(Не)пара для короля академии. Экзамен на выживание - Александра Воронцова

И когда секретарь протянул мне букет, я его приняла и неожиданно смутилась.

Покраснела не я одна.

Ренци покрылся красными пятнами от злости:

— Я вам не мешаю?

— Я не стеснительный, — отмахнулся Санти.

Дориэн, шумно выдохнув, плюхнулся в кресло, сложил руки на груди и уставился на нас таким взглядом, будто готов был спалить. На всякий случай, я поставила защиту на цветы. Мне редко дарили букеты, и я испытывала трепет.

— Чему обязана? — спросила я, поглядывая на Санти из-под ресниц.

Впервые в жизни я кокетничала.

— Я к вам с посланием от леди Гвидиче, — начал Санти и так на меня посмотрел, что я, покраснев еще сильнее, зарылась лицо в хризантемы. Взрослый, красивый, сильный… и, как оказалось, полезный. — Она решила, что вам было бы интересно послушать разговор лорда Натори и мэтра Монферо.

Еще как!

— И как же я могла бы его услышать? — не стала скрывать я своего интереса.

— Так вышло, что после инцидента на полигоне лорд-ректор немного вспылил у себя в кабинете, и теперь он некоторое время непригоден, так что разговор с деканом пройдет в личных покоях лорда Натори, которые соседствуют с покоями леди Гвидиче. Совсем недавно она обнаружила там слуховое окно…

— Нечаянно, разумеется, — поняла я. — И, что же, леди Гвидиче ждет меня в гости?

— Так! — ворвался в милую беседу Ренци. — Вы там вдвоем собираетесь подслушивать? Она без меня никуда не пойдет!

Мне пришлось подтвердить. Не то чтобы я не могла пойти без Дориэна, но он тоже имел право послушать, что скажет Монферо.

— Ну, если вам так угодно, — не стал сопротивляться Санти.

— Только мне нужно переодеться. Сколько у меня есть времени?

— Минут двадцать, не больше, — успокоил меня секретарь. — Хотя, если позволите, вы выглядите безупречно.

Мило, но весь подол у меня в пыли, после валяния на полигоне, и в гости я в таком виде не хочу, если у меня есть выбор.

Предложив Санти располагаться, я отправилась в спальню.

Ренци, наглая морда, потащился за мной.

— Только не говори мне, что этот хлыщ тебе нравится! — навис он надо мной, пока я выбирала платье.

— Почему? — я выбрала самое простое, чтобы не возиться долго.

— Что почему? — не понял Дориэн.

— Почему мне об этом тебе не говорить?

— Чаргетто!

Я показала ему язык и закрылась в ванной.

В спальне что-то уронили.

Собралась я быстро, как на утреннее построение.

Санти предложил мне локоть, Дориэн показал кулак. В общем, в нашей компании царили тепло и взаимопонимание.

Так, под конвоем из двух суровых молодых людей я добираюсь до покоев Гвидиче в преподавательской части академии.

Открыв нам дверь, Джемма усмехнулась:

— Как знала и попросила принести чай на четыре персоны.

Самым интересным оказалось то, что накрыто было вовсе не в гостиной, а в примыкающей к покоям лаборатории прямо на исследовательском столе.

Заметив мой пораженный взгляд, Гвидиче хихикнула:

— Это чтобы ничего не упустить, — и показала пальцем на стену, где располагалось слуховое окошечко, прежде, видимо, скрытое картиной, которая стояла теперь в углу.

— А этот, — Ренци метнул взгляд на Санти, — нас не выдаст?

— Скорее, вас выдам я, — пожала плечами Джемма, — но будет поздно, мы уже все узнаем.

Секретаря же волновали совсем другие вопросы:

— А вы все реактивы убрали?

— Всего один раз и оплошала, — закатила Гвидиче глаза. — Убрала в шкаф.

Видимо, частенько ее чаепития проходят в лаборатории.

— Тихо, — шикнул Ренци, который уже стоял возле окошка, — кто-то идет.

Я на цыпочках подошла к нему, с другой стороны пристроилась Джемма, и только Санти, неодобрительно качая головой, бесшумно разливал чай.

Слышно было не очень четко, но, может, это и к лучшему.

Был шанс, что и наше дружное сопение тоже останется втайне.

— С чем связан столько поздний вызов, лорд-ректор? — поинтересовался Монферо.

— Сегодня на первом полигоне произошел инцидент.

— И? Какое отношение это имеет ко мне? Я не отвечаю за происходящее на полигоне.

— Однако вы там были, может, как свидетель, вы поделитесь информацией? — Натори был явно не в духе, что неудивительно, но пока не спешил с обвинениями.

— Я ничего не видел. Меня там не было.

— Как же не было, когда именно вы назначили адептам отработку в девятом квадрате. Кстати, можете внятно объяснить, как вы допустили, чтобы первоступенница попала в зону, предназначенную для выпускников?

— Я дал задание и ушел. Адепты сами изъявили желание отработать наказание вместе.

Я сжала кулаки.

Вот мерзавец!

Как у него только язык повернулся такое сказать!

— Мне кажется, вы приняли желаемое за действительность, — отрезал Натори. — Я просмотрел записи магдатчиков и выслушал смотрителя полигона. Вы настолько не ставите ни в грош других сотрудников, что не замечаете, что они рядом с вами и все слышат?

— Не мне вам рассказывать, на что способен адепт Ренци, он бы справился.

— А адептка Чаргетто? — вкрадчиво уточнил ректор. — Она же дочь вашего друга. Не слишком ли жестоко? И уже не в первый раз, правда? После отвратительного отношения к адептке на занятии, вы не получили выговор и решили, что вам все дозволено, мэтр Монферо?

— С каких пор ректор вмешивается в методику преподавания? — декан явно чувствовал себя в своем праве.

— Вы пока не ответили ни на один вопрос, но считаете возможным задавать их мне?

— Мэтр Монферо, — услышала я голос Фаджио. — Вам кажется ошибочным решение императора назначить лорда Натори на должность ректора?

— Не мне оценивать решения императора.

— Тогда извольте отвечать, — дознаватель откровенно угрожал. — Уж в моем праве задавать вопросы у вас сомнений быть не должно.

— Я дал задание адептам и покинул полигон. Моя вина только в том, что я не остался до окончания отработки, как велит регламент. Насколько мне известно, оба адепта справились. Это видно на табло рейтинга учащихся.

— Зато там не видно, что еще один адепт выбыл из строя, декан Монферо. Русполли в лазарете.

— На моем факультете такого адепта нет.

— Это мне и без вас известно, — рыкнул Натори.

— Я не могу отвечать за всех адептов академии.

— Да вы даже за своими не можете уследить. Сколько попало в лазарет в результате нападений? Вы решили, что еще двое погоды не сделают?

— Кристиан, кажется, мы зашли не с того конца, — усмехнулся Фаджио. — Давай попробую я. Мэтр Монферо, какие на самом деле отношения связывали вас с Иво Чаргетто?

Глава 93. Самое интересное всегда в конце

Я не только внутренне вытянулась в струну, я на цыпочки приподнялась, чтобы быть ближе к слуховому окошку и не пропустить