Королевская Академия Магии. Неестественный отбор - Наталья Самсонова

– Да.

– Мама, мы правда будем тут жить? – шепотом спросил Ривергейл.

– А где вы раньше жили? – удивилась Маргарет. – У Адд-Сантийских красивый дом.

– Мы редко бывали в основном строении, – улыбнулась Тария. – Говорю, в библиотеку попадала редко и тайком. Мы жили во флигеле, очень уютном. Знаешь, был бы тот флигель моим, так я была бы счастлива.

– Как странно, – нахмурилась Маргарет и смахнула чары с лестницы.

– Для меня приготовили комнаты в большом доме. А для Рива – во флигеле, – Тария криво улыбнулась. – Я тогда и поняла, что он для них ценности не имеет. И то правда, их драгоценный сынок – мой отец. Значит, во мне половина благородной крови, а в Риве четвертушка. Но шло время, и я расслабилась. И вот.

Она покосилась на свой живот. Но, как отметила Маргарет, уже без особой злости.

«Вот и хорошо. Глядишь, и не будет отказываться от дочки», – улыбнулась про себя мэдчен Саддэн.

Приятные хлопоты заняли весь день. Солсвик помог найти целителя, для которого тоже пришлось открыть комнату. А там пришлось искать и кухарку со служанкой. Деньги на счету таяли, как сливочное мороженое в жару. Но Маргарет не жалела. Она проверила кабинет отца и сейф – на пять-шесть лет спокойной, не слишком роскошной жизни хватит. Это если забыть о том, что Линнарт берет ее замуж. Но честно ли взваливать на казну содержание Саддэнов?

Этот вопрос Маргарет решила обдумать позднее. На «сейчас» деньги есть. А потом будет потом. В конце концов, она планирует быть не просто красивой подставкой под корону.

Во дворец Маргарет и дерр Солсвик телепортировались по отдельности.

* * *

В королевский кабинет Мадин вошел без стука. Линнарт повернулся к нему и коротко спросил:

– Вернулась?

– Да, я попросил мэдчен Саддэн прийти к вам и дал ей допуск к телепортационной сетке, – поклонился Мадин. – И приказал подать ужин в Голубую гостиную. Мэдчен выглядит очень усталой и очень счастливой.

– Спасибо, Мадин. Ты надежен как скала, – улыбнулся король.

В вазе стоял небольшой букет – белоснежные маленькие розочки и хрупкие синие колокольчики. В этот раз Линнарт, прежде чем идти за цветами, взял с собой садовника.

– Ты хотел меня видеть?

Король не заметил, как Избранница телепортировалась в кабинет. Он вздрогнул, схватил цветы, уронил вазу и почувствовал, как отвратительный день стремительно становится нецензурно плохим.

– Это мне? – улыбнулась Маргарет.

– Да. Гарри, у меня плохие новости. – Линнарт осторожно положил букет на край стола. – Пойдем, ты голодна, наверное.

– Я, конечно, голодна. Причем зверски, но, Лин, после твоего сообщения меня как-то даже подташнивать начало.

Линнарт коснулся губами губ Маргарет и открыл телепорт.

В Голубой гостиной царил полумрак. Освещен был только круглый стол, накрытый белой скатертью. Рядом стоял сервировочный столик с приборами, вином и двумя накрытыми крышками блюдами.

Линнарт сам накрыл на стол, усадил Маргарет и сел напротив нее.

– Давай поедим.

– Ты меня пугаешь, давай лучше поговорим, – нахмурилась Маргарет.

Она с самого утра догадывалась, что днем или вечером ей придется узнать достаточно плохих новостей. Но она даже не догадывалась, насколько ее это испугает.

Чтобы не спорить с Лином, она принялась за жаркое. Но вкуса еды не почувствовала.

– К сожалению, мора и дерр Адд-Сантийские заработали на смертную казнь. – Линнарт тоскливо посмотрел на любимую. – Гарри, я не смогу их помиловать. Я пойму, если ты…

– Если я – что? – неприятным тоном переспросила Маргарет.

Но продолжать не стала. Отложив приборы, она прикрыла глаза и приказала себе засунуть эмоции поглубже.

– Лин, моя мама вышла замуж за моего отца и навсегда порвала связи со своей безумной семейкой. Я не удивлюсь, если ее братья на самом деле живы, просто не хотят возвращаться. И еще, я не удивлюсь, если бы в итоге этот род докатился до родственных браков. Они были безумны, Лин. Мне бесконечно жаль, что у нас одна кровь. Но их самих мне не жаль.

И, договорив, Маргарет заметила потрясающую метаморфозу – усталый, какой-то пришибленный Линнарт воспрянул, как дракон над вулканом.

– Дорф, будто гора с плеч свалилась. Гарри, я чувствую себя дураком. Но я просто вдруг представил, как ты попросишь их спасти, а я не смогу. Потому что не хочу. Потому что эти люди достойны смерти.

– Я… наверное, я понимаю. Наверное, что-то подобное, но слабее, чувствовала я, когда признавалась, что моя мама жива, – неловко улыбнулась Маргарет.

Жаркое оказалось вкусным. Да и вино, как оказалось, обладало насыщенным и изысканным букетом.

– Ты расскажешь подробнее? – осторожно спросила Маргарет.

Линнарт коротко кивнул, добавил вина в бокалы и заговорил:

– Кристина желала тебе смерти. Очень яро и очень абстрактно – она бы не решилась действовать. Но один маленький артефакт вывел ее чувства на совершенно иной уровень. То же самое произошло и с моей первой женой – она безумно мечтала научиться летать. И в итоге, когда она падала с Башни, артефакт вытащил ее мечту о полете и возвел ее в такую степень, что она умерла спокойной и счастливой – ведь исполнилось ее самое горячее желание.

– Такие артефакты – большая редкость, – задумчиво произнесла Маргарет. – У мамы был слабый амулет искренности, а отец изредка пользовался келестинским заклятьем чистого разума. Ужасная вещь. Голова после него кажется тяжелой и как будто не своей.

– Да, я знаю. Гаррет многому меня научил. – Линнарт криво улыбнулся. – Знаешь, на самом деле первые пять лет своего сольного правления я пользовался этим заклятьем. Иначе бы не вышло. И мора Дивир-Дарвийская пользовалась этим заклятьем. Сплошной, дорф бы его побрал, чистый разум.

Маргарет встала, прошлась по гостиной и присела на подлокотник кресла Линнарта.

– Мы уже победили. Остались мелочи.

– Да, моя святая королева.

– Что? – Маргарет едва не рухнула на пол.

Линнарт поймал любимую, перетянул к себе на колени и тихо сказал:

– Адд-Сантийские сделали все, чтобы трагически погибшая Маргарет Саддэн запомнилась людям. Алой Ночью погибло больше десяти несовершеннолетних девочек. Но именно твою смерть воспели газеты.

Коротко, но подробно Линнарт рассказал Маргарет о предложении освятить королеву. И первое, что спросила Маргарет:

– Надеюсь, прижизненно? А то твои намеки на воспетую смерть…

– Гарри!

– А что «Гарри»? Я так-то не очень