(не) Сладкая жизнь для попаданки - Анна Митро

Яблочки она расхвалила и пообещала пирожок к вечеру с компотом. А я полежала на лавке несколько минут, жмурясь от солнца, и поднялась. Пора было приниматься за уборку. А то у меня еще сад-огород не смотрен, а я не знаю, сколько с домом возиться буду. Опять же, бабу Доку стеснять не хотелось, да и книги… Не все вопросы я могу задать соседке, чтобы не раскрывать своего истинного происхождения… Про того же домового. А вдруг тут такой житель в доме это абсолютно нормально? И главное… Где это — тут?

В доме стояла тишина. Паука в его углу не было, и я на цыпочках покралась на кухню. Но не дошла. Передо мной на второй этаж пролетела стопка белья, а за ним, развевая подолом, сарафан. Уворачиваясь от летающих вещей, я все же смогла проскользнуть в дверь и чуть не получила по лбу сворачивающимся в воздухе чулком. Все остановилось. А почему? А потому что на столе, увидев меня, замер паук, машущий передними лапками, как дирижер.

— А что, так можно было? — брякнула я, понимая, что я готова не удивляться волшебству, не прыгать от восторга и не просить Федю жонглировать яблочками. Просто потому, что этот маленький хитрец мог помочь мне с уборкой! — Вернее, почему нельзя было сделать этого раньше! Я тут горбачусь, а ты, оказывается, мог лапкой фьють, — я изобразила ладонью пас в воздухе, и на нее тут же упал чулок, — и все само убралось. О, оно даже высохло в полете? Федя, я требую объяснений! — в первый раз в жизни я просила их у кого бы то ни было. И первым оказался паук.

Он, не ответив мне, отправил последнюю партию чистого, прополосканного и высушенного белья наверх, вытянул перед моим ошалелым взглядом грязную воду в раковину и убрал кастрюлю в сторону. Шумно вздохнул и указал лапкой на лавку. Мол, садись, разговор будет долгим.

Я села напротив него и дала время собраться. Мне и самой нужно было переварить увиденное, все же, настоящее волшебство не каждый день увидишь. А тут и говорящий паук, и летающее белье. Даже тот фокус, который сотворил смотритель, казался именно фокусом. А сохранность продуктов — сверхтехнологией. Теперь же я вновь вспомнила, что Бартош не просто смотритель, но и инквизитор, и снова по спине пробежал холодок. А много ли через сломанную калитку мог увидеть мальчишка и расскажет ли про увиденное матери?

— Ты это, не серчай на меня, — наконец соизволил начать членистоногий. — Я же не со зла, а по велению старой хозяйки. Кира слово с меня взяла, магическое, что служить стану лишь той, что проверку пройдет: страхом, болью, добром и делом.

— Ну со страхом-то все понятно. Огромный паук на входе и темный погреб — вполне себе такие страхи. С делом тоже, ведра потаскать, то еще дело. Но болью и добром? Когда я их успела пройти?

— Поранилась же на лестнице? — хитро склонил голову паук. — Да и после первого же дня уборки встать не должна была от боли в теле. Но встала и снова убираться прискакала. А добро… Ты не понеслась убивать меня сразу, как увидела, пожалела тетку, застрявшую в твоем крыльце, хотя та его сломала, а главное, не шарахнулась от старой соседки, и нашла время для общения с ней. Что это, как не доброта? Так что условие выполнено, теперь я могу тебе помогать.

— А это твой настоящий вид? — первым делом уточнила я, ведь вопросов у меня накопилось миллион и еще немного, и с какого начать выбрать оказалось сложно. — И как это, менять форму? Это же как оборотень или метаморф?

— Нет, но он оказался весьма удобным. И хотя я рад, что ты знакома с такими понятиями, они ко мне отношения не имеют. Я домовой… Дух, привязанный к дому или к хозяину. А дух может принять абсолютно любую форму в зависимости от того, насколько силен хозяин или напитан магией дом. Этот вид не мешает мне передвигаться и справляться с обязанностями, но при том оставляет меня незаметным и бесшумным. Очень удачный вариант.

— Ты поможешь мне привести тут все в порядок? — я даже зажмурилась, побоявшись услышать ответ.

— Теперь? Конечно! Две руки это хорошо, но две руки и восемь лап — просто прекрасно... И коль наведем порядок, то смогу его поддерживать. Но… Только с домом получится. Все что за пределами дома — сама, не обессудь.

— Но крыльцо? — удивилась я такой категоричности.

— Это тоже дом. На то я и домовой. А вот что дальше, придется попросить кого-нибудь живого подсобить. Сама ты с забором и калиткой вряд ли справишься.

— Это понятно, только вот подсобить за просто так я никого не найду, а платить мне нечем пока. Я же не местная и вашей валюты у меня нет.

— Чего? — непонимающе уставился на меня паук всеми восемью глазами. — А… Денег что ли? Монет?

— Да, — с грустью кивнула я, а домовой задумался, устроив головку на передние лапки. — Ну и ладно. Придумаю чего-нибудь. Вдруг у Кирении в кабинете спрятаны пару монеток? До туда я еще не добралась. Да и нужды особой не было. А вообще… Вопросов у меня — отвечать устанешь, лучше мы сначала порядок наведем, а как я перееду, приготовлю что-нибудь вкусненького, отметим новоселье, и потом займемся моим «образованием».

— Люблю обстоятельных женщин, — хмыкнул паук и по руке забрался ко мне на плечо. — Поехали, второй этаж ждет нас!

Глава 5

Убираться с помощью домового было одним удовольствием. Мне больше не нужно было таскать тяжелые ведра в ванну. Нет, он, конечно, не творил чистоту на пустом месте, и кипяток все так же остался нужен. Но теперь от порога дома и до баков ведра перемещались по мановению лапки Феди. А пыль и вовсе скатывалась в комочки, которые я, счастливо улыбаясь, отправляла в ведра и выносила на улицу. Домовой сказал, что прабабушка делала именно так. Мол, первым же дождем ее и смоет. Удобно!

Мой магический помощник млел от удовольствия под моими полными восторга и обожания взглядами. И потому работа двигалась споро. От меня-то и не требовалось ничего уже особо. Только перебрать, то нужно, что не нужно, и последнее отправить на чердак. Да! Тут был и чердак! Дом таил в себе невообразимые для меня тайны.

Оказалось, что люстры многофункциональны. Тем, кто даром не обладает,