Призраки благородного прошлого - Люсия Веденская

Люсия Веденская

Призраки благородного прошлого

Глава 1. Изгнание с привилегиями

В гостиной поместья Эшфордов витал аромат свежезаваренного чая и едва уловимое напряжение — то самое, когда родитель вот-вот скажет что-то, что изменит жизнь дочери, а заодно испортит ей настроение на ближайшие пару лет.

— Констанс, — начал сэр Джордж Эшфорд тоном, каким обычно объявляли траур по дальним родственникам, — ты переезжаешь.

Девушка подняла глаза от чашки, в которой чай уже остыл до состояния холодного компресса:

— Простите, что?

— В старый особняк в Хартфордшире, — уточнил отец, не удосужившись добавить в голос ни капли веселья. — Там у тебя будет время подумать.

— О чем? — с невинным интересом поинтересовалась Констанс, уже понимая, к чему клонит родитель. — О бренности бытия?

— О своем будущем, — сухо отрезал сэр Джордж. — Ты отвергла пятого жениха. Пятого, Констанс!

— Я помню, — с достоинством ответила она. — Первый был очень настойчив, второй — скучен, третий — все время говорил о себе, четвертый…

— …а пятый был совсем не такой. Он, по-моему, самый терпеливый человек в Англии, — несдержанно оборвал ее отец, выставляя руку вперед в останавливающем жесте. — Но ты и его довела до бегства.

Констанс пожала плечами:

— Я просто дала понять, что не разделяю его чувства. Несколько раз.

— И вот именно поэтому, — продолжил он, как будто речь шла об очевидной истине, вроде «солнце встает на востоке», — ты отправишься туда, где сможешь пересмотреть свои критерии отбора.

Она вздохнула и наконец-то поставила чашку на стол, стараясь не смотреть на тяжелые, почти обвиняющие портреты предков на стенах.

— Иными словами, вы высылаете меня из дома, — холодно осведомилась она.

— Ты все равно здесь без пользы, — с ледяной откровенностью отозвался сэр Джордж. — А особняк пусть хоть кто-то займет, пока он окончательно не развалился. Устроишь там порядок. Уют какой-никакой.

Констанс нахмурилась, но решила, что молчание в данном случае будет выглядеть более достойно, чем любая эмоциональная реплика. Тем более, отец явно давно готовился к этой беседе, а значит, победа заранее была за ним… и за его чемоданами, уже, вероятно, стоящими у дверей ее спальни.

— Я, конечно, пошлю с тобой горничную, — смягчил мужчина тон, будто пытался загладить удар. — И в особняке уже ждет пара человек, чтобы готовили, убирали, топили камины.

— И гоняли призраков? — невинно уточнила девушка.

Сэр Джордж приподнял бровь:

— Не выдумывай. Одна ты там не останешься.

Констанс с трудом удержалась от улыбки. Если в доме и правда водились привидения, возможно, у нее будет компания побольше, чем рассчитывал отец, явно намеревавшийся наказать ее скукой.

Через час она уже стояла в своей комнате, наблюдая, как горничная складывает платья в дорожный сундук. Сундук был тяжелый, с медными замками и запахом нафталина — чемоданы в их доме считались слишком вольным изобретением.

— И где именно, позвольте узнать, этот… дом? — спросила она у отца, когда тот все же удостоил ее своим появлением на пороге.

— В Хартфордшире, я же говорил. Фэйрхолл, — коротко ответил он, словно произнес слово, которое не хотелось держать во рту. — Там никто не жил лет двадцать, а то и больше.

— Прекрасно, — кивнула Констанс. — Пыль успела обзавестись собственным имуществом.

— И, возможно, фамильным гербом, — парировал отец, но уголок его рта все же дрогнул.

Задолго до полудня следующего экипаж стоял готовый, лошади переступали копытами, пар поднимался в холодном утреннем воздухе. Констанс вышла к крыльцу, плотно закутавшись в плащ, и подумала, что эта поездка может оказаться либо по-настоящему унылым изгнанием, либо чем-то гораздо более интересным.

Экипаж тронулся, колеса заскрипели по булыжной мостовой, и Лондон начал растворяться за окнами. Сначала тянулись бесконечные ряды домов с одинаковыми фасадами, лавки с кривыми вывесками, звон голосов уличных торговцев и запах свежей выпечки, который так и норовил пробиться сквозь щели всех домов.

Констанс устроилась на сиденье, продолжая кутаться в плащ, и мимоходом подумала, что это, вероятно, именно так и начинается большинство ссылок: ты вынужденно едешь прочь, а город даже не замечает твоего исчезновения.

Когда кварталы сменились парками, а парки — полями, она в который раз попыталась представить Фэйрхолл. Перед мысленным взором вставал мрачный, но гордый дом с каменными стенами, коваными воротами и, возможно, скрипящими ставнями, которые хлопают от ветра. Если верить семейным рассказам, в нем было больше каминов, чем здравого смысла, и ни один из них не работал.

На обочине проносились ряды безлистных деревьев, тянувшихся к серому небу, словно жалуясь на погоду. Иногда мелькали редкие путники, прячущиеся в шинели и шарфы. Каждый раз, когда взгляд цеплялся за их лица, Констанс ловила себя на странной мысли: а не лучше ли было бы сейчас остаться в шумном, привычном Лондоне, даже под отцовским присмотром?

Она усмехнулась своим мыслям. В конце концов, что самое страшное может случиться в пустующем старом особняке? Разве что ей придется разговаривать с мебелью. Хотя, если там правда обитали призраки, то это даже разнообразило бы досуг, который ей предстояло проводить с личной горничной, высланной несколько раньше другим экипажем.

Колеса мерно гремели по неровной дороге, и в какой-то момент Констанс поняла, что перестала смотреть в окно. Гораздо интереснее оказалось прислушиваться к негромкому разговору кучера с лакеем, устроившимся рядом. Голоса доносились приглушенно, но при желании — а у мисс Эшфорд было огромное желание — можно было расслышать почти каждое слово.

— Говорят, там никто не жил много лет, — сказал кучер, щелкнув вожжами. — После того как…

Он замялся.

— После того как хозяйка скончалась? — подсказал лакей. — Странная смерть, кстати. Слухи ходили, что…

— Не при молодой даме, — резко оборвал кучер, но Констанс уже подалась вперед.

— Что? — спросила она, просунув голову в небольшое окошко и совершенно не скрываясь. — Неужели у особняка есть история, о которой мне забыли рассказать?

Мужчины переглянулись, явно сожалея о том, что разговор состоялся при таких неудобных свидетелях.

— Ну… прабабушка ваша, мисс, — начал лакей осторожно, — умерла там… скажем так, при необычных обстоятельствах.

— Каких именно?

— Лестница, мисс. Поскользнулась, упала. Хотя, говорят, она была здорова, да и ступени сухие…

— И это все? — Констанс приподняла бровь.

— Потом был еще несчастный случай, — вставил кучер. — Мужчина, молодой джентльмен. Приезжал по делу, да так и не вернулся. Нашли в саду, — он кашлянул, — в пруду. Или тоже у лестницы… Не помню точно. И ваша м… И ваша смелость, мисс, меня поражает, — быстро исправился лакей, явно желая сказать что-то другое.

Констанс опустилась обратно на сиденье, прикрыв колени