Неврозы: клиника, профилактика, лечение - Михаил Ефимович Литвак

и потребовалось повторное направление в стационар. В этом случае купирование синдрома шло значительно медленнее. Меньшая курабельность определяла более длительные сроки стационарного лечения. Все больные с хорошим состоянием посещали КРОСС.

В качестве иллюстрации приведу следующий пример.

Больной М., 45 лет. Жалобы на бессонницу, страх перед наступлением ночи, раздражительность. Совершенно не выносит шума. После бессонной ночи встает с тяжелой головой. С трудом работает половину дня, потом начинают дрожать руки. Отмечает выраженную тревогу, подавленное настроение, но еще теплится надежда, что сон наладится.

Из анамнеза. Родился в семье рабочего. Наследственность психопатологически не отягощена. Детство прошло в тяжелых материальных условиях. Отец был на фронте, мать добывала продукты, а дети – М. и его старшая сестра – оставались на попечении бабушки. В семье в эти годы жили две его тетки с дочерьми, которые были старше М. За проступки его всегда кто-нибудь строго наказывал. Мечтал, что вернется с фронта отец и защитит его.

Но надежды не оправдались. Отец еще строже наказывал за разные провинности. Кроме того, он постоянно выпивал, скандалил с матерью. К родителям часто приходили гости. Встречи обычно сопровождались выпивками.

Со сверстниками отношения тоже не складывались. М. был физически слабым, и его часто избивали. В школе его идеалом был преподаватель физкультуры. Хотел стать таким, как он, усиленно занимался физкультурой. Все школьные годы, особенно в начальных классах, находился в постоянном напряжении, тревоге и страхе. Первые четыре класса учился хорошо, учителя хвалили М., и это было единственным утешением.

Годам к 14 физически окреп и рассчитался со многими обидчиками, но стать лидером, к чему стремился, ему не удалось, даже просто дружеских отношений ни с кем не сложилось. С одними М. не хотел общаться, другие не хотели иметь дела с ним.

Когда тяжело заболела мать, с большой неохотой под давлением сестры и отца выполнял необходимую работу. Становился все менее послушным. Все время испытывал недовольство жизнью, собой, хотелось добиться авторитета, быть заводилой. В этом возрасте появилось влечение к противоположному полу, но обычно дружбы добиться не мог. Смущался, терялся. Внутренняя тревога, недовольство сопровождались неровным поведением. Стал вспыльчивым, делал все суетно, с ненужной быстротой.

В возрасте 16 лет, поручавшись с отцом, без разрешения ушел из дому, впервые выпил стакан вина, лег на землю, заснул. В результате простудился и заболел воспалением легких.

Когда М. было 18 лет, умерла мать. Очень переживал это. Понял, что умер единственный близкий ему человек. В этом же году окончил школу, поступил на работу учеником газосварщика и одновременно на заочное отделение в институт сельскохозяйственного машиностроения. Чувствовал некоторое превосходство над рабочими, которые его учили, и тянулся к одному из молодых инженеров. Был в восторге, когда находился в его обществе, слушал его, раскрыв рот, мечтал стать таким, как он. Почувствовал себя самостоятельным и взрослым. Иногда выпивал с инженером. Последний усиленно проводил мысль о том, что М. зря учится в институте, только губит молодость, и М. через год институт бросил. Вскоре инженер уволился с работы, и отношения с ним распались. Рабочие, после того, как он бросил институт, начали над ним посмеиваться (возможно, М. стал болезненно переносить насмешки).

Душевное состояние было плохим. В свободное время ходил на танцы, но продуктивного общения не возникало. Для «храбрости» иногда выпивал, но желаемого результата это не давало. Перед девушками, которые нравились, робел. Те, которые уделяли ему внимание, не нравились. М. надеялся, что пойдет в армию, но на врачебной комиссии было выявлено повышенное давление, и он на службу призван не был.

Работа и отношения на ней М. не устраивали. Поступил в техническое училище, которое окончил по специальности фрезеровщика. По этой специальности стал работать. К этому времени относится начало половой жизни с партнершей, которая сама проявила инициативу. После этого беспокоила мысль, не заболел ли венерическим заболеванием. В тревоге был около 25 дней. Прочитал соответствующую литературу. В дальнейшем при новых контактах возникали мысли о возможном заражении. Поэтому иногда терпел фиаско, что служило поводом для переживаний.

На работе были тяжелые условия труда. Отношения складывались по ранее описанному стереотипу. Испытывал постоянную тревогу, неудовлетворенность, но старался не конфликтовать с начальством. В конце концов (через 10 лет) М. перевели на более интересную работу. Повысились и заработки. Понимал, что пора жениться. Но и здесь все обстояло по-прежнему: те, с которыми сходился, расценивались как недостойные его. Когда женщина нравилась, не мог добиться успеха.

С будущей женой знаком был с детства, но никогда не встречался, так как она была моложе его на девять лет. Случайно попал с ней в одну компанию, где как старший по возрасту пользовался вниманием многих. На этой вечеринке сблизился с ней, но жениться в течение года не решался, так как мучили различные сомнения, связанные с разницей в возрасте, с тем, что она, может быть, будет неверна, что «отдалась с целью окрутить» и т. п. Но она сказала, что влюбилась в него, когда была еще ребенком, и никаких претензий к нему не имеет. После долгих колебаний оформил брак и решил еще пожить «для себя», поэтому первые четыре года не было детей. Жили между собой дружно. Разногласия были только в одном вопросе. Жена любила шумные компании, новые знакомства. М. больше нравилась тихая жизнь и времяпрепровождение вдвоем. Легкая тревога у больного возникла, когда на одной из вечеринок подруги жены сказали ей, что у нее старый муж. Несколько угнетало, что жена ссорится с его близкими.

С рождением сына жена стала уделять М. меньше внимания, что очень его обидело. Начались конфликты. С рождением второго сына хлопот стало больше. Скандалы участились (бытовые вопросы, проблемы воспитания). Неблагополучные отношения были и на работе. В это время М. много занимался общественной работой. Большая нагрузка была и при благоустройстве дома (проводка газа). Иногда, чтобы немного разрядиться, выпивал. Влечения к спиртному не испытывал, не опохмелялся. Выпивки были не чаще двух-трех раз в месяц. Последние два года чувствовал себя утомленным, тревожным. Выявился псориаз, который то и дело обострялся. М. стал раздражительным. Иногда покалывало сердце.

Однажды после тяжелой работы выпил вечером стакан вина, пошел домой и лег вздремнуть. Проснулся через два часа, почувствовал себя плохо: возникли страх и неприятное ощущение в области сердца, спастические головные боли, и «страх перешел в голову». Потом стало еще хуже. Вызвали «скорую помощь». Давление было 150/100, и врач сказал, что у М. гипертонический криз. Последний был купирован, но появился сильный страх смерти. Понимал его нелепость, но ничего не мог с собой поделать. Страх сопровождался потливостью, сердцебиением, пульсацией сосудов в области головы, что еще