Психотерапия – это не то, что вы думаете - Джеймс Бьюдженталь

Важно признать, что эти представления о себе не настолько изолированны, как можно предположить, рассматривая их по отдельности. Тот, кто умирает за своих друзей, делает это из-за целого ряда представлений о себе и мире. Они могут быть примерно такими:

Я сын своего отца, а папа всегда был таким смелым… Мир жесток… Я должен быть жестким сейчас… Я никогда не умел справляться с угрозами… Слова не имеют большой силы… Теперь я не собираюсь сдаваться… как это иногда случалось… Бог на нашей стороне… Эти отморозки (враги) в любом случае меня не отпустят.

С годами наши представления превращаются в единое целое. Таким образом, если исследованию подвергается один из аспектов, – как в психотерапии или в близком общении между друзьями и любовниками, – это неизбежно приводит к другим аспектам. Во время долгой увлекательной беседы человек часто обнаруживает, что речь идет уже совсем не о том, с чего разговор был начат.

Сотканное полотно определяющих представлений, как мы уже видели, представляет собой систему конструктов «я и мир», являющуюся центральной субъективной структурой жизни. Мы плетем сети, которые в итоге удерживают нас, придают нам форму, делают нашу жизнь возможной и одновременно ограничивают ее. Когда мы задействуем свою способность к внутреннему поиску (как описано в главе 4), мы доводим до собственного сознания некоторые сегменты этих сетей и можем неявно, даже не прибегая к осознанию, сделать видимыми другие их части. Роль психотерапевта заключается в том, чтобы выявить некоторые из элементов системы конструктов «я и мир» клиента с целью дать ему шанс провести их переоценку. Изначальная невидимость этих элементов связана с тем, что они настолько органично интегрированы в способ бытия клиента, что только сопереживающий «посторонний» человек может пролить на них свет. Эту мысль можно проиллюстрировать очень коротким примером.

КЛ-1. Я сказал ей, что больше не намерен мириться с подобным обращением. У меня действительно нет выбора. Я знаю себя и боюсь, что сломаюсь, если она продолжит.

ТР-1. Ваш голос звучит очень тревожно.

КЛ-2. Да, это так! Просто я никогда не мог терпеть ее сарказм или что-то подобное. Я хочу…

ТР-2. Вы постоянно подчеркиваете, что всегда были таким.

КЛ-3. Конечно! Просто я действительно такой. Почему бы мне не подчеркнуть это?

ТР-3. Выглядит так, будто это очень важно – настаивать на том, что вы всегда были таким. Важно для кого?

КЛ-4. (Пауза.) Для меня! (Пауза, размышления.) Ну, для вас. (Еще одна пауза.) Ну какое это имеет значение? Просто я такой, какой есть. (Голос клиента звучит теперь гораздо менее уверенно.)

ТР-4. Что происходит внутри вас прямо сейчас?

КЛ-5. Ну, я не знаю. Вы меня совсем запутали.

ТР-5. Это потому, что вы позволили себе больше свободы. Оставайтесь в этом «запутанном» состоянии и рассказывайте все, что приходит вам на ум.

Конечно, это очень упрощенный пример того, как клиент начинает учиться слушать самого себя. В результате он, возможно, сумеет избавиться от своей уверенности в том, что подобное отношение к себе ничего не значит, что это – «просто так». К чему это приведет в итоге и как скоро клиент сможет переоценить свое самовосприятие, мы пока не можем предположить.

Важно осознавать разницу между самоотчетом клиента («Я такой, какой есть») и тем, что происходит в комнате в момент заявления клиента о том, что он такой, какой есть, и не может быть другим. Важно слышать слова клиента, относящиеся к его системе конструктов «я и мир», но как минимум, не менее важно осознавать, что на самом деле происходит в тот момент, когда он их произносит.

О свободе и ограничениях

Это царство открытого пространства, опасностей и возможностей удивляет нас последствиями и новыми возможностями. В качестве примера: мы очень часто воспринимаем такие слова, как «открытость» и «свобода», почти как синонимы, но осознание абсолютной необходимости защиты астронавтов от полной открытости вакуума космоса может заставить нас по-иному взглянуть на степень тождественности этих понятий. С концептуальной точки зрения от такого изменения восприятия до осознания того, что открытость возможностей во всех аспектах нашей жизни, включая инновации, может в результате чьей-то неосторожности привести к катастрофе, остается всего один шаг.

Временами мы можем осознавать хрупкость общественного договора, скрепляющего наши миры. Позволяя нам в какой-то мере жить так, как мы хотим, он в то же самое время ограничивает наши возможности в других отношениях.

Если в обществе нет ограничений или они не соблюдаются, все оказываются беспомощными. Оживленная автострада без разделительных полос, ограничений скорости и разметки на выездах представляет собой смертельную ловушку. В отсутствие структуры возникает хаос, и такое обыденное дело, как поход за едой или попытка навестить друга, живущего не далее чем в квартале от вашего дома, может стать опасным или вообще невозможным действием.

Мы видели, как подобные обстоятельства приводили к ужасным последствиям в обществах, где гражданский порядок больше не обеспечивал соблюдение ограничений – во времена террора Французской революции, в некоторых современных африканских странах, на Балканах, во время беспорядков в крупных городах нашей страны. Полная свобода ведет к полной потере безопасности для всех.

Аналогичное отсутствие устойчивой структуры внутри индивида приводит к инертности, безумию или смерти. Человек без четкого самоопределения, который не знает своих ценностей и не живет в соответствии с ними, у которого нет ощущения социальной роли, может вести себя иррационально и проявлять симптомы серьезных внутренних расстройств. «Выход из себя», нервный срыв, желание спрятаться, впадение в кататонический ступор – все это, как и многое другое, является последствиями потери способности поддерживать стабильность своего существования в мире.

Более мягкие, но все же довольно болезненные проявления, свидетельствующие о повреждении системы «я и мир», часто возникают у женщин, которые долго выстраивали всю свою жизнь вокруг мужа, а затем были покинуты им в результате развода или смерти. Аналогичным образом мужчины и женщины, чья идентичность основывалась главным образом на работе, могут демонстрировать дезорганизацию разной степени тяжести в случае увольнения по сокращению или даже при спланированном выходе на пенсию с соответствующими выплатами.

Для некоторых окончательным разрушением любой системы конструктов «я и мир» представляется чернильная клякса смерти. В архиве личных историй часто встречаются две совершенно противоположные реакции, связанные с таким представлением: отчаяние, уход в себя и безумие, с одной стороны, и вдохновение, возрождение веры и созидание – с другой.

В свою очередь, тотальный контроль, примером которого служат диктаторские режимы, как правило, оказывается губительным для тех, кто ему подчиняется, и даже, в конечном счете, для большинства