Полный Шатдаун - Рут Стиллинг

Полный Шатдаун

Рут Стиллинг

Тропы

— Отец-одиночка и героиня с характером

— Профессиональный хоккеист x Байкерша

— Разница в возрасте (ей 26, ему 36)

— Найденная семья

— Ворчун и черная кошка

— Он влюбляется первым и сильнее

— Горячий роман

Для тех, кому нравится, когда их оргазм контролируют.

Это для вас.

ГЛАВА 1

Октябрь

СОЙЕР

Она как гребаный дикий зверь.

— Ты снимешь это или как? — спрашивает она, хотя это скорее требование.

По комнате разносится звук того, как рвётся моя рубашка, и одна из пуговиц отрывается, когда она с силой вытаскивает её из моих темно — синих брюк.

— Ты только что испортила мою рубашку.

Она смотрит вниз, между нами, небрежно пожимая плечами.

— Да, это вроде как всё упрощает.

Обхватив пальцами воротник с обеих сторон, она одним движением распахивает мою рубашку. Ещё больше пуговиц рассыпается по полу моей спальни, отскакивая под комод и каркас кровати.

Поначалу я злюсь, но когда замечаю, как её взгляд останавливается на моей татуированной груди, раздражение быстро сменяется удовлетворением.

— Тебе нравится то, что ты видишь, Коллинз? — я наклоняюсь, чтобы захватить её губы своим. Она отстраняется.

— Жесткая граница — слишком личное.

Быстро проведя рукой по моей левой груди, Коллинз останавливается, когда её ногти касаются метала, пронзающей мой сосок.

— Некоторые твои тату не помешало бы подретушировать, — её карие глаза находят мои. — Я думаю, это то, что происходит, когда ты становишься старше. Всё как бы...блекнет.

Она слегка дергает за мой пирсинг, и от этого ощущения мои штаны сжимаются ещё больше.

— Хотя мне это нравится.

Когда я подношу руки к её черному кожаному платью, я обхватываю ладонями ее попку — то, что я тайно делал весь вечер, когда мы сидели рядом в кабинке, — и нежно сжимаю её.

— Ты позволяешь мне трогать твою задницу, но не целовать тебя. Для меня в этом нет никакого смысла.

Сверкая глазами, она обвивает руками мою шею, приподнимаясь на цыпочки, поскольку я по крайней мере на фут выше неё. Её милое личико в форме сердечка так близко, что я чувствую запах её блеска для губ с ароматом персика.

— Я ни с кем не целуюсь.

Эта девушка не перестает меня удивлять. Поскольку она лучшая подруга девушки моего центрового, Кендры, можно подумать, что я знаю её немного лучше, чем на самом деле. Но бесчисленные вечера после игр в нашей местной тусовке не оставили мне ничего, кроме того, что я физически могу видеть своими глазами: волнистые светло — розовые волосы до плеч, темно — карие радужки, чёткая черная подводка для глаз, и ресницы, которые должны быть искусственными, потому что, чёрт возьми, как они могут такими настоящими? Вся её одежда чёрная; на самом деле, это единственный цвет, который я когда — либо видел, чтобы она носила. И я на сто процентов уверен, что под этим чертовски сексуальным платьем до середины бедра скрывается самое стройное подтянутое тело, к которому я когда — либо прикасался.

Несмотря на её предыдущий комментарий, я облизываю губы, и она вопросительно ухмыляется мне.

— Так мы будем трахаться или нет?

Я сжимаю свои влажные губы, в равной степени удивленный и возбужденный её дерзким поведением.

— Ты просто хочешь использовать меня, не так ли?

Она убирает руки с моей шеи, кладя их на пряжку моего ремня. Когда она начинает расстегивать его, я наблюдаю, как алый румянец спускается по её груди — платье с глубоким вырезом не может скрыть ни его, ни восхитительный изгиб её декольте.

— Чего ты хочешь, историю моей жизни? Насколько я помню, это не является обязательным условием для секса, — её тон — смесь страсти и раздражения, и мой член дергается в ответ.

Иисусе.

— Я даже не знаю твоей фамилии — ты ведь понимаешь это, верно? — отвечаю я.

Игнорируя мой комментарий, она заканчивает с моим ремнем и переходит к брюкам, расстегивая молнию и оставляя их распахнутыми спереди.

Отступая на шаг, она прикусывает нижнюю губу, изучая меня.

— Что? — спрашиваю я. Она качает головой и тянется к боку.

— Ничего. Твоё тело лучше, чем я ожидала. Вот и всё.

Я провожу языком по небу, готовый сказать ей, что она более дерзкая, чем я ожидал, но останавливаюсь, когда замечаю, что она делает. Коллинз расстегивает боковую молнию на платье до бедер, а затем поднимает руки к плечам, по очереди стягивая каждую тонкую бретельку.

Время замедляется, когда платье падает на мой деревянный пол, оставляя её лишь в чёрном бюстгальтере без бретелек и стрингах в тон, которые хорошо сидят на её фигуре, напоминающей песочные часы.

У неё есть татуировка. Русалка с элегантным рыбьим хвостом обвивает правую сторону её грудной клетки. Я вижу только спину русалки, а её лицо скрыто под длинными темными волосами, но она выглядит восхитительно и так чертовски сексуально на её идеальной коже.

В отличие от моей, это единственная татуировка, которую я вижу на её теле, и мне интересно, имеет ли она значение.

Затем мой взгляд опускается на пирсинг в её пупке — черный камень, оправленный в серебряную оправу. Её тело такое женственное и соблазнительное. Даже лучше, чем я себе представлял. В её взгляде нет ни тени сомнения или неуверенности, когда она снова обращает свое внимание на моё лицо, глядя мне прямо в глаза.

Не могу отрицать, что эта девушка пугает меня, но я поддерживаю зрительный контакт, главным образом потому, что это было первое, что привлекло меня, — ее глаза и то, как они сияли в свете ламп в баре Lloyd. Как две кружки черного кофе. Я до сих пор не могу понять, где начинаются её радужки.

Я решительно делаю шаг к ней, сбрасывая порванную рубашку.

Её бледное лицо краснеет ещё больше, когда я протягиваю руку и обхватываю ее затылок, играя с волосами.

— Тебе не нужно притворяться, что я тебя не привлекаю, — я в секунде от того, чтобы поцеловать её, но останавливаюсь, вспоминая, что она сказала. — При нашей первой встрече, когда я предложил подвезти тебя домой, ты поняла, что я хочу тебя, и сегодня вечером ты поняла это снова, когда позволила мне прикоснуться к тебе, пока никто не видел. Давай не будем дурачиться.

Я до сих пор содрогаюсь при воспоминании о событиях прошлого ноября — о том, что произошло после