Все приключения Ивидель Астер - Анна Сергеевна Сокол

Я подняла руки к пылающим щекам, и отражение в зеркале повторило жест.

Если об этом узнают, будет скандал. Потому что отец посватал меня за другого и даже заключил брачный контракт. И я, как послушная дочь, должна выполнить данное папенькой слово. Смешно, я и свое-то сдержать не в состоянии.

Чтобы продолжить обучение и хоть иногда видеть совсем неподходящего для леди рыцаря, да и ради собственного блага я обещала родителям, что не покину Летающий Остров. Они мне поверили. И вот я снова здесь: над головой облака, далеко внизу земля, в руках непослушное и своевольное пламя. Не только в руках, но и в сердце.

— Это всего лишь урок, — громко сказала я пустой комнате. — Я не обманываю, а иду учиться. Ведь не будет же папенька возражать, если очередное занятие пройдет, к примеру, в оранжерее, где нам надлежит выдавить магистрам к ужину унцию яда из корней лиственного аспарагуса?

Но отражение молчало, а лицо в зеркале было полно укоризны.

— Это просто урок, как… как… утренний урок по этикету.

Я вспомнила скрип перьев. Шорох, с которым они касались бумаги. Вспомнила, как аудиторию…

…Аудиторию в очередной раз тряхнуло, Мерьем Вири в очередной раз взвизгнула. Я привычно придержала чернильницу, магистр Ансельм Игри в очередной раз не повернул головы. Дверца одного из шкафов открылась, и на пол посыпались свитки.

— Когда же это кончится? — непонятно у кого спросила Дженнет. Перо в ее руке сломалось пополам.

— Никогда, — улыбнулся ей Оли. — Пока мы над Запретным городом, Остров так и будет трясти.

— Правильно, мистер Ревьен. А не объясните герцогине, да и всем остальным, почему? — Посмотрел на парня магистр.

— Ну, — протянул сокурсник, оглянулся, взъерошил волосы, разом стал похож на нахохлившуюся серую найку[1], но все-таки ответил, — Дело в этих горах, да?

— Да, отчасти дело в Чирийском хребте, — согласился учитель, останавливаясь напротив карты. — Кто дополнит ответ мистера Ревьена? — Мы молчали. — Ну же, смелее. Или вам действительно нравится вспоминать десять уложений этикета, принятых при Людвиге Третьем?

Я подняла голову от листка бумаги, где сиротливо жались друг к другу две строчки — все, что удалось вспомнить из старого уложения. Правила этикета нам с братом вдалбливали едва ли не с рождения. Моя гувернантка Кларисса Омули была очень строга, но даже ей не пришло в голову заставить меня выучить нормы, принятые при дворе Людвига Третьего, прадеда нынешнего князя.

Я смогла вспомнить лишь то, что леди запрещалось смотреть в глаза джентльмену, если тот стоит против солнца. Понятия не имею, почему. Права была матушка: чем большую глупость мы слышим, тем лучше запоминаем.

На самом деле правил и положений в кодексе этикета было намного больше. Каждый правитель считал своим долгом добавить еще парочку, чтобы подданные не скучали, а Людвиг Третий расщедрился на целых десять.

Кажется, там еще говорилось что-то про путешествия… Леди без сопровождения запрещено путешествовать в салон-вагоне поезда, но дозволено в вагоне-конюшне наедине с конем.

Воображение живо нарисовало картину «Иви в стойле тридцать часов спустя». Рука дрогнула, и по светлому листу расползлась синяя клякса. Теперь придется переписывать, если не хочу получить несколько дополнительных часов чистописания.

— Неужели никто не знает? — удивился магистр Ансельм. Он больше напоминал дровосека: широкоплечий, высокий, абсолютно лысый, с короткой черной бородкой. Более неподходящую кандидатуру для замены преподавателя этикета придумать сложно. Что-то у них там не получилось, у магистров, я имею в виду, и нанятый учитель опоздал к отлету Академикума из Льежа, теперь его замещали все магистры по очереди.

— Динамические потоки воздуха, характерные для горной местности… — начал рассказывать Отес. Магистр развернулся к парню, и тот замолчал.

— Продолжайте, мистер Гиро, вы так хорошо начали. Динамические потоки, и что?

За соседним столом Гэли сосредоточенно кусала кончик пера, ее лист оставался полностью чистым.

— Они нестабильны, а поскольку Академикум — это летающий остров…

— Тоже мне новость, — отчетливо прошептала герцогиня.

— И этот остров по форме напоминает диск… — Не обращая внимания на девушку, наш умник достал из кармана серебряную монету. — Будь мы на дирижабле, трясло бы еще сильнее, но мы могли бы маневрировать и за счет вытянутой формы корпуса пройти между потоками. — Парень перекатил монетку между пальцами.

— А сейчас не можем? — удивилась Гэли, отложив перо.

— Размеры основания Академикума делают это маневрирование бесполезным, уйдем от одного потока, сразу попадем в другой. Ветер с гор сильнее всего у вершин и слабее у подножия. Технические характеристики Острова таковы, что влияние взаимного расположения основания Академикума и воздушных струй на величины аэродинамических коэффициентов…

— Стоп, — прервал парня магистр. — Вам пять баллов по основам механики, мистер Гиро, она начнется у вас послезавтра. Авансом.

— А я подумала, он демона вызывает, — хихикнула Гэли.

— Вы же, мисс Миэр, напишите к первому уроку эссе по истории постройки Академикума и спуска его в воздух, где объясните, как такое вообще возможно. — Магистр Ансельм улыбнулся, а подруга едва слышно застонала. — Да, и слово «аэродинамический» должно повторяться в работе не менее дюжины раз. Я проверю.

— А как же… — Оли с отвращением посмотрел на листок, на котором он последние полчаса со всей старательностью выводил завитушки. — Этот… этикет?

— Да, богини с этим уложением. — Махнул рукой магистр Ансельм. — Я и сам не помню ни одного пункта.

Все с облегчением выдохнули, а Отес бесстрастно сложил и убрал в карман листок, исписанный от края до края четким убористым почерком.

— Когда у вас первый спуск в Запретный город? — Учитель подошел к своему столу.

Настроение аудитории сразу изменилось, сонное оцепенение, в которое погрузило учеников уложение по этикету, мигом слетело, как слетает со шляпки подхваченная ветром вуаль. Тара демонстративно разорвала листок, Мэри поправила прическу, Коррин и Оли переглянулись. Предстоящий спуск в легендарный город будоражил весь первый поток. Даже невозмутимый Мэрдок Ирс Хоторн одернул сюртук и, словно почувствовав мой взгляд, повернул голову… Я призвала на помощь всю выдержку и воспитание, чтобы не вздрогнуть от холода в его серых глазах. Что ж, Мэрдока можно было понять.

— Сегодня, — ответил Коррин.

— Хм, — Магистр нахмурился и уточнил: — Но вашу группу веду не я?

—