Хозяйка мужского гарема - Лиза Багрова

ты понесешь наказание! Ты можешь признаться прямо сейчас, где спрятал наши драгоценности и, возможно, будешь помилован. Или же на рассвете тебя ждет мучительная смерть! — злобно озвучила приговор одна из самых разодетых хозяек.

— Не нужны мне ваши побрякушки! Нет у меня их! Бессердечные твари! — громко бесстрашно завопил мужчина.

А у меня сердце в очередной раз сжалось от боли, когда всмотрелась в его побитое окровавленное и изможденное лицо. Да на нем живого места не было! Одежда — изодранные лохмотья. Кровь по всему телу. Многочисленные ссадины.

Мужчина уверенно продолжал сопротивляться и бороться.

— Раб, ты наказан. Двадцать розг всыпьте ему. А завтра по утру казнить. — сказала безжалостная хозяйка и ни один мускул на холодном лице не дрогнул при этом.

Тут же в его сторону ринулась огромная женщина-охранница и замахнулась мощной рукой, державшей розгу.

Я вся сжалась от ужаса и прикрыла веки. Не хотелось на это смотреть.

Было очень жаль раба. Ведь его вина даже не была доказана. Жизнь раба не стоила для хозяек ровным счетом ничего.

И не мне одной было жаль бедную жертву тирании. Монтеро после нашей встречи стал очень чувствительным ко всем несправедливостям по отношению к мужчинам.

— Мы спасем его. Мы обязаны сделать это. — ледяным стальным голосом уверенно сказал мой попутчик. А я, пораженная диким ужасом от звуков жестокой порки, лишь согласно кивнула.

Вскоре я даже крепко зажала уши, чтобы не слышать стоны раба. Это продлилось для меня будто вечность. Двадцать мучительных розг. Смог ли он выдержать это? В каком состоянии находилось его тело? Явно сильно пробитое, выживет ли? Сама не заметила, как на глаза навернулись слезы. А мою душу словно выворачивало от боли за чужую жизнь и несправедливость.

В какой-то момент Монтеро снова покинул убежище, оставив меня одну. Для того, чтобы добыть нож и освободить раба от крепких веревок. Затем мы долгие часы тихо сидели в укрытии и терпеливо ждали подходящий момент.

Когда настала глубокая ночь и улица опустела, мы осмотрелись. Раб неподвижно висел на столбе. Может уже и не жив вовсе?

Глава 11

Тщательно осмотревшись и прислушавшись, мы аккуратно прокрались к столбу.

— Эй, ты жив? — аккуратно прикоснулся к руке избитого раба мой спутник.

Пострадавший не двигался. И тогда Монтеро более настойчиво его потряс, на что раздался громкий болезненный стон.

Жив!

Монтеро тут же быстро накрыл ладонью его рот и зашептал:

— Мы не враги. Мы пришли помочь тебе. Не кричи.

Затем он аккуратно отнял руку от его рта и принялся разрезать веревки.

Освобожденное обессиленное тело рухнуло вниз, и Монтеро ловко его подхватил. А после мы, с двух сторон обхватив мужчину, осторожно осматриваясь, крадучись, покинули территорию фермы. И только здесь немного выдохнули сковавший нас до этого безумный страх быть пойманными. В это же время раб, словно получил второе дыхание, у него частично появились силы. Он стал меньше облокачиваться на меня и более уверенно шел.

Мы молча еще долго путешествовали. И, когда вскоре убедились, что преследования не было, решили сделать привал.

Аккуратно усадили обессилевшего раба под дерево.

Он с громким стоном удовлетворения обрадовался отдыху.

Затем Монтеро дал ему воды, и мужчина жадно опустошил часть сосуда.

— Это вы... те кого ищут… — с трудом прохрипел спасенный нами раб.

— Молчи, времени нет. — лишь сурово ответил ему Монтеро. — Очень скоро обнаружат твою пропажу. Скоро выдвигаемся в путь.

— Я знаю одно безопасное место, мы можем переночевать там. — предложил мужчина.

Мы долго не раздумывали и решили воспользоваться предложением. Силы были давно на исходе, еще до встречи с новым спутником.

И войдя в старый, заброшенный охотничий домик, мы синхронно согласились с Монтеро, что это была хорошая идея: отправиться сюда. Здесь даже неподалеку был ручей, и мы набрали воды.

Оказавшись внутри здания, мы без сил рухнули спать. Прямо на пол. Я так устала, что даже не почувствовала какого-либо дискомфорта.

Проснулась от странных ощущений в области груди, от ласковых прикосновений к уже набухшим от желания соскам.

Монтеро…

Совершенно не помнила момент ухода ко сну. Разлепив тяжелые веки, поняла, что мужчина лежал сзади меня, а спереди увидела израненную от бесчеловечной порки спину спасенного раба. Тот еще спал и тихо сопел. А вот мой неуемный друг уже бодрствовал и меня лишал сна. Опять его заинтересовало мое тело, и он аккуратно по очереди сжимал то одно полушарие груди, то второе. А сзади плотно уперся в меня пахом и ритмично терся.

Я громче задышала. Отдохнувшее тело быстро откликнулось на интимную ласку. Монтеро, видимо, обнаружил мое пробуждение и почувствовал реакцию тела, поэтому с вдохновением продолжил более настойчивые действия. В миг его рука нырнула в мое декольте и сжала грудь. Снова одну, потом вторую. Следом нетерпеливо приспустила декольте и освободила полушария наружу. Соски тут же затвердели от его приятных прикосновений и теперь торчали двумя острыми пиками, ноя от возбуждения.

М-м-м… какое приятное пробуждение…

После я почувствовала тяжелое мужское дыхание на шее: мужчина сильнее возбудился.

А после его настырная рука поползла вниз и спереди приподняла подолы платья. Она нащупала панталоны и нырнула под них. После чего его пальцы закружили на уже влажной промежности. Одновременно с этим мужчина сделал сзади мощный толчок своим пахом, выбивая искры страсти из моих глаз, одновременно с неистовым горячим стоном. Так стало хорошо, что я даже забыла, что мы не одни. И оказалось, от этого неземного блаженства даже веки прикрыла. Я не знаю как долго длилось мое забытье, но когда внезапно раскрыла веки и увидела перед собой уже не израненную спину раба — шокировано замерла.

Ведь оказалось, своими ласками мы разбудили раба, и он уже повернулся в нашу сторону и его взор сейчас был устремлен ко мне между ног и жадно следил за кружившими под моими панталонами пальцами Монтеро. После он поднял взгляд на мои голые груди и сконцентрировался там. Я же оцепенела от шока и не смогла сразу сообразить как поступить. И когда взгляд раба поднялся на мое лицо, я резко отмерла и одним движением беспокойно поправила декольте, скрыв голую грудь, и опустила подол. Затем резко вскочила, в положение сидя, и суетливо сказала:

— О, Монтеро, наш друг проснулся. — хотела обратить его внимание, что интимность момента была нарушена посторонним. Но, кажется, Монтеро это не волновало…

Он вслед за мной поднялся и сел позади, снова положил ладони на мои груди. Тем временем второй мужчина продолжал молча следить за нами. Жадно