Завоюй мое сердце - Юлия Крымова

Он стоит посреди коридора прямо в кроссовках. У порога застыли незнакомые мужчина и женщина.

— Жильцов привел. Говорил же. Слишком жирно тебе в трехкомнатных хоромах. Да вы не стойте, — обращается уже не ко мне, — проходите, осматривайтесь. Обувь можете не снимать.

Бросаю на него убийственный взгляд, крепче сжимая флакон с лаком.

— Ну что уставилась? Спасибо скажи, что пару семейную нашел, а не алкашей каких. Оприходовали бы тебя каждый вечер. Или ты таких ждала? Поэтому расстроилась?

— Ты имеешь в виду, кого-то из твоих друзей? — выплевываю язвительно.

Не знаю, откуда во мне берутся силы отвечать. Наверное, храбрюсь, понимая, что тут как минимум два свидетеля. Непрошенные гости так и топчутся у дверей, ошалело глядя на нашу с Юрой перепалку.

— Поговори мне. Лучше спальню освободи ребятам. Ты одна и в маленькой поживешь. Ну что застыла? Или тебе помочь?

Развернувшись, Юра двигает в сторону комнаты. Нашей с Андреем спальни.

Там все также, как и было при Андрюше. У меня рука не поднялась хоть что-то поменять. И даже его вещи все лежат на своих местах.

— Только попробуй зайти туда своими грязными ногами!

— Чего? Ты совсем страх потеряла, дура?

Поднимаю глаза к потолку. Почему ты забрал не того брата, а? Потому что такие, как этот, тебе и даром не сдались?

— Не смей заходить в эту комнату! Я сейчас просто ментов вызову.

— Вызывай! Мне даже интересно, что ты им скажешь? Что законный хозяин пришел домой, а ты не пускаешь?

— Хозяин, ты хоть один гвоздь в этом доме забил? Хоть …

Кому я пытаюсь что-то доказывать? Человеку, у которого главная ценность в жизни — деньги? Его ведь даже после похорон Андрюши волновали лишь выплаты. Кому положено. Сколько.

Из-за них он все это и затеял.

Я не стала подавать документы, сказала, что ненужные мне никакие деньги. Но Юра никак не успокоится. Придумал, что я должна отдать ему положенные похоронные и тогда он позволит мне спокойно тут жить.

Ставлю лак на тумбу и иду за телефоном. По громкой связи набираю 102.

Слышу как тут же хлопает входная дверь. Сбрасываю звонок.

В окне появляются несостоявшиеся квартиросъемщики и их арендодатель. Похоже ругаются. Юрка достает из кармана смятые купюры — со злостью бросает на лавку. Руками размахивает, что-то доказывая и тыча в сторону наших окон.

Закрываю плотно жалюзи. Выключаю свет. И, медленно сползая по стене, наконец-то даю волю слезам.

Глава 14

Алексей.

Третий день я провожаю Анну Сергеевну домой. Ну как провожаю…

Брожу тенью.

В машину ко мне она не садится. Но, к счастью, и к тому усатому таракану тоже.

Уже привычно оставляю тачку на стоянке возле больницы. Жду минут десять — пятнадцать, а затем, заметив Златовласку, пристраиваюсь рядом.

Идем молча. Она периодически косится на меня и вздыхает, а я ее открыто рассматриваю.

Красивая. Волосы длинные, прямо по поясницу, но она их почти все время в косу или хвост собирает. Сегодня, правда, распустила. Взгляд такой, как у ребенка, доверчивый. Хотя характер то палец в рот не клади.

Короче не девушка, а сплошная головоломка. Но мне поприколу. Не люблю я однообразие. С детства не мог на месте усидеть.

— Тебе не надоело? — спрашивает с усталым вздохом.

— Смотря, что именно. Пробка на Ленина — очень. И что дорогу возле вокзала никак не сделают тоже.

— Ясно, — выдает, прикусывая губу, будто стараясь сдержать смех. — Ты местный?

— Ну, как сказать. С восьми лет тут живу. Считается?

— Думаю, да. А до этого?

— Где жил? Я так и не вспомню, но по рассказам, много где.

— В Кинерме был?

— Это где?

— В Карелии.

— Ты оттуда родом?

Кивает.

— А сюда как занесло?

— По распределению попала после окончания колледжа. В госпиталь.

— У вас там военных частей нет?

— Нет, — настороженно. — У нас почти ничего нет кроме еловой рощи да часовни. Но зато Член Ассоциации самых красивых деревень.

— И что же у вас такого красивого? Девушки?

— Природа. Посреди леса считай деревня стоит. Памятник деревянного зодчества.

— Мими, — озадаченно тяну, будто бы понимая.

Но, похоже, по лицу заметно, что ни в зуб ногой, какой там за памятник. И Анна Сергеевна терпеливо поясняет:

— Дома все из дерева. Полукругом стоят. Всего семнадцать домов, десять из них как музеи используются.

— И что ж вы там делаете?

— Папа у меня смотрящий и экскурсии водит. Мама помогает, столы накрывает гостям с традиционной русской кухней. Только я сбежала ближе к цивилизации.

— Это ты правильно сделала, что сбежала, — улыбаюсь. — А у меня отец военным был. Его по стране помотало и нас с мамой тоже. Сюда приехали в девяносто восьмом, а когда он погиб, так и остались.

Дослушав, Аня как-то сразу в лице меняется и отворачивается. А я, пользуясь моментом, забираю у нее пакет. Увесистый такой.

— Спирт с работы выносишь?

— Чего? Ты совсем? — шипит обиженно. — Я вещи несу постирать. Пятница сегодня.

— Да шучу, я! Расслабься! Если девушка рядом с тобой скучает, то пиши пропало. Так дед говорит.

— Это тот, который винодел?

Надо же! Запомнила.

— Он самый. Опытный пикапер.

Изумленно смеется.

— Предложи ему тренинги вести.

— Думаешь, выстрелит тема?

— Конечно. Сейчас же все, что можно продать — продают. А за знания и опыт втридорога дерут.

— Это точно. Тогда сделаем ему курсы «Любовь по-Ильичевски». Пойдет название?

Снова смеется.

— Отличное.

С сожалением понимаю, что подошли уже к ее подъезду. Как так быстро? Плелись вроде еле-еле.

Я бы еще шел и шел, но Златовласа останавливается. Заправляет прядь светлых волос за ушко. Как-то машинально облизывает губы.

Зависаю на этом движении.

Вспоминаю, что тогда, ночью не давала себя целовать. Я как бы и не сильно настаивал. Сам не люблю совать язык всем подряд. Но сейчас почему-то очень хочется. Попробовать какая она на вкус. Малина? Мята? Или ледяной арбуз?

Она это замечает, да? Как смотрю? Считывает все? Глаза испуганно вскидывает и говорит:

— Ты, Леш, пожалуйста, больше не приходи.

Чего?

Это что за танцы такие, шаг вперед, два назад? Не умею я эти вальсы кружить.

— Не трать свое время, правда. Ты хороший парень, но ни разовые, ни любые другие отношения мне не интересны.

— А в гостиницу со мной зачем пошла? Мужу отомстить?

Вздрагивает, будто я ее ударил этими словами.

Да кольцо ее сложно не заметить. Она ведь его теребит постоянно. И сейчас тоже. Только где этот муж?

Забирает пакет.

— Ань…

Подкуриваю. Смотрю как скрывается в подъезде.

У нее квартира на