Строптивая попаданка для ректора. Секреты зельеварения - Александра Мауль

наследников. А сила для дракона важный элемент. Силу определяет и магия и внутренний зверь. Иногда за чистокровную сильную драконицу приходится буквально сражаться. Дочь Рэйджа могла быть одной из тех, за кого бьются сильнейшие и важные драконы империи, если бы в ней был внутренний зверь, если бы родилась в то время, когда клан Рэйдж был великим. Если бы была драконницей.

Если всё проходит по плану, то оба наследника будут у меня уже завтра утром.

Присаживаюсь на край стола и закрываю глаза.

Растираю руками лицо, чтобы вернуть покой, но перед глазами снова всплывают мягкие светлые волосы и льдисто-голубые глаза, отчего хочется зарычать.

За свою жизнь я повстречал не мало полукровок, но ни одна из них не привлекла моего внимания.

А эта привлекла.

Виновата сильнейшая первородная магия этой девицы, которая манит моего внутреннего зверя. Моему дракону сейчас наплевать на нашу кровную вражду и мою лютую ненависть к отцу полукровки. Он чует силу.

Было время, когда я лично занимался поисками Рэйджа. Потратил не мало ресурсов и сил, но отыскать подлеца мне не удалось. Я так жаждал отомстить ему, что позволил эмоциям взять над собой контроль и должно быть упустил что-то важное.

— Господин ректор, — в кабинет вваливается Амина, и растерянно застывает. Очевидно, она постучала, но я был слишком сильно погружен в свои мысли — Простите — мямлит она, — но у вас посетитель, который не хочет ждать — не успевает она договорить, как на пороге появляется тот, кого я пожелал бы никогда не видеть.

Эдвард проходит вперёд, расправляет плечи и с опаской осматривает мою реакцию на его вторжение, а Амина ждёт моих указаний, и когда я киваю ей, спешно покидает кабинет.

Достаточно времени прошло с тех неприятных событий, что устроил Грегори Рейдж. А с Эдвардом после этого мы видимся второй раз, первый случился несколько часов назад, когда я остановил его от удара в коридоре.

Я поднимаюсь и прячу руки в карманы, а Эдвард тушуется от моих бушующих эмоций.

Да ярость кипит в груди и раскаленной лавой растекается по телу, разрывает меня, ищет выхода.

— Что тебе нужно? — спрашиваю я, и он заискивающе улыбается, подходит к столу и принимается суетливо искать что-то в кармане пиджака.

Вижу, что отчаянно желает выглядеть уверенным в себе и смелым, но мою энергию и доминирующую силу вынести непросто, а после стычки с девчонкой я чувствую, что дракон близко.

Впрочем, Эдвард как раз из тех, кто не станет бросать открыто вызов и пытаться показать свою силу, он будет пакостить тихо. Как его подлый брат.

— У меня для тебя кое-что есть — произносит он и кладёт на край стола кольцо. Металл со звоном опускается на столешницу и на него тут же падает мой взгляд, и я словно прикованный не могу оторваться. Мелкие рубины словно стали ярче и теперь подчеркивают блеск белого золота, а вот большой камень посередине наоборот потускнел.

Снова прикладываю массу усилий, чтобы не броситься вперёд и не забрать до боли родную и знакомую вещь.

— Я подумал, что тебе хотелось бы это вернуть — добавляет он, и я перевожу свой взгляд к его лицу. Что за аттракцион невиданной щедрости?

Эдвард выглядит взволнованным, глаза горят, а между бровей залегла складка. Он ещё шире улыбается, словно вещица, которую он принес мне как дань, должна что-то между нами изменить.

— Отдай мне девчонку, Анвар, я знаю, у тебя уже есть на примете другая, а мне нужно возвратить её в клан. Совет слегка переоценил возможности и силу моей глупой племянницы.

— Если ты так не хотел, чтобы она осталась в этих стенах, тогда зачем ты её привез? — спрашиваю и снова присаживаюсь на край стола, бросаю быстрый взгляд на кольцо, а затем фокусирую внимание на Эдварде.

— В письме, что я получил, было чёрным по белому написано, что меня ждёт, если я не подчинюсь. Императорский совет надавил на меня несмотря на то, что я получил позволение забрать девицу в поместье. Ты сделал свой выбор, теперь отдай мне её. Но если внутри тебя бушует ненависть я готов пойти на уступки и подождать пару дней. Если тебе это нужно, и ты жаждешь отпустить свою ярость. — заявляет он, и сначала мне кажется, будто я ослышался, но нет.

Этот мерзавец не шутит.

Он в самом деле только что предложил мне…

Даже думать не хочу.

— Что ты имеешь в виду? — спрашиваю и выходить грубо, просто внутри вдруг вспыхивает злость. Я возмущен тем, за кого он меня принимает.

— Просто Грегори очень любит свою дочь — произносит Эдвард и прекращает улыбаться, дёргает плечами и бегло осматривается. Он рискует нарваться на мой гнев, если не замолчит — Если хочешь ему отомстить, используй девчонку, но прошу, пусть она останется жива.

Сжимаю кулак и прикрываю глаза, чтобы не сорваться и не отпустить свою ярость на дракона, что стоит передо мной, а затем силой ударяю по столу. Всё, что стоит на нем подскакивает и со звоном приземляется обратно. Даже при самом отвратительном исходе, который я мог бы себе вообразить, моё отмщение Грегори никогда не произойдет через физические страдания его дочери.

Эдвард действительно думает, что я стану физически наказывать девицу? И всерьез полагает, что таким образом получу облегчение своей боли и отмщение?

— Что ты собираешься с ней сделать после? — спрашиваю я, когда открываю глаза, и Эдвард на удивление выглядит довольным собой. Наверняка решил, будто гнев мой адресован ни этому трусу, а его девчонки. Может, думал, будто я представил, как, наконец, получу возможность отомстить? — Разве она не дочь твоего брата? Готов мучить свою родственницу?

— Родственницу? Грязную полукровку? Позор, что на меня обрушил Грег? Не надо меня так унижать. — произносит он, и я замечаю, как его передёргивает. Он поднимает руку и несколько раз проводит рукой по волосам, приглаживая светлые волосы — А сделаю я с ней то, что положено — усмехается он. — Выжгу магию и найду применение в клане. Избавлюсь от позора.

— Ты выжжешь первородную магию, что плещется в ней через край? — усмехаюсь я. — Что ты говоришь? Эдвард, я, по-твоему, похож на глупого мальчишку?

Эдвард шумно выдыхает и принимается осматривать кабинет.

Скользит липким взглядом по двум документам на моем столе, поднимает голову к книгам в открытом шкафу на стене позади меня, разглядывает