Феечка - С. И. Вендел

Эта мысль впилась в мозг, как колючка в сапог. Честно говоря, о браке он думал мало — слишком много дел было в Балмирре. Как и любой орк, он втайне надеялся, что его пара — та, что пробудит его внутреннего зверя, — однажды найдет его.

Пара решала все проблемы. Инстинкт — смесь ярости и вожделения — расставил бы все по местам. Орки чтили узы пары превыше всего; не было в мире зрелища страшнее, чем орк, защищающий свою пару.

Своя пара положила бы конец притязаниям таких, как леди Сильвия. Это была бы абсолютная преданность. Валлеку нравилась простота этой идеи. А еще ему нравилась мысль, что секс с парой — высшее наслаждение, доступное орку. В груди невольно заурчало. Он представил, как разложит ее на своей огромной постели… за эти годы у него было несколько связей, когда хотелось зарыться в теплое женское тело после победы, но пара — это нечто иное.

Валлек вздохнул, помешивая мед в кубке. Наверное, он просто заскучал. Несколько лет без любовницы, да еще это предложение от делегации…

Брак с дочерью Кеннума или Хротгара усложнит жизнь, если он встретит свою пару позже. А вдруг боги милостивы и одна из них и окажется его парой?

Эта мысль его захватила. Что, если собрать всех дочерей перед ним? Никто не посмеет возразить, если он выберет ту, на которую откликнется его зверь.

— Ваш ход, мой король.

Валлек очнулся. Прорицательница ждала, ее лицо было спокойно. Он мог бы… но осмелится ли?

— Я вот о чем подумал, коун…

Она заинтересованно вскинула брови:

— Да, мой король?

— Были ли у тебя видения о моей невесте? О той, кто станет королевой?

Странный звук, похожий на сдавленный стон, вырвался из ее горла, хотя она не пила в этот момент. Она в ужасе прижала ладони ко рту, глаза ее округлились. Она замотала головой и опустила взгляд.

Заинтригованный такой переменой, Валлек подался вперед.

— Ну?

Она вскинула голову, капюшон упал на плечи. В ее глазах горел странный огонь.

— Нет, — отрезала она сквозь стиснутые зубы.

— «Нет» — что?

— Нет, я не вижу вашей невесты. — Последнее слово она почти выплюнула, словно оскорбление.

— Ты даже не смотрела. — Он не знал всех тонкостей ее дара, но знал, как она выглядит во время видений: взгляд затуманивается, лицо расслабляется. Сейчас же она была напряжена как струна.

Она фыркнула:

— В моих видениях о вас я не видела никакой невесты.

— Но ты могла бы посмотреть специально.

— Нет.

— Нет? — Она впервые отказала ему. — Ты не можешь или не хочешь?

Ее челюсти плотно сжались. Валлек подумал, что она вовсе не ответит. Наконец ее плечи опустились, и она закрыла глаза. Тишина, воцарившаяся между ними, не была похожа на их обычное уютное молчание во время игры.

Он не понимал, ищет ли она видение сейчас. Ее тело обмякло, но в остальном она сидела неподвижно. Прошло много времени, прежде чем она заговорила, не поднимая глаз.

— Я никого не вижу, мой король.

— Совсем никого?

Закусив губу, она призналась:

— Никого.

Валлек нахмурился и встал. Нет невесты? Неужели это правда? Он отошел от стола, чувствуя горечь разочарования. Привыкший к успехам, он не хотел принимать такой ответ.

— Уже поздно, — бросил он. — Можешь идти.

Прорицательница встала, по-прежнему не глядя на него. Она не убежала, но поспешно скрылась за дверью после короткого поклона.

Валлек остался стоять, раздавленный мыслью о возможном одиночестве. Огромная пустота будущего пугала его. Нет, это не может быть правдой. Может, она ошиблась? Или дар не так точен?

А что, если невесты нет, потому что вместо нее будет пара? Почему она не сказала об этом? Она никогда раньше не придиралась к словам.

Тень подозрения коснулась его сердца. Неужели она солгала? И если да, то лгала ли она раньше? Зверь внутри недовольно заворчал. Он мог бы спросить ее прямо: видит ли она его пару. Но хотел ли он знать ответ?

4

— Это было слишком внезапно, вот и все. Он никогда раньше не спрашивал о подобном. Я вообще не уверена, что у него кто-то был за последние годы, — Равенна надеялась, что если будет долго болтать о том вечере и его неловком финале, то сама поверит: все прошло не так катастрофично, как казалось.

Она, конечно, обманывала себя. В тот миг, когда вопрос сорвался с его губ, собственническая натура фэйри внутри нее яростно зашипела: Для тебя нет никого, кроме меня. Потребовалась вся воля, чтобы магия не метнулась через стол и не оплела его собственнической хваткой. Честно говоря, если бы он ее не отпустил, она бы сбежала сама.

Возможно, так даже лучше. Она сможет служить ему и идти к своим целям без этих ежевечерних игр, где она жадно коллекционировала каждое новое открытие о нем. Ей будет не хватать его компании, но она в ней не нуждалась. Как и в нем самом.

Оберон насмешливо фыркнул ей в волосы.

— Ты ревнуешь.

Равенна оторвалась от своего занятия — она плела венок из маргариток — и смерила злобным взглядом этого ржущего засранца в шкуре жеребца.

— Я не ревную.

Оберон издевательски склонил рог.

— Ох, как ты ревнуешь.

— Нет. Я просто была удивлена.

Единорог имел наглость вскинуть голову и разразиться громким лошадиным смехом. Пока он выставлял себя дураком, гарцуя и хохоча, Равенна обиженно надулась. Остальной табун с интересом наблюдал за ними, лениво выщипывая нежную траву из расщелин в скалах.

Здесь, в лиге от города, на скалистых холмах и открытых всем ветрам равнинах, могло быть опасно. С гор порой спускались снежные барсы, а по равнинам рыскали волки, но в окружении дюжины единорогов Равенне нечего было бояться. Пока что она видела лишь парочку сурков, высунувшихся из нор, да кружащего в небе орла.

Ну и этого большого тупого единорога, разумеется.

— Ума не приложу, как отец вообще ездил на тебе в бой, — пробормотала она.

— Твой отец умел уважать старших и слушать добрые советы. — Оберон копнул копытом каменистую землю. — Ты слишком упряма себе же во вред, Вороненок. Скажи ему, кто ты для него.

— Ни за что, — отрезала она. — Такой мужчина, как Валлек, захочет, чтобы все было по его указке. Он только встанет на пути моих планов.

— Кто-то должен, — проворчал он.

Равенна закатила глаза.

— Я не хочу снова об этом спорить.

— Думаю, если выбирать между камнем и твоей головой, вторая окажется тверже. — Оберон в сердцах тряхнул гривой. — Богини, избавьте меня от идиотки-подопечной.

— Я