Невеста по контракту для медведя - Вик Арис

Вик Арис

Невеста по контракту для медведя

Пролог

Артемий

Я вошел в зал последним и специально громко хлопнул дверью, чтобы все сразу поняли — настроение у меня так себе и разговаривать со мной сегодня лучше аккуратно. Не помогло. Старшие уже сидели за длинным столом, разложили свои папки, планшеты, кто-то даже очки нацепил, будто мы не клан медведей, а совет директоров какой-нибудь корпорации. Хотя, если подумать, мы и есть корпорация, только с шерстью, когтями и очень плохим характером, когда нас начинают учить жить.

— Артемий, — первым подал голос Захар Игнатьевич, самый старший из всех, сухой, как коряга, и такой же упрямый. — Сядь.

— Мне и стоя нормально, — ответил я, но все же прошел к столу и сел, откинувшись на спинку стула. — Давайте сразу к делу. У меня через час встреча.

— У тебя через час всегда встреча, — проворчал Матвей. — А у клана через десять лет может не быть альфы.

— Альфа у вас перед глазами, — я постучал пальцами по столу. — Живой, здоровый, работает. Какие проблемы?

Они переглянулись, и я уже понял, к чему все идет. Этот разговор поднимали последние два года с завидной регулярностью, и каждый раз я надеялся, что сегодня будет что-то новое. Но нет, у старших с фантазией не очень.

— Тебе нужна жена, — спокойно сказал Захар Игнатьевич.

— Мы опять идем по этому кругу? — я усмехнулся и покачал головой. — Может, вы мне список составите? Когда вставать, что есть, во сколько спать ложиться.

— Не ерничай, — резко ответил Матвей. — Речь не о твоем режиме. Речь о наследнике.

— Речь все время об этом, — я посмотрел на каждого по очереди. — Я в курсе. Я не глупый.

— Тогда почему до сих пор один? — тихо спросил Савелий, и вот он как раз говорил без наезда, просто спрашивал, но меня это все равно задело.

Я пожал плечами.

— Потому что не встретил ту, с кем захочу жить.

— Ты альфа, — сказал Захар Игнатьевич. — У альфы не всегда есть роскошь ждать.

— Это не роскошь, — я наклонился вперед и уперся локтями в стол. — Это моя жизнь.

— Это жизнь клана, — поправил он. — Ты не просто мужчина. Ты глава. За тобой люди. За тобой территория. За тобой будущее. Медведю нельзя быть одному, Артемий.

Я провел рукой по бороде, чувствуя, как внутри начинает подниматься раздражение. Потому что я понимал — они по-своему правы. Но принимать их правоту не хотелось.

— И что вы предлагаете? — спросил я. — Найти первую попавшуюся медведицу и сделать вид, что мы счастливы?

— Не первую попавшуюся, — спокойно сказал Савелий. — Мы нашли агентство.

Я даже не сразу понял, что он сказал.

— Что вы нашли?

— Агентство, — повторил он. — Брачное. Для оборотней. Там подбирают женщин по параметрам. Здоровье, характер, совместимость…

Я откинулся на спинку стула и посмотрел в потолок.

— Вы это сейчас серьезно?

— Абсолютно, — ответил Матвей. — Многие уже так делают. Волки, лисы, даже кошачьи.

— Я не «многие», — я снова посмотрел на них. — Я не буду выбирать жену по каталогу.

— Это не каталог, — начал Захар Игнатьевич.

— Это каталог, — перебил я. — Фото, анкета, параметры. Рост, вес, цвет глаз. Удобно. Можно еще отзывы почитать.

— Артемий, — он посмотрел на меня очень внимательно. — Ты можешь сколько угодно злиться, но время идет. Через несколько лет будет поздно.

— Мне тридцать пять, не девяносто, еще ничего не поздно, — ответил я.

— Для человека — нет, — спокойно сказал он. — Для альфы — да.

Я сжал челюсть и на несколько секунд замолчал. Внутри медведь заворчал, недовольно, тяжело, как всегда, когда меня загоняли в угол. Он не любил, когда на него давят. Я тоже.

— Я не буду жениться без истинной, — сказал я наконец.

— А если твоя истинная — человек? — спросил Савелий.

Я хмыкнул.

— Тогда вообще весело будет.

— В этом агентстве есть и люди, — тихо сказал он.

Я посмотрел на него.

— Вы уже все решили, да?

— Мы ничего не решили за тебя, — ответил Захар Игнатьевич. — Мы нашли вариант. Решать тебе.

— И если я скажу нет?

— Тогда мы будем возвращаться к этому разговору снова и снова, — спокойно сказал Матвей. — Потому что это наш долг.

Я провел рукой по лицу и выдохнул. Они не отстанут. Я это видел по их лицам. Упрямые, старые медведи, которые умеют ждать. Они меня переждут, если надо.

— Что за агентство? — спросил я.

Матвей сразу подвинул ко мне папку.

— Вот. Здесь информация. Контакты. Условия.

Я открыл папку, пролистал пару страниц. Серьезная контора, судя по всему. Договоры, гарантии, медицинские проверки, юридическое сопровождение. Все по-взрослому.

— И что, — я усмехнулся, — я просто прихожу и говорю: «Здравствуйте, дайте мне жену, пожалуйста»?

— Примерно так, — спокойно ответил Савелий.

— Замечательно, — пробормотал я.

Я закрыл папку и постучал по ней пальцами.

— Ладно, — сказал я. — Я посмотрю.

Матвей прищурился.

— Посмотришь — это значит что?

— Это значит, что я посмотрю, — ответил я. — Анкеты. Фото. Не знаю. Посмотрю.

— И все? — спросил он.

— А вы что хотите? — я посмотрел на него. — Чтобы я прямо сейчас выбрал женщину и поехал в загс?

— Мы хотим, чтобы ты перестал тянуть, — тихо сказал Захар Игнатьевич.

Я взял папку и встал.

— Я сказал, что посмотрю. Этого достаточно на сегодня?

Они переглянулись, и Захар Игнатьевич кивнул.

— Достаточно.

Я уже развернулся к двери, когда он добавил:

— Артемий.

Я обернулся.

— Что?

— Иногда судьба приходит не так, как мы ее ждем.

— Иногда судьбе лучше не опаздывать, — ответил я и вышел.

* * *

Вечером я сидел у себя в кабинете, открыл папку и долго на нее смотрел.

— Ну давай, — пробормотал я. — Посмотрим, кого мне там нашли.

Я открыл первую анкету. Фото, данные, образование, здоровье, характер. Все идеально. Я перелистнул.

Вторая. Третья. Четвертая.

Красивые. Ухоженные. С идеальными улыбками и правильными словами в анкете. «Спокойная», «уравновешенная», «люблю детей», «мечтаю о семье». Все правильно. Все как надо.

И ни одна меня не зацепила.

Я уже хотел закрыть папку, когда перевернул еще одну страницу и замер.

С фотографии на меня смотрела рыжая девушка. Пышная, с кудрями, в каком-то простом платье, сидит на стуле и улыбается так, будто ее сфотографировали не для анкеты, а просто в какой-то обычный день. Улыбка не идеальная, живая. И глаза… Я даже сам не понял, что именно в них меня зацепило. Теплые. Добрые.

И в этот момент внутри меня медведь резко поднял голову. Как будто до