Сильное звено Академии Драконов - Оксана Гринберга

Оксана Гринберга

Сильное звено Академии Драконов

Глава 1

В Академии Скаймора учатся только драконы. Но я – обычный человек, отправленный сюда по академическому обмену, и мне осталось меньше года, чтобы вернуться домой.

Но пока я собираюсь доказать, что я – никакое не слабое звено Академии Скаймора.

И сделать это во время отбора на Турнир Десяти Островов, где соревнуются лучшие боевые четверки ТалМирена.

Заодно выяснить правду о своем прошлом, понять, чем важна моя кровь, и залечить разбитое сердце, которое, кажется… готово разбиться в очередной раз. Потому что человек и дракон не могут быть вместе – таковы законы ТалМирена.

Глава 1

У нас в Аллирии говорят: неприятности не приходят в одиночку.

Вот и на меня эти самые неприятности стали сыпаться словно из рога изобилия.

Все началось с прибытия в Академию Скаймора встревоженных родителей Кирана – лорда и леди Велгард – как раз на следующий день после того, как нас с ним выпустили с карантина, где мы ждали, но, к своему счастью, так и не дождались появления симптомов Пепельной Хвори.

Болезнь себя не проявила, зато это сделали родители Кирана. Вернее, его мать – леди Инидия Велгард, которая решила объяснить мне, кто я такая и где мое место.

Если вдруг я забыла, что я – всего лишь простая человечка в Драконьем Королевстве, присланная сюда по академическому обмену, чтобы отучиться последний год.

Из людской Академии Астейры – в драконью Академию Скаймора.

Но пусть все считали меня слабым звеном, я все-таки попала в неплохую боевую четверку, где капитаном был Киран Велгард. Мы с честью прошли все испытания, были признаны лучшими в своей академии, и уже скоро нас отправляли в Неринг, чтобы побороться за участие в Турнире Десяти Островов.

Правда, сперва мы с Кираном случайно столкнулись с зараженным смертельно опасной для драконов хворью, после чего провели два дня в запертом доме на карантине.

Там Киран меня поцеловал – целых пять раз! – после чего заявил, что нам стоит обо всем забыть.

– То, что было на карантине, пусть там и останется, – добавил он негромко, встретив меня перед первым занятием в академии, куда мы явились тем же самым утром, когда вырвались из заточения.

– Как скажешь, Велгард! – заявила ему, на что он едва заметно поморщился.

– Мне нравилось, когда ты назвала меня «О мой дракон!», – намекнул он, но я лишь пожала плечами.

Наверное, потому что мне было совершенно все равно, что ему нравилось. Но субординацию соблюдать все же стоило, поэтому вместо «Велгарда» я стала звать его «капитаном».

Надо сказать, наше появление в академии встретили шутками, местами довольно скабрезными. Строили предположения, чем именно мы занимались, запертые на два дня и две ночи вдвоем в доме смотрителя зверинца.

Сначала я собиралась заявить шутникам, что в том доме имелись две спальни и я бы с интересом посмотрела на обугленные останки дракона, реши тот заявиться в мою комнату без моего согласия.

Но затем посчитала, что это было бы похоже на попытки оправдаться, а мне делать такое было совершенно незачем. Потому что пять наших поцелуев я старательно пыталась вычеркнуть из памяти, а больше ничего такого за время карантина и не произошло.

Если только то, что я разоткровенничалась не на шутку, а еще позволила мыслям о несбыточном проникнуть в мою голову и ненадолго поработить мой разум.

Я думала о том, что дракон посчитал меня равной и у нас с ним возможно будущее – в ТалМирене или же в Аллирии, мне все равно, – несомненно счастливое и прекрасное.

Ну что же, это была моя ошибка, которых я давно старалась не допускать.

Поэтому, пожимая плечами на глупости, что доносились до меня со всех сторон, я отвечала примерно вот что:

– Конечно же, я вела себя именно так, как и должна была приличная человечка. Готовила еду, убирала дом и приносила подносы с кушаньем своему господину. Постирала его носки и нижнее белье целых два раза… Потому что этот дракон все время потел от страха, если чего не хуже, боясь заболеть Пепельной Хворью.

А на остальное я не реагировала.

И нет, ничьи слова не могли меня задеть – но ровно до тех пор, пока не пришел вызов к декану. В его кабинете меня поджидала роскошная темноволосая и синеглазая дама в дорогом парчовом платье, увешанная драгоценностями и с высокомерным лицом.

Декан, представив меня, нас оставил.

Так вот, оказалось, в кабинете меня встретила целая мать Кирана Велгарда, и на лице драконицы застыло крайне брезгливое выражение.

– Ты! – произнесла она, стоило Кейлору Вейру выйти за дверь.

– Джойлин Грей, так меня зовут, – отозвалась я. – Если вдруг вы забыли.

Она поморщилась.

– Ты подвергла моего сына опасности!

– Вообще-то он сам подверг себя опасности, леди Велгард.

– Закрой рот, – приказала она. – И слушай меня, человечка! Отвечать будешь только тогда, когда я тебе разрешу.

– Это будет довольно сложно сделать с закрытым ртом, – отозвалась я, и леди Велгард тотчас же вызверилась.

– Я собиралась тебя испепелить, как только обо всем узнала. Стереть в пыль, а затем развеять пепел, потому что никто… Ни одна людская особь не заслуживает того, чтобы из-за нее пострадал мой единственный сын! Но меня все же отговорил декан Вейр.

Она нахмурилась, словно не могла понять, как вообще слабовольно поддалась на подобное решение и все же меня не испепелила.

– Но если еще раз… Не дай Драконьи Боги с головы моего сына упадет хоть волос по твоей вине, я тебя найду и уничтожу. Ты все поняла, Джойлин Грей?

– Предельно, леди Вейр. Но теперь я могу идти? Куда-нибудь подальше от вашего сына?

– Мне кажется, ты не до конца уразумела мои слова, человечка! Не знаю, что тут у вас происходит, хотя мне кажется, что нечто из ряда вон выходящее… Не понимаю, кто дал тебе право находиться в одном классе с драконами… Но если будет хотя бы одна ошибка, человечка, то ты серьезно пожалеешь, что родилась!

Я хотела было сказать, что все мое детство именно таким и было – обнять и плакать, – но лишь улыбнулась, а затем распахнула портал. Ушла, не став ни дожидаться, когда эта драконица вывалит на меня очередной ушат гадостей, ни просить у нее разрешения ее покинуть.

Вышла из портала в