Там, где лежит вина - Миа Шеридан

настолько слабыми, что их невозможно было прочесть, как будто лезвие в некоторых местах нажимали сильнее, чем в других. Прочитал неполные слова, мысленно дописывая остальные, и кровь его похолодела.

— Casus belli?

Кэтлин кивнула.

— Латынь. Это означает...

— На ком лежит вина, — пробормотал Зак, и его охватил шок.

Кэтлин кивнула, сжав губы. Джимми нахмурил брови, глядя то на одного, то на другого.

— Где я это уже слышал?

— Дело Джози Стрэттон, о котором мы говорили вчера вечером.

Джимми выглядел слегка шокированным.

— Но подожди, подозреваемый был пойман. Дело закрыто.

Кэтлин кивнула.

— Я сразу вспомнила фразу из того дела и поискала ее сегодня утром. Кто-то слил информацию о словах, вырезанных на ее коже, и это было напечатано в газете.

Скорее всего, кто-то из сотрудников Медицинского центра Калифорнийского университета, поговорил с кем-то из репортеров, толпившихся возле больницы. Люди любили сплетничать, рассказывать о том, во что были посвящены, особенно если подробности были ужасающими, а реакция другого человека, скорее всего, была бы шоком и ужасом.

Зак смутно припомнил, что его босс был в ярости из-за утечки информации. Но тогда он был новичком, пытавшимся освоиться в участке и стать хорошим полицейским. Как только его работа на посту в больнице была закончена, он выбросил Джози Стрэттон из головы — или попытался это сделать. А что касается подробностей? У него не было их тогда, нет и сейчас.

— Если преступник покончил с собой, то что это? Подражатель?

Зак стиснул зубы. Они не могли делать поспешных выводов, но зачем еще кому-то вырезать точно такую же фразу в точно таком же месте на коже своей жертвы? А тут еще цепи... заброшенное место...

— Наверное. Он воссоздает преступление, совершенное девять лет назад против Джози Стрэттон. — Сердце Зака забилось быстрее по какой-то причине, которую он не мог до конца сформулировать.

Но почему? Почему именно сейчас?

Зак оглянулся на Кэтлин, которая складывала фотографии обратно в открытую папку на столе.

— Вам удалось установить причину смерти?

— Сердечная аритмия, вызванная голоданием. Я обнаружила деградацию тканей, и серьезный дисбаланс электролитов.

— Господи, — пробормотал Джимми, когда Зак медленно выдохнул. — Сколько, черт возьми, времени нужно человеку, чтобы умереть от голода?

— От трех до шести недель.

— А разве обезвоживание не наступает гораздо быстрее? — спросил Джимми.

Кэтлин кивнула.

— Да, но у этой девушки этого не произошло. По какой-то причине преступник давал ей воду, но не еду.

— Хотел, чтобы подольше помучилась? — пробормотал Зак, чувствуя тошноту при мысли о том, что кто-то может так мучить другого человека. В том, чтобы морить человека голодом до тех пор, пока у него не откажет сердце, была особая жестокость. Он вспомнил, что читал на компьютере о деле Джози Стрэттон накануне вечером. Ее тоже лишали пищи. Но, судя по всему, преступник давал достаточно, чтобы сохранить беременность.

— Это вам, джентльмены, предстоит выяснить, — сказала Кэтлин. — И, пожалуйста, сделайте это, потому что человек, который сделал это с ней, ходит по нашим улицам прямо в эту минуту. Эту девушку не только изуродовали и заморили голодом, но и подвергли сексуальному насилию. Я обнаружила следы разрыва влагалища.

— Сперма? — спросил Джимми.

Кэтлин покачала головой.

— Нет, но были следы смазки презерватива.

— Это отличается от дела Джози Стрэттон, — сказал Зак.

Кэтлин на мгновение задумчиво поджала губы и кивнула.

— Да, Джози Стрэттон забеременела, не так ли? — Она вздохнула, покачав головой. — Может, этот преступник кое-чему научился у своего предшественника. Не обрюхачивай своих жертв. Это оставляет слишком много ДНК в виде ребенка. Но ведь того ребенка так и не нашли, верно?

Кэтлин снова вздохнула, как человек, привыкший к тому, что приходится пытаться пережить немыслимое, классифицировать ужасное. Он полагал, что все трое могут это понять.

— У меня есть еще кое-что, и, надеюсь, это поможет ее опознать. — Кэтлин подошла к нижней части стола и подняла то, что осталось от ноги девушки. — У нее татуировка на лодыжке. Очень маленькая, почти полностью уничтоженная разложением, но, похоже, это маргаритка.

Зак нахмурившись, посмотрел на Джимми.

— Не припомню, чтобы у кого-то из пропавших женщин в списке была татуировка маргаритки на лодыжке. А ты?

Джимми покачал головой.

— Нет, но она могла сделать ее прямо перед пропажей. Обычно родители сообщают подробности. Может, они не знали?

— Ладно, мальчики. Мне пора возвращаться к работе. Вы идите и делайте то, что должны. Я позвоню, если найду еще что-нибудь интересное, — сказала Кэтлин.

Зак кивнул.

— Спасибо.

Доктор Харви отсалютовала им обоим.

Они повернулись и вышли из смотровой, Зак сделал несколько глубоких вдохов, когда они вошли в коридор, ведущий к лифту. Он ненавидел этот запах, который оставался в носу до конца дня, несмотря на то что намазался мятным маслом. От этого запаха его подташнивало.

— Слушай, — обратился Зак к Джимми, когда они добрались до парковки. — Поскольку мы ехали сюда порознь, не хочешь навестить контакты пропавших без вести, пока я просмотрю файлы по делу Джози Стрэттон? Посмотрим, смогу ли я найти еще какие-нибудь сходства?

Джимми кивнул.

— Конечно. Список у меня в машине. Знаешь, кто из детективов занимался этим делом? Ты говорил, что это было восемь или девять лет назад?

— Девять — с момента похищения, около восьми — с момента побега.

— Ничего себе, — пробормотал себе под нос Джимми, качая головой.

Зак не мог не согласиться.

— Что касается того, кто работал над делом, думаю, это были Мерфи и Белл, но нужно перепроверить. Белл ушел на пенсию несколько лет назад, а Мерфи уже год или около того участвовал в программе отсроченного пенсионного плана.

— Встретимся в офисе позже, чтобы обменятся информацией? — спросил Джимми, поворачиваясь и направляясь к своей машине.

— Ага, — отозвался Зак, направляясь к своей машине.

Оказавшись внутри и закрыв дверь, он опустил окно, надеясь, что свежий воздух, дующий в лицо, поможет развеять запах смерти. Воспользовался салфеткой из бардачка, чтобы избавиться от резкого запаха мяты. С минуту сидел неподвижно, обдумывая информацию, которую передала им Кэтлин.

Твою ж мать. Его догадка оказалась верной. Но почему? Зачем кому-то понадобилось воссоздавать преступление, совершенное против Джози Стрэттон? Casus belli. На ком лежит вина. Какая вина? И какая связь между человеком, похитившим Джози девять лет назад, и тем, кто похитил и заморил голодом девушку, лежащую на смотровом столе Кэтлин Харви?

Затем завел свой грузовик и выехал с парковки, чувствуя тяжесть в груди, пока в голове звенело давнее эхо мучительных криков Джози.

ГЛАВА 5

Раньше

Дни перетекали один в другой. Джози пыталась придумать, как освободиться, но с