Между светом и тьмой - Виолетта Иванова

Виолетта Иванова

Между светом и тьмой

Глава 1

По коридорам замка Адельбург — сердца города-крепости, столицы княжества Адельмарк, возведенного, согласно преданиям, самим Богом Одинаром, двигалась небольшая процессия. Впереди шел князь Айварс Высокая Скала — высокий крепкий, как скала, седовласый мужчина с лицом, обветренным холодными ветрами Севера, с густой седой бородой, одетый в нарядную темно-синюю рубаху, украшенную строгой вышивкой серебряной нитью, подпоясанную широким тканым поясом с богатой вышивкой и прикрепленным к нему коротким мечом в богато украшенных кожаных ножнах, плотные черные штаны-брокеры из тонкой кожи морского чудовища, кожаные сапоги, украшенные серебряными застежками. На его широкие плечи наброшен теплый плащ из самой лучшей шерсти белорунных овец, скрепленный у правого плеча красивой серебряной булавкой в виде головы дикого животного. Голову князя венчала малая княжеская корона Адельмарка из темного серебра, украшенная «Сердцем холодного моря» — темно-фиолетовым, почти черным аметистом.

Справа от него шел молодой воин, похожий на князя — княжич Эрик, высокий молодой мужчина с волосами цвета белого пепла, похожий статью и силой на своего отца, а четкими изысканными чертами лица на свою матушку — княгиню Ульрику, которая шла по левую руку своего мужа. На нем была почти такая же богатая одежда, как у отца, только голову венчал тонкий серебряный обруч, который, в свое время, сменит большая княжеская корона. Кожа лица словно поцелована холодным северным солнцем. Темно-серые, как стальной клинок, глаза смотрели вперед с уверенностью, хотя его рука нервно сжимала кинжал, который он выковал сам для подношения.

Княгиня Ульрика, красивая статная женщина, с любовью и гордостью смотрела на своих самых дорогих ее сердцу мужчин — мужа и сына. Сегодня был самый важный день в жизни княжеского рода — их сыну исполнилось двадцать два, возраст совершеннолетия и признания его наследником рода, когда он должен получить наказ Богов и Предков у древнего Алтаря. Скоро придет время Эрику занять трон, Одинар и Предки дадут княжичу свои наставления, если они признают его достойным.

Каждый из них нес в руках подношения древнему богу и Предкам, лица сосредоточены. Княжич волновался, а вдруг Одинар сочтет его недостойным занять трон после отца? Но гордая осанка, твердый шаг, уверенный взгляд князя говорили, что старый Айварс уверен в своем сыне.

Следом за княжеской семьей шел небольшой отряд четырех хускарлов* (прим. — личная охрана князя), самых преданных воинов, готовых всегда прийти на защиту своего господина, которые несли горящие факелы, освещая путь. На лицах суровых мужчин читалась гордость за то, что им доверено сопровождать своего князя и княжича к Алтарю Предков. Мужчины тоже были одеты в свои самые нарядные одежды, богато украшенные вышивкой и золотом. Их ножны сверкали в свете факелов, освещающих путь к алтарной комнате, драгоценными камнями. Четкие шаги суровых воинов раздавались в гулком коридоре замка, куда выходили слуги, чтобы приветствовать своего князя и его сына низкими поклонами.

Князь уверенно прошел через большой холл первого этажа, вышел в следующий коридор, по которому дошел до винтовой лестницы, спускающейся вниз. Факелы освещали спуск куда-то под стены древнего замка. Скоро процессия подошла к небольшой деревянной двери, находящейся в самом сердце замка, обитой серебряными накладками в виде сказочных зверей и птиц. Возле алтарной комнаты их встречал худощавый мужчина чуть выше среднего роста, одетый в белые одежды, расшитые священными рунами — служитель богов Одингерд. Казалось, что он ровесник богам, его темное от времен высохшее лицо обрамляли белоснежные волосы, стянутые в плотную косу, в темных от древних и потайных знаний глазах светилась мудрость веков. Он поклонился князю, открыл дверь, пропуская в алтарную комнату княжескую семью. Хускарлы остались за порогом охранять покой, чтобы никто не помешал таинству посвящения молодого княжича в тайны рода. Старинная дверь закрылась с тихим шелестом, словно отсекая мир людей от мира Предков и Богов и на ней засветились тайные знаки, давая понять, что никто из смертных не может войти сюда.

Княжеская семья и служитель оказались в небольшой комнате без окон с куполообразным высоким потолком, где посередине стоял потемневший от времени алтарь из искристого темно-серого камня, который по указу Одинара воздвиг первый предок князей Адельмарка. Напротив входа находился большой каменный трон, богато украшенный затейливой резьбой. По преданию, этот трон создал и поставил сюда перед алтарем сам бог Одинар чтобы, сидя на нем, наблюдать за таинствами и возвещать свою волю. Говорят, что в древние времена Одинар появлялся перед правителями княжества, когда те приходили за советом в алтарную комнату. Каждый раз при посвящении молодого наследника княжеского рода на алтаре появлялся свиток пергамента, на котором божественной рукой Одинара были написаны слова, указывающие путь будущего правителя. Иногда свитки с предупреждениями появлялись на алтаре, когда княжеству грозила опасность. Эти свитки хранились в потайной комнате, как самые драгоценные реликвии, рассказывая потомкам об истории рода.

Княжеская семья и служитель встали вокруг алтаря, образуя квадрат сторон света с князем на северном направлении. На стенах горели факелы, заполняя комнату ароматом воска, луговых трав. Несмотря на то, что комната находилась под землей, воздух здесь всегда был свежим и прохладным, словно где-то на берегу Седого моря. Айварс поставил на алтарь подношение — большой глиняный кувшин, наполненный пенным напитком.

— Прими в дар этот напиток, — негромкий голос князя отразился от стен комнаты. Айварс поклонился алтарю. — Благослови наши земли, пусть они не знаю засухи.

Княгиня рядом с кувшином князя поставила глиняное блюдо, наполненное злаками.

— Прими в дар это зерно, — продолжила княгиня и поклонилась. — Благослови наш народ, пусть он не знает голода.

Княжич положил рядом с блюдом и кувшином кинжал в простых деревянных ножнах.

— Прими в дар этот клинок, — молодой человек поклонился с почтением. — Благослови наш народ, чтобы он никогда не знал, что такое война.

— Великий конунг, — Одингерд низко склонился перед князем, повернулся к княгине и поклонился, — Ваша светлость, — потом повернулся к княжичу, — Ваша светлость.

Княжеская семья поклонилась Одингерду в ответ. Потом служитель повернулся к каменному трону, воздел руки в молитвенном жесте и снова низко поклонился.

— Одинар, обращаюсь к тебе, нашему отцу, защитнику и хранителю рода, — начал говорить служитель. — Пришло время юному княжичу получить благословения и твои наставления. Свидетельствую — княжич Эрик достойный сын своего отца, не раз стоял плечом к плечу рядом с князем, когда враги нападали на земли княжества. Враги узнали крепость его руки, ярость его сердца, твердость