Аморальный - Алайна Салах

Аморальный

Алайна Салах

1

— Рекомендую тебе попробовать местный стриплойн, — ярко-красный ноготь девчонки скользит по строчкам меню. — Я была здесь пару раз. Стейки они готовят просто изумительно. Гораздо лучше, чем в тех же «Паризьен» или «Амаю». А еще салат с ростбифом просто шикарный… Под мерло — самое оно.

— Мне всё, что она перечислила, — буркаю я, мельком взглянув на юбку официантки. — И вино принеси. Только не красное — от него башка трещит, а совиньон какой-нибудь нормальный… Ты сама что будешь?

Лена — кажется, так зовут ту, что притащила меня сюда, — старательно делает вид, что изучает меню.

— Мне пожалуйста, салат с осьминогом, минеральную воду и стейк… — поёрзав на диване, перечисляет она. — На гарнир пюре из сельдерея… Скажите, а у вас Давид Моро есть?

— Да, есть, — пищит официантка.

— Я вот думаю, бокал взять или…? — Она вопросительно смотрит на меня.

— Принесите бутылку, — раздражённо заканчиваю я. — Белое только сразу. Похмелье задрало.

— У тебя вчера выдался весёлый вечер? — Девчонка подаётся вперёд, видом и тоном напоминая мне мозгоправа, к которому я однажды ходил по совету жены Эрика.

— У меня теперь каждый вечер весёлый.

— Здорово. А чем занимаешься?

— На заводе работаю, — машинально отвечаю я, массируя ноющие виски. Как, блядь, высидел в офисе полдня, вообще не понятно. Приполз домой, помню, под утро, зачем-то залез в ванну и очнулся через четыре часа, когда вода стала ледяной.

— Видимо, на заводе теперь хорошо платят, раз уж ты арендовал ВИП-зону, — хихикает Лена.

— Так половина же с тебя.

Лицо Лены испуганно вытягивается от этих слов — если бы башка так не болела, я бы в голос заржал.

— Шучу, — я забираю со стола телефон, чтобы принять звонок. — Да, Эрик. Да, звонил. Ты где сейчас? Я в этом… — поморщившись, я смотрю на девку. — Как, уж, этот рестик называется?

— «Монро», — захлопав глазами, лепечет она.

Про себя я отмечаю, что тёлка вполне симпатичная. Когда она обратилась ко мне на улице под каким-то дебильным предлогом, я особо внимания не обратил. Мне нужна была компания на вечер и, в целом, сошла бы любая, кто весит меньше центнера. Волосы, кожа, фигура — всё на уровне… Только губы чересчур дутые, как и сиськи, что навевает мысли о порнухе. Да и похуй. Встречаться с ней ещё раз в любом случае не придётся.

— В общем, в «Монро» я… — Я делаю знак появившейся официантке с подносом, чтобы сразу разлила. — Давай, пригоняй. Нет, не один. С подругой… Нет, ты её не знаешь. Блядь, я на допросе, что ли?! Короче, приезжай. Стол в випке.

— Кто должен приехать? — обеспокоенно интересуется Лена, когда я возвращаю трубку на стол.

— Друг мой, — поясняю я. — Дома с женой сидеть заебался.

Её взгляд прилипает к моему безымянному пальцу.

— А ты, я так понимаю, не женат?

— Для тебя имеет значение? — переспрашиваю я, ухмыльнувшись.

— Да нет. Мы же просто сидим, общаемся… О, вот уже и салаты несут! — Её рот расплывается в неестественно широкой улыбке, будто официантка тащит не салаты, а витрину Картье. — Всё-таки здесь первоклассное обслуживание!

Её фальшивые восторги и скучные фразы начинают раздражать, поэтому я переключаю всё внимание на вино. После пары бокалов гудение в башке стихнет, и мир, как и людей, станет, наконец, проще выносить.

— Так где ты всё-таки работаешь? — не сдаётся Лена, пока в преувеличенно аристократичной манере ковыряется в щупальцах морских гадов.

— Сказал же: на заводе, — я с наслаждением вливаю в себя охлаждённый совиньон, ощущая, как виски отпускает. — Сама-то, чем занимаешься?

— Учусь на пятом курсе филфака. Через полгода получу диплом.

— И дальше что? — хмыкаю я, повторно запрокидывая горлышко бутылки над опустевшим фужером. — В школу работать пойдёшь?

— Я пока не думала… — фыркает Лена. — Но профессий в любом случае много.

— Короче, продолжишь заниматься всё той же хернёй, пока тебя не подхватит какой-нибудь папик, — заключаю я.

Её лицо покрывается красными пятнами.

— Откуда такие выводы обо мне? Сейчас я только учусь и нигде не работаю.

— Пиздеть уже не обязательно, — успокаиваю я, окончательно справившись с похмельем и оттого подобрев. — То, что ты мужиков разводишь на крупные чеки, чтобы комиссию от заведения получить, мне вообще похую. Домой ехать не хочется, поэтому я готов платить за компанию. Потратить готов дохуя. Поэтому, заканчивай строить из себя целку на первом свидании и отработай гонорар так, чтобы зевать не хотелось. Я сюда ради веселья пришёл, а не местную жратву и обслуживание обсуждать.

Повисшую паузу я заполняю тем, что пью. С услугами консуматорш я познакомился ещё лет двенадцать назад в одном испанском клубе и неплохо провёл время. У местных разводить на бабки с огоньком получается, а у наших — как у тех же тарелочниц.

— Я тебя поняла, Костя, — со скрежетом выдавливает Лена.

— Имей в виду, что мужики терпеть не могут, когда их держат за придурков. А среди тех, кто с баблом, придурков вообще мало, а охуевших — пруд пруди. Узнают, что ты разводила — и в рот, и в жопу напихают, и ещё и счёт оплачивать заставят. — Я касаюсь её фужера своим. — Ну что, давай, за хороший вечер.

2

— На каникулы хочу с семьёй на Хайнань поехать, — Эрик затягивается кальяном, который здесь, якобы, запрещён. — Толик ездил, в восторге остался. Не хочешь?

Я машинально убираю опустевшую бутылку под стол и жму кнопку вызова официантки, спьяну не заметив, что она уже вошла в випку.

— И что я там делать с вами буду? Киснуть у бассейна и уроки ваших пиздюков обсуждать?

— А возьми с собой кого-нибудь, — Эрик многозначительно смотрит на Лену, которая на деле оказалась Алёной — выяснилось, когда я стал её представлять. — Есть же у тебя компания.

Залпом осушив очередной бокал, я исследую профиль своей соседки и мысленно кривлюсь. Не, нахер. На один вечер сойдёт, но терпеть её силиконовые бидоны перед своим лицом две недели…

Если бы я любил огромные буфера и большие жопы, то позвонил бы Наде. Но на неё у меня не стоит. Проверено.

— Вам вино повторить? — раздаётся над головой тонкий голос официантки.

Я поднимаю глаза. Она шуршит вокруг нас уже часа три, так что её лицо можно и рассмотреть. Видимо потому, что я выжрал три бутылки вина, оно кажется мне красивым.

— Тебя как зовут? — спрашиваю я вместо привычного «Да, повтори».