Развод. Измена на свадьбе - Ари Дале

Ари Дале

Развод. Измена на свадьбе

Глава 1

— Руслан, — приглушенный женский стон раздается из-за плотно закрытой двери. — Еще. Пожалуйста. Мне нужно… — девушка так громко кричит, что у меня закладывает уши.

Замираю в коридоре с рукой, занесенной над дверной ручкой. Задерживаю дыхание. В висках стучит. Имя моего… уже мужа гулом отдается в ушах. Перед глазами плывет. Кажется, что бордовые стены давят на меня.

Делаю шаг вдоль стены ноза. Кольцо, которое Руслан совсем недавно надел мне на палец, начинает резко жать. Во рту пересыхает. Горло сдавливает.

Еще один шаг. Наступаю на подол свадебного платья, спотыкаюсь. Но все-таки удерживаюсь на ногах. Едва дышу.

Грубый мужской рык смешивается с протяжным женским стоном. Желудок ухает вниз. Колени подгибаются, не могу больше стоять. Оседаю на пол, плечом сползая по стене вниз. Завитые в крупные локоны темные волосы лезут в лицо, но мне плевать.

В ушах шумит. Сердце болезненно сжимается. Руки становятся настолько холодными, что ими можно остудить пожар агонии, который постепенно начинает разгораться в груди.

— М-м-м… Может, повторим? — мурлычет девушка.

— Чуть позже, — раздается тяжелый мужской вздох.

— Зря ты женился, — плохо скрываемая обида звучит в женском голосе. — Зачем тебе эта замухрышка? Разве я не лучше?

— Конечно, лучше, — хмыкает мой… муж. — Не переживай, мой брак ни на что не повлияет. У меня всегда найдется время для тебя.

— А как же твоя Машенька? — любовница едва не выплевывает мое имя.

Мне тоже интересен ответ на этот вопрос.

— Моя жена — не твоя забота, — предупреждающие нотки проскальзывают в голосе Руслана. — Она будет сидеть дома, печь пироги, кудахтать над детьми, а ты навсегда останешься той, к кому я буду возвращаться. Поэтому не забивай свою хорошенькую головку.

Задыхаюсь.

Боль разносится по телу. Она настолько сильная, будто нож в грудь засадили и провернули. Открываю рот, хочу сделать вдох, но не получается. Воздух словно сталкивается с невидимой преградой. Голова начинает кружиться. Перед глазами мутнеет.

Прислоняю голову к холодной стене, пытаюсь расслабиться, но…

— Нужно возвращаться на праздник, — грохочет муж.

Адреналин выплескивается в кровь. Сердце, которое едва не перестало биться, разгоняется со скоростью света. Не чувствуя ног, поднимаюсь. Снова становлюсь на подол платья и едва не падаю, но на этот раз не останавливаюсь. Зарываюсь пальцами в шелковую ткань юбки, задираю ее и несусь по коридору в противоположную от комнаты сторону.

Отдаленно звучащая классическая музыка приближается, как и деревянная дверь. Не торможу, толкаю ее. Яркий свет режет глаза. Зажмуриваюсь на мгновение. Вздыхаю и распахиваю веки.

Огромный белый холл загородного дома, стилизованный под бальный зал, наполнен людьми. Пространство поделили на две части: зону, где проходит праздничный ужин, и танцпол. По стенам повсюду развешаны зеркала, что не только увеличивает пространство, но и количество людей, которых собралось примерно две сотни. Вот только их лиц я не вижу. Они расплываются. От тел остаются только темные силуэты, напоминающие тени, сгущающиеся вокруг меня. На дресс-коде “все в черном, кроме невесты и жениха”, настояла мама мужа. Именно ей принадлежала идея сыграть грандиозную свадьбу. Хотя мы с Русланом были против.

Мне требуется мгновение, чтобы сориентироваться.

Кончики пальцев покалывают, ноги гудят из-за неудобных туфель, и вдобавок я натерла мизинец. Стараюсь отбросить боль, сейчас важнее другое. Бросаю взгляд через плечо, натыкаюсь взглядом на закрытую дверь. Даже если Руслан меня не видел, это не значит, что он вот-вот не выйдет. По позвоночнику бегут мурашки, гонят вперед.

Шарю взглядом по танцполу. Ищу выход. Он, насколько я помню, на противоположной стороне зала. Ныряю навстречу теням, маневрирую между ними. Откуда-то доносятся поздравления. Чувствую прикосновения. Кто-то даже пытается схватить меня за запястье, но я выдергиваю руку, не глядя. Дышу через рот, в груди жжет. В голове звучит только «беги, беги, беги».

Я сглупила. Как же я сглупила, согласившись выйти замуж. Но может быть, еще можно аннулировать брак? Прошло же совсем мало времени.

Снова оглядываюсь. Взгляд цепляется за дверь. Ту самую, откуда я только что вышла. Черт! Открыта! Ускоряюсь. Вижу выход. Он близко… очень близко. Я уже чувствую свободу.

Остается сделать всего несколько шагов, как передо мной вырастает “стена”.

— Куда собралась? — серые, наполненные холодом, глаза впиваются в меня.

Резко торможу и понимаю, что клетка захлопнулась.

Глава 2

— Петр Алексеевич, — тяжело сглатываю и заглядываю за его спину.

Мир, который секунду назад напоминал сплошную тень, начинает обретать четкость. По крайней мере, охранников, стоящих по обе стороны от выхода, теперь вижу отчетливо. Их взгляды, направленные прямо на меня. Хочется сжаться, превратиться в точку, которая со временем станет невидимой.

Но больше, чем амбалы в черном, меня пугает отец моего мужа, который однажды появился в моей жизни и разрушил ее, хотя обещал помочь. Глядя на этого человека, понимаю, что он вырастил полную свою копию. Жестокого, бездушного сына. Свекор — статный, подтянутый, мужчина. Черный смокинг идеально сидит на нем, в темных волосах проскальзывает седина. Но глаза… стальные, холодные. Они выдают истинную личину человека. Руслан унаследовал их от отца. Впрочем, как и остальное.

Почему я не послушала свою интуицию? Зачем согласилась выполнить предсмертное желание дедушки? О чем думала, когда сказала “да”?

Ответ очевиден: я поверила в сказку. Хотелось верить, что девушка, работающая официанткой, может встретить принца, выйти за него замуж, а потом жить долго и счастливо.

Ведь Руслан… он может быть обольстительным. Сильный, мужественный. Он красиво ухаживал, во всем поддерживал. Мне казалось, что я могу довериться ему, спрятаться за его спину, позволить решить все проблемы. Никогда не получала бы, что вместо этого попаду в клетку, где мне будет уготована роль “наседки”, чье мнение можно просто растоптать. Любовью здесь и не пахнет.

Так, не время раскисать! Нужно со всем разобраться! Первая цель — выбраться, сбежать с собственной свадьбы. Вторая — получить развод!

Вот что я не буду терпеть, так это измены!

Судорожно вздыхаю и выдавливаю из себя улыбку.

— Не очень хорошо себя чувствую, — в голову приходит идея, как можно оправдать свою бледность, которая всегда появляется на лице, когда я нахожусь в стрессе. — Хотела воздухом подышать.

Петр Алексеевич сужает глаза. Смотрит так пристально, что, кажется, ему удается забраться мне в голову. Снующие туда-сюда люди обходят нас стороной. Они словно чувствуют напряженную атмосферу, которая витает над нами.

Желание сбежать почти невыносимо, но я