Цена твоей ошибки - Ася Кор

Ася Кор

Цена твоей ошибки

Глава 1. Возвращение в пучину отчаяния

Стекло панорамного окна в моем кабинете на двадцать четвертом этаже отражало женщину, которую я едва узнавала сама. Платиновый блонд, уложенный в безупречное каре, холодный блеск серых глаз, подчеркнутых умелым макияжем, и строгий брючный костюм цвета мокрого асфальта, который сидел на мне как доспехи.

Полина Авдеева. Ведущий архитектор бюро «А-Групп». Женщина, которая сделала себя сама из пепла, боли и бесконечных бессонных ночей.

— Полина Сергеевна, — голос моей ассистентки Вики вырвал меня из созерцания городского пейзажа. — Машина подана. Нас ждут в главном офисе «Гром-Холдинга» через пятнадцать минут.

Мое сердце пропустило удар. Название холдинга до сих пор отзывалось в груди глухой, тупой болью, но я подавила её привычным усилием воли. Пять лет. Прошло пять лет с тех пор, как я сменила фамилию, город и саму свою суть. Теперь я была Морозовой только в старых, спрятанных глубоко в сейфе документах. Для мира я — Авдеева.

— Проверь еще раз папку с эскизами, Вика, — мой голос звучал ровно, как сталь, ударяющая о лед. — И возьми 3D-макет на планшете. Контракт на штаб-квартиру такого уровня — это наш золотой билет. Мы не имеем права на ошибку.

— Конечно. Но вы же знаете, заказчик… он очень специфический. Говорят, он сменил уже три архитектурных бюро за полгода. Никто не может удовлетворить его требования.

Я горько усмехнулась, надевая солнцезащитные очки, хотя небо над городом было затянуто тучами. Специфический? Это было слишком мягким словом. Но я не знала тогда, *насколько* жизнь любит злые шутки.

* * *

Путь до центра занял вечность. Каждый светофор казался препятствием, каждая пробка — предупреждением. «Вернись, — шептал внутренний голос. — Уезжай, пока не поздно». Но на кону стояло будущее Тимура. Лучшие врачи, частный сад, возможность никогда ни в чем не отказывать моему маленькому мужчине, который так похож на…

Нет. Не думай об этом.

Здание «Гром-Холдинга» возвышалось над деловым центром как памятник чьему-то непомерному эго. Стекло и бетон, холодная мощь и бесконечные деньги. Нас встретили на ресепшене и проводили к скоростному лифту.

— Владелец примет вас лично, — сообщил вышколенный охранник. — Он освободил для этого сорок минут.

Мы поднялись на последний этаж. Здесь пахло дорогим парфюмом, кожей и властью. Когда двери кабинета распахнулись, я сделала глубокий вдох, готовая защищать свой проект до последнего вздоха.

Но я не была готова к тому, что увижу за массивным столом из мореного дуба.

Мир вокруг меня пошатнулся. Звуки стихли, превратившись в белый шум. Время замедлилось до невыносимости, растягиваясь, как густая патока.

Мужчина в безупречном темно-синем костюме неторопливо дочитывал какой-то документ, не поднимая головы. Широкие плечи, темные волосы с легкой, едва заметной проседью на висках, которой не было раньше, и та самая аура подавляющей, хищной харизмы, которая когда-то заставляла меня дышать чаще.

Руслан Громов.

Мой личный палач. Человек, который пять лет назад вышвырнул меня из своей жизни под проливной дождь, швырнув в лицо пачку фальшивых фотографий и назвав «грязной дешевкой». Мужчина, от которого я унесла под сердцем частицу его души, о которой он так и не узнал.

Мои пальцы впились в ручку кожаной папки так сильно, что костяшки побелели. Я чувствовала, как холодная волна ужаса поднимается от живота к горлу. Он не должен был быть здесь. В документах заказчиком значился совет директоров и генеральный управляющий — некий Соколов.

— Присаживайтесь, Полина Сергеевна, — раздался его голос. Тот самый низкий, рокочущий баритон, который когда-то шептал мне нежности на ухо, а потом кричал проклятия.

Он поднял глаза.

Я замерла, ожидая узнавания. Ожидая вспышки ярости или презрения. Но Руслан смотрел на меня взглядом совершенно чужого человека. Его глаза — пронзительно голубые, холодные, как арктический лед — скользнули по моему лицу, задержались на волосах, на губах, опустились к декольте и снова вернулись к глазам.

В них не было тени узнавания. Только оценивающий, мужской интерес хищника, увидевшего новую, потенциально интересную добычу.

Конечно. Полина Морозова была застенчивой студенткой с длинной русой косой, почти не пользовалась косметикой и носила мешковатые свитеры. Полина Авдеева — холодная стерва в дизайнерском костюме с ледяным взглядом и манерами аристократки. Пластическая операция после аварии, в которую я попала через месяц после побега, немного подправила форму носа, сделав его более точеным. Я сама себя не всегда узнавала в зеркале.

— Благодарю, Руслан Игоревич, — мой голос был безупречен. Ни одна нотка не дрогнула.

Я села в кресло напротив него, грациозно скрестив ноги. Вика, ничего не подозревая, начала доставать планшет и чертежи.

— Ваше портфолио впечатляет, — сказал он, откидываясь на спинку кресла. Его взгляд стал более цепким. — Но мне не нужны просто красивые картинки. Мне нужно здание, которое станет символом моей империи. Оно должно быть безупречным. Без слабых мест.

— Каждое здание имеет свои особенности, Руслан Игоревич. Главное — это фундамент. Если он крепок, здание устоит перед любым штормом, — я вложила в эти слова больше смысла, чем он мог понять.

Он усмехнулся. Эта его усмешка — хищная, однобокая — всегда заставляла меня содрогаться.

— Фундамент, говорите? — он подался вперед, опираясь локтями на стол. Расстояние между нами сократилось, и я почувствовала запах его парфюма. Тот же древесный аромат с нотами сандала. Перед глазами на миг вспыхнула сцена из прошлого: его руки на моей талии, жар его тела, тихий шепот: «Ты только моя, Поля...»

Я едва не задохнулась от нахлынувшей боли.

— Перейдем к делу, — резко оборвала я собственные воспоминания. — Мы подготовили три концепции. Первая — упор на экологичность и прозрачность конструкций…

Я говорила четко, профессионально, оперируя цифрами и техническими терминами. Я видела, как он наблюдает за мной. Не за проектом — за моими губами, за движением моих рук. Его интерес был почти осязаемым, тяжелым, он давил на плечи.

— Вы не местная, Полина Сергеевна? — перебил он меня на полуслове, когда я объясняла специфику остекления.

Я на секунду запнулась.

— Я работаю в этом городе последние три года. До этого жила за границей. Почему вы спрашиваете?

— Странное чувство, — он прищурился, и в глубине его зрачков мелькнуло что-то пугающее. — Мне кажется, я где-то вас видел. Ваш голос… он кажется знакомым.

— Мир архитектуры тесен, Руслан Игоревич. Возможно, на какой-то конференции в Европе, — я выдержала его взгляд. Моя броня была крепка. Я не имела права сломаться. Дома меня ждал Тим. Ради