Дракон в отпуске - Элисса Тир

возможной консультативной помощи местным силам обороны». Он просил перевести его в резерв с сохранением звания и обязательством быть на подъеме в случае крайней, экстренной необходимости.

Через неделю в Цветочный Переулок, к всеобщему переполоху, въехал сам генерал Огнечешуй. Он прибыл не в парадном облачении, а в походном плаще, с парой ординарцев. Горожане с благоговейным ужасом шарахались от старого дракона в человеческом облике, от которого, казалось, исходило легкое зарево.

Он нашел Грифа и Лизу во дворике за лавкой. Гриф как раз пытался по инструкции Лизы подвязать к опоре капризную плетистую розу.

– Брось ты это, – проворчал Огнечешуй, усаживаясь на скамью с таким видом, будто собирается на военный совет. – Цветочки. Не видел я еще такого позора. Лучший тактик северного фронта – и к розам приставлен.

– Генерал, – кивнул Гриф, откладывая шпагат.

– «Генерал», – передразнил старый дракон. – Сидел бы теперь в теплом кабинете, портрет императора на стене, а ты что? Лавку охраняешь?

– Помогаю, – поправил Гриф.

– А, помогаю! – Огнечешуй обвел взглядом дворик, потом уставился на Лизу, которая смело встретила его взгляд, не опуская глаз. – Так это и есть тот самый «цветок», ради которого ты карьеру в огонь швырнул?

– Это Лиза, – сказал Гриф, и в его голосе прозвучала сталь. – Хозяйка этого места. И причина, по которой я понял, что именно такие места стоит защищать. Не абстрактные границы на карте, а конкретный дом. Конкретную жизнь.

Огнечешуй хмыкнул. Потом кивнул Лизе.

– Ну что, девушка, угостишь старого солдата чайком? А то с дороги.

Лиза, скрыв удивление, кивнула и через минуту принесла поднос с большим чайником, фарфоровыми чашками (самыми лучшими) и тарелкой имбирного печенья.

Генерал взял чашку, понюхал, сделал большой глоток.

– Фу, липа, – буркнул он. Но выпил всю чашку и протянул ее для добавки. Печенье хрустело на его могучих зубах. – Недурно. Согревает.

Он ел и пил молча, разглядывая дворик, лавку, Лизу, Грифа. Потом отставил чашку.

– Ладно. Дело твое. Дурацкое. Но твое. Резерв так резерв. – Он ткнул пальцем в грудь Грифа. – Но если что – а я чую, что этот Ледяной Шип еще аукнется – ты первый, кого я призову. Не для штаба. Для дела. Понял?

– Понял, сэр.

– А ты, – он повернулся к Лизе, – смотри за ним. Чтобы не размяк совсем. Дракон должен оставаться драконом. Даже среди роз.

– Постараюсь, генерал, – серьезно сказала Лиза.

– И печенье твое – ничего, – добавил Огнечешуй, вставая. – Пришлешь рецепт моей поварихе. У нее все порохом отдает.

И он ушел так же внезапно, как и появился, оставив после себя легкий запах дыма и всеобщее изумление.

Гриф посмотрел на Лизу.

– Ну, вот. Я теперь официально безработный дракон в резерве.

– Ты теперь официально мой главный помощник по тяжелым горшкам, – поправила она, улыбаясь. – И защитник Цветочного Переулка. По-моему, это повышение.

Глава 21. Подготовка

Решение было принято. Гриф не уезжал. Но он и не стал просто «помощником по горшкам». Его военный ум не мог бездействовать. Он начал с малого: наблюдал. Ходил по округе, заводил разговоры с лесниками, пограничниками, старостами близлежащих деревень. Он узнал о тропах, о слабых местах, о том, где могут пройти незваные гости.

Потом он пошел к городскому совету. Не как проситель, а как специалист. Он изложил свои соображения: Цветочный Переулок и окрестности беззащитны перед любой серьезной угрозой, будь то бандиты или остатки троллей, которые могли откатиться южнее. Он предложил создать местную дружину – не профессиональную армию, а ополчение, обученное основам обороны и первой помощи.

Сначала к нему отнеслись с недоверием. Зачем сеять панику? Но авторитет генерала Огнечешуя, который, как оказалось, оставил на него рекомендацию, и трезвые, ясные аргументы Грифа сделали свое дело. Ему выделили небольшой участок за городом для тренировок и разрешили проводить занятия для желающих.

Первым записался, конечно, дядя Лизы, желавший «постоять за свой дом». Потом подтянулись молодые парни, несколько крепких женщин, пара гномов-кузнецов. Гриф не учил их сложной тактике. Он учил их работать вместе, слушать команды, держать строй, пользоваться тем, что есть под рукой: вилами, топорами, охотничьими луками. Он организовал систему дозорных на вышках и систему сигналов – колокол в ратуше, дымовые костры на холмах.

Лиза стала неофициальным интендантом. Она организовала походную кухню на время тренировок, шила повязки для «раненых» на учениях, а в своей лавке хранила запасы лекарственных трав и бинтов уже не просто «для фронта», а для своих, местных.

Гриф видел, как меняется настроение в городке. Из беззаботной идиллии оно превращалось в спокойную, осознанную уверенность. Люди не боялись, они готовились. И он, наблюдая за этим, чувствовал странное удовлетворение. Он больше не был щитом, за которым прячутся. Он был тем, кто учит других держать щит. Это была новая, непривычная ответственность. И она легла на его плечи.

Глава 22. Синие искры на снегу

Предчувствие Грифа и интуиция Огнечешуя оказались пророческими. Ледяной Шип не смирился с поражением. Не сумев прорвать основные силы у Морозного Вала, он отправил на юг, в обход, небольшой, но отборный отряд мародеров-троллей с задачей: сеять панику, жечь деревни, нарушать коммуникации. Их путь лежал через холмы, окружавшие Цветочный Переулок.

Первый сигнал пришел от пастуха с дальнего выпаса. Он примчался в город на лошади с криком: «Ледяные! В ущелье Ручейном! Их десятка полтора!»

Колокол на ратуше загудел, тяжело и мерно, разнося тревогу по всему Переулку. Это был условный сигнал, означавший: «Угроза подтверждена. Дружине собраться. Остальным следовать по плану».

Гриф, услышав звон, ощутил странное спокойствие. Пришло время проверки для его людей. И для него самого. Он вышел на площадь, где уже строились в неровный, но решительный строй ополченцы. Лиза раздавала им из корзины теплые повязки на шею и мешочки с согревающими травами. Их взгляды встретились. Она кивнула ему коротко, без слов. «Иди. Мы здесь».

Дружина двинулась навстречу угрозе. Гриф шел во главе, но не в драконьей форме. Пока. Он хотел, чтобы его люди сначала почувствовали свою силу, прежде чем он проявит драконью.

Они встретили троллей на заснеженном склоне у Ручейного ущелья. Морозные великаны, увидев перед собой кучку «селян» с вилами и топорами, презрительно зарычали и пошли в атаку, не строясь.

И тут Гриф дал первую команду. Ополченцы, дрогнув было, сомкнули ряды, как