Убийственная ночь - Гленна Мейнард

Все палатки на базаре уже пусты. Горит лишь несколько огней. Атмосфера больше не кажется дружелюбной и приветливой. Стало темно, холодно и жутко. Надувные эльфы у входа в Санта-Лэнд наклоняются и машут руками под холодным зимним ветром, пока вокруг падает снег.

Мне негде спрятаться. Я поворачиваюсь, не сводя глаз с преследователя, который неспешно приближается ко мне. Его шаги медленные и размеренные. Он загнал меня в угол.

Я делаю несколько шагов назад, ноги упираются в кресло Санты. Человек в маске уже рядом со мной. Я хватаю одно из пластиковых украшений в виде леденца, воткнутое в землю. Дергаю его, и он ломается на конце. Я направляю свое оружие на его грудь, как будто это может причинить ему какой-то вред.

— Что ты собираешься сделать? — мой голос дрожит, а изо рта вырывается облако моего дыхания.

Меня пробирает дрожь, когда он отбрасывает мое жалкое оружие, как будто оно не причинит больше вреда чем комар.

— Я тебя трахну.

Между моими бедрами становится влажно от этой угрозы, которая больше похожа на обещание. Я сглатываю, когда он обхватывает мою шею рукой в перчатке, которая пахнет сосной и немного липкая. Сердце бешено колотится в груди.

Поднимая нижнюю часть его маски, я смотрю на его губы. Я знаю эти губы. Они улыбались мне сегодня вечером. Ничто не мешает ему задушить меня здесь, в темноте и холоде. Есть миллион способов, которыми он может убить меня.

— А потом, маленькая эльфийка... — уголки его губ поднимаются вверх, и я хочу узнать их вкус.

— А потом... — повторяю я, когда он потирает рукоять своего топора о юбку моего платья.

Я тяжело дышу, и он опускает подбородок. Его мучительные и жестокие губы встречаются с моими. Он пахнет дымом и мятой. Опасен. Сексуален. Смертоносен.

Поцелуй Дэймона опьяняет и вызывает пятьдесят оттенков извращенности. И я хочу большего. Я хочу, чтобы он делал со мной все, что захочет. Одновременно напугана и возбуждена, но у меня еще осталось немного инстинкта самосохранения. Я стону под его грубыми и требовательными губами, отводя топор от себя в надежде, что он его уронит.

— Ты боишься меня, детка?

Я открываю глаза и вижу, что он смотрит на меня, его лицо все еще частично закрыто, а снежинки прилипают к маске.

— Сними маску. Позволь мне увидеть тебя.

— Разве это не разрушит твою фантазию? — он подтверждает, что все темные секреты, которыми я поделилась в сообщениях, были с ним.

Я качаю головой, и он отпускает топор. Он падает на землю, и он снимает перчатки, засовывая их в задний карман.

Не в силах больше ждать, я встаю на цыпочки, чтобы схватить его маску. Дэймон хватает меня за запястье и перехватывает вязаный материал.

— Это все, на что ты надеялась?

— Почти, — я облизываю губы в ожидании того, что он сделает дальше.

Мужчина моей мечты не заставляет меня долго ждать. Его губы снова находят мои в всепоглощающем поцелуе. Его язык горячий и жадный. Он задирает юбку моего платья, сжимая мою задницу с диким желанием, которое можно назвать только первобытным.

— Я должен отшлепать тебя за то, что ты надела это сегодня вечером. За то, что флиртовала с Ником.

Его зубы скользят по моей нижней губе, прежде чем впиться в пухлую плоть с такой силой, что проступает кровь. Он знает, как задеть меня за живое. Что нужно сделать, чтобы разжечь мой огонь. Дэймон знает, что я хочу, чтобы он взял меня грубо. Жестко. Без пощады. Я так много раз мечтала об этом. Как я могла думать, что кто-то другой, кроме него, способен это сделать?

Засунув руку в мои колготки, он оттягивает в сторону мои трусики. Его пальцы грубые, холодные и липкие от сока деревьев, проникают в меня. Холод его кожи встречается с жаром моего влагалища. Как огонь и лед, соединяющиеся и тающие при соприкосновении. Я стону от этого желанного вторжения, наслаждаясь тем, как его грубый палец ласкает меня, двигаясь вперед и касаясь всех нужных мест.

— Черт, ты такая влажная и узкая, детка. Ты так хороша. Идеальная. Как моя.

— Я и есть твоя, — говорю я ему, заслужив злую улыбку.

Он слишком быстро прекращает свою ласку, но стягивает мои колготки вместе с трусиками до щиколоток и толкает меня на трон Санты. Стоя на коленях, Дэймон выглядит так, будто молится у алтаря, которым случайно оказалась моя киска. Он раздвигает мои бедра и входит в меня страстно и быстро. Его рот на мне, жадный и нетерпеливый. Он вставляет в меня свой язык, целует по-французски и трахает им мою киску. Моя фантазия становится реальностью.

Я смотрю между своими бедрами, пока Дэймон ласкает меня. Я хватаю его темные, покрытые снегом волосы и игриво дергаю их. Он смотрит на меня из-под полузакрытых век, его рот блестит от моих соков, когда он облизывает губы. Он поднимается, чтобы поцеловать меня, и я чувствую вкус себя на его языке.

— Вкусно, да? Но я уверен, что будет еще лучше, — он расстегивает ремень и пуговицу на джинсах. Я с нетерпением жду, когда он меня трахнет.

В любой момент на нас может кто-нибудь наткнуться. От этой мысли я становлюсь еще влажнее и горячее.

Дэймон закидывает руку под мое колено, направляя мое тело под нужным углом. Он приставляет свой мокрый член к моей сладкой дырочке и входит в меня, сантиметр за сантиметром. Я никогда не чувствовала себя такой наполненной. Такой целой.

Я впиваюсь ногтями в плечо его кожаной куртки.

— Ты принимаешь мой толстый член как хорошая девочка, моя маленькая шлюшка-эльфийка, — он щиплет мою грудь, а затем кусает ее так сильно, что остается след.

Кто-то вдали кричит. Сначала я думаю, что это я. Но потом слышу новый крик.

— Блядь, — ругается Деймон.

— Не останавливайся, — умоляю я, когда он начинает вытаскивать член.

Он стонет мне мой рот, глубоко и страстно целуя меня.

— Придется, детка, — говорит он, как будто эти слова приносят ему физическую боль.

Я сразу же ощущаю его пропажу, когда он подтягивает штаны и застегивает ремень.

Он поднимает меня на ноги и поправляет мою одежду. Вокруг нас раздаются сирены полицейских машин. Его губы касаются моего лба.

— Сейчас самое время тебе убежать, маленькая эльфийка, — его дыхание ласкает мое лицо.

Я киваю, но мои ноги не двигаются. На моем языке все еще ощущается сила его поцелуя. Его зубы и пальцы оставили следы на моей коже. Я не хочу, чтобы это заканчивалось. Он отстраняется,