Запретная ведьма для тёмного мага - Роман Лунёв

Роман Лунёв

Запретная ведьма для тёмного мага

Глава 1

Завтра меня должны казнить

Я очнулась от холода.

Не от привычного утреннего сквозняка из приоткрытого окна, не от кондиционера и даже не от кошки, решившей пройтись по лицу.

Холод был сырой, каменный, пробирающий до костей.

Я открыла глаза — и сразу поняла, что что-то пошло не так.

Надо мной был не потолок моей квартиры. Не знакомые трещинки на штукатурке и не люстра из «Икеи».

Вместо этого — тёмный каменный свод, покрытый влагой. С потолка медленно стекала вода и с глухим звуком капала куда-то вниз.

Я резко села… и тут же зашипела от боли.

— Чёрт… — сорвалось с губ.

Голос был не мой.

Ни по тембру, ни по звучанию. Чуть ниже, хриплее. Чужой.

Сердце ударило так сильно, что на мгновение стало трудно дышать.

— Спокойно… — прошептала я, хотя и это слово прозвучало странно.

Я огляделась.

Камера.

Настоящая. Каменная. С решёткой вместо двери. Факел в железном держателе. Запах сырости, старого камня и… чего-то ещё. Травянистого. Горького.

Это не сон.

Я слишком хорошо чувствовала холод под босыми ногами, грубую ткань платья на коже, тяжесть собственных волос, спадающих на плечи.

Я подняла руку. Тонкая. Бледная. С длинными пальцами.

На запястье — следы, словно от верёвок.

— Нет… — прошептала я.

Последнее, что я помнила — поздний вечер, ноутбук, чашка остывшего чая и дурацкая мысль:

«Ладно, дочитаю ещё одну главу и спать».

А теперь я здесь.

В чужом теле. В чужом мире.

В камере, больше похожей на темницу из исторических фильмов.

Я поднесла руки к лицу и коснулась щёк. Чужие черты. Незнакомые ощущения.

В груди закололо от паники.

— Это… не может быть правдой…

В голове вспыхнули обрывки воспоминаний — не мои.

Толпа. Крики. Слово «ведьма», выкрикнутое с ненавистью. Чьи-то руки, толкающие вперёд. Холодный голос, зачитывающий приговор.

Ведьма.

Я в теле ведьмы.

Меня затрясло.

Дверь камеры со скрипом отворилась. Я вздрогнула и отпрянула к стене.

На пороге стоял мужчина в форме стражника. Он смерил меня презрительным взглядом, словно я была чем-то грязным и опасным.

— Очнулась, — хмыкнул он. — И хорошо. Завтра на рассвете тебе понадобится стоять на ногах.

— Завтра?.. — пересохшими губами спросила я.

Он усмехнулся.

— Казнь не ждёт, ведьма.

Дверь захлопнулась.

А я медленно сползла по стене на холодный каменный пол, с трудом осознавая одну страшную истину:

Я попала в магический мир.

В тело ведьмы.

И завтра меня должны казнить.

Чужая жизнь, чужая смерть

Я не знаю, сколько времени просидела, прижавшись спиной к холодной стене.

Здесь не было окон. Только факел, чей огонь дрожал от сквозняка, и тишина — давящая, вязкая, словно она специально давала мне время осознать происходящее.

Завтра.

Это слово било в голове снова и снова.

Завтра меня казнят.

Я зажмурилась, пытаясь дышать ровно, как учат в статьях про панические атаки. Вдох. Выдох.

Не помогало.

— Это сон, — прошептала я. — Просто очень реалистичный сон.

Я ущипнула себя за руку.

Больно.

— Отлично, — хрипло выдохнула я. — Просто прекрасно.

Я снова подняла руки, разглядывая их в дрожащем свете факела. Они были красивыми — тонкими, ухоженными, с длинными пальцами. Не руками женщины, которую всю жизнь держали в цепях.

Эта ведьма жила нормально. До недавнего времени.

Мысль ударила неожиданно.

Если её обвинили, значит, было за что. Или… было кому выгодно.

В груди неприятно сжалось.

Я осторожно коснулась висков — и тут же мир вокруг будто дрогнул.

В голове вспыхнули образы.

Дом. Маленький, на окраине города. Запах трав и сушёных цветов. Книга с потёртой кожаной обложкой. Чужое имя, которое я почему-то знала… но не могла произнести вслух.

— Это её воспоминания… — прошептала я.

Они накатывали волнами, осторожно, словно боялись спугнуть. Не мои, но теперь — во мне.

Я узнала, что: её звали Алира, она действительно владела магией, и она никого не убивала.

Последнее ощущалось особенно чётко. Как клятва. Как правда, вбитая в саму кровь.

— Тогда за что?..

Я не успела договорить.

В груди вдруг вспыхнуло тепло.

Не боль. Не страх. Что-то иное.

Оно разлилось по телу, заставив кожу покрыться мурашками. Я ахнула и инстинктивно сжала пальцы.

И факел… дрогнул.

Огонь на мгновение стал выше. Ярче.

Я замерла.

Медленно разжала руку.

Пламя снова стало обычным.

Сердце заколотилось так, будто хотело вырваться из груди.

— Нет… — прошептала я. — Только не это…

Но глубоко внутри уже знала ответ.

Магия.

Она была во мне.

Спокойная. Тёплая. Живая.

Не злая. Не тёмная.

Просто… моя. Или той, в чьё тело я попала.

— Если я ведьма… — прошептала я, чувствуя, как холод сменяется решимостью, — значит, у меня есть шанс.

Шанс выжить.

Шанс сбежать.

Шанс разобраться, кто и зачем отправил Алиру на смерть.

Я поднялась на ноги, игнорируя дрожь в коленях, и сделала шаг к решётке. Сжала прутья.

— Я не собираюсь умирать, — тихо сказала я в пустоту камеры.

В этот момент по коридору прокатились шаги.

Тяжёлые. Уверенные. Не такие, как у стражников.

Я замерла.

Шаги приближались.

Факел снова дрогнул — но теперь не от сквозняка.

От присутствия.

Я вдруг остро почувствовала: кто-то идёт ко мне не случайно.

Кто-то, кто знает, кто я.

И, возможно, знает, что я

уже не та ведьма, которую собирались казнить.

Шаги остановились прямо за дверью моей камеры.

Я задержала дыхание.

Кто бы ты ни был…

Пожалуйста, не будь моим палачом.

Глава 2

Тот, кто пришёл не за казнью

Дверь камеры открылась без скрипа.

Это было странно само по себе. До этого она всегда визжала так, что у меня закладывало уши.

А сейчас — тишина. Словно её заранее… усмирили.

Я медленно выпрямилась и повернулась.

Он стоял на пороге, не делая ни шага вперёд, будто давал мне время привыкнуть к его присутствию. Высокий. Его силуэт заметно выделялся в стенах этого коридора. Тёмный плащ спадал с плеч тяжёлыми складками, скрывая фигуру, но даже так было понятно — этот человек не из тех, кого можно не заметить.

Факел на стене вспыхнул ярче.

Не от сквозняка. От него.

Я не знала, почему была в этом уверена. Просто почувствовала — кожей, дыханием, каким-то внутренним чутьём.

Он снял капюшон.

Тёмные волосы падали на лоб. Лицо — резкое, красивое той холодной, опасной красотой, от которой хочется отступить… и одновременно сделать шаг