестностях мыши накинулись на житницы Гаттона и разорили их. Пытаясь спастись от мышей, епископ заперся в рейнской башне, которая ныне именуется Мышиной башней (Maeuseturm), но мыши пересекли реку вплавь и сожрали его. Это предание легло в основу многих литературных произведений, в частности, известной баллады английского поэта Роберта Саути «Суд божий над грешным епископом» (Southy, R.God's Judgement On A Wicked Bishop) (С.П.).

[15] ... Вскоре... она... опять обратилась ко мне... – май и июнь 1889 года Фанни Мозер провела в санатории, а в 1890 году вновь обратилась к Фрейду (СП.).

[16] ... Я снова повидался с госпожой фон Н. весной следующего года в ее имении под Д. – весной 1891 года Фанни Мозер пригласила Фрейда в свой замок в Швейцарии (СП.). 

[17] ... всех тех насекомых, властью над которыми похвалялся Мефистофель... –  Мефистофель Гете говорит о себе следующим образом: «Царь крыс, лягушек и мышей, // Клопов, и мух, и жаб, и вшей...» (И.В. Гете. Фауст. Часть первая. Сцена третья. Перевод Б. Пастернака).

[18] Здесь впервые появляется ключевой термин психоаналитической экономики – «захват». Это слово вопреки его обыденности в немецком языке стало одним из самых сложных для перевода на другие языки. Иногда даже говорят о его непереводимости, несмотря на то, что существительное die Besetzung, как и глагол besetzen имеются в любом словаре. В русской литературе можно встретить такие варианты перевода, как фиксация (здесь один аналитический термин замещается другим), осознание, катексис (Стрейчи выбрал для перевода на английский язык это производное от греческого catechein, захватывать), активная сила, инвестиция, вложение, заряд, привязанность, нагрузка. Самое первое словарное значение многозначного слова Besetzung – занятие, оккупация. Именно в этом, несколько милитаристском значении, использует его Фрейд. Речь идет о том, что некое представление нагружается, связывается, захватывается психической энергией и, тем самым, становится активным. Подчеркивая «оккупационный» характер этого процесса, мы говорим о захвате, а не о нагрузке (энергией). Так, захватывается в фармакологическом смысле, например, серотонин (В.М.).

[19] ... парестезия... – (от греч. пара – возле, мимо, вне и aisthesis – чувство, ощущение), необычное ощущение онемения кожи, «ползания мурашек», возникающее без внешнего воздействия либо под влиянием некоторых механических факторов (сдавление нерва, сосуда).

[20] ... прогнатизм ... – (от греч. pro – вперед и gnathos – челюсть) – в антропологии сильное выступание вперед лицевого отдела черепа.

[21] ... после экскурсии на Шафберг под Ишлем... – Ишль – модный курорт с грязевыми и серными ваннами, излюбленное место отдыха автрийской аристократии (СП.).

[22] ... пароксизм... – (от греч. paroxysmos – возбуждение, раздражение) – внезапное обострение болезни: приступ боли, сердцебиения, лихорадки и т.д.

[23] ... алиенация... – психоз, безумие, умопомешательство.

[24] ... анальгезия... (от греч. analgesia – бесчувственность, невосприимчивость) – полная потеря болевой чувствительности; один из видов частичной анестезии.

[25] ... амавроз... (от греч. amauros – темный, слепой), то же, что слепота.

[26] ... прогуливались по Рингшрассе... – Рингштрассе – центральная улица в Вене, проложенная в виде кольца.

[27] ... она стала распевать... «Привольную ведем мы жизнь» – песня разбойников из драмы  Шиллера «Разбойники» и одноименной оперетты.

[28] …слов Бернгейма «tout est dans la suggestion» и... Дельбефа... «Comme quoi il n'y a pas d'hypnotism».

[29] ...editio in usum delphini... – издание для чтения дофина, т.е. издание античных авторов с изъятием эротических фрагментов текста, предназначенное для юного дофина, сына французского короля Людовика XIV.

Мисс Люси Р., тридцати лет

(Зигмунд Фрейд)

В конце 1892 года один мой друг и коллега[1] направил ко мне молодую даму[2], которая состояла у него на лечении в связи с хроническим гнойным ринитом. Как выяснилось впоследствии, причиной стойкости ее заболевания был кариес решетчатой кости. В последний раз пациентка обратилась к нему в связи с появлением новых симптомов, которые этот опытный врач уже не мог объяснить местным заболеванием. Она полностью утратила чувство обоняния, и ее почти неотвязно преследовали одно или два субъективных обонятельных ощущения. Они были ей весьма неприятны, кроме того, настроение у нее было подавленным, она ощущала усталость, жаловалась на тяжесть в голове, снижение аппетита и работоспособности.

Эта молодая дама, проживавшая в качестве гувернантки в окрестностях Вены в доме управляющего фабрикой, посещала меня время от времени в мои приемные часы. Она была англичанкой, хрупкого телосложения, бледной, светловолосой и совершенно здоровой, если не принимать в расчет заболевание носа. Первые ее сообщения подтверждали данные врача. Ее донимали дурное настроение и