Гончар из Заречья - Анна Рогачева

Тут откуда-то сбоку появились Глеб с Архипом – они отходили за квасом и вот теперь возвращались, с большими жбанами в руках. Глеб мгновенно оценил ситуацию, увидев Зою, бледную как смерть, прижимающую к себе Ярика и карлика, который кривлялся перед ними.

– Стоять!

Карлик увидел, как огромный разъярённый мужик несётся на него и тут же сорвался с места. Он метнулся в толкучку, ловко теряясь в толпе на своих коротких, но быстрых ножках. Глеб кинулся следом, расталкивая людей.

Толпа загудела. Люди расступались, кто-то падал, кто-то ругался. Карлик нырнул в проход между балаганами, где горели костры, освещая путь неровным, пляшущим светом.

Глеб не отставал. Он бежал, не чувствуя ног, и в голове его билась одна мысль: догнать. Убить. Защитить.

Карлик бежал, петляя, как заяц, но Глеб был быстрее. Он настиг его у стены какого-то сарая, и, схватив за шиворот, швырнул на землю. Карлик взвизгнул, ударившись спиной, попытался вскочить, но Глеб навалился сверху, прижав его коленом к земле.

– Кто ты? Что тебе надо?

Карлик дёргался, извивался, как скользкий червь, пытаясь вырваться, но Глеб держал его мёртвой хваткой. Тот закричал, брызгая слюной:

– Пусти, дурак! Я ничего не сделал! Я просто пошутил!

– Шутить будешь в другом месте, – Глеб сжал его горло.

– Кто ты? И кто тебя послал?

Но карлик молчал, только скалился, показывая свои гнилые зубы. В неровных отблесках огней его лицо казалось дьявольским, искажённым ненавистью и страхом.

Глава 64

Глеб чуть ослабил хватку на шее, давая тому вдохнуть, но ногой продолжал прижимать карлика к земле. – Кто ты? Кто тебя послал? Отвечай! Попробуешь соврать, я тебя…. Глеб опять сдавил его шею, перекрывая дыхание.

Карлик хрипел, дёргался, скрёб своими короткими пальцами по земле, пытаясь вырваться.

– Никто… никто не посылал. Никто... Я сам... Увидел… и признал. Думал – померещилось. А сегодня опять увидел... Дай сказать, дай!

Глеб чуть ослабил хватку. Карлик закашлялся, глотая воздух, и сплюнул кровью.

В этот момент из-за поворота, задыхаясь, выбежала Зоя. За ней неслась Анфиса, прижимавшая к себе перепуганного Ваньку, Архип с побелевшим лицом, Клавдия, и откуда-то появившийся Гриша, держа Ярика на руках.

Зоя подлетела к Глебу, тяжело дыша, и замерла, увидев распластанного на земле уродца. В свете ближайшего костра лицо карлика казалось маской какого-то чудовища.

Карлик, заметив её, вдруг зашёлся в хриплом смехе:

– А вот и сама Лелька! И приблудыш её!

– Молчи, – процедил Глеб, ударив его под дых. И, взглянув на Зою, коротко пояснил: – Говорит, признал тебя. Служил при дворе…

Зоя вздрогнула, как от пощёчины. Она перевела взгляд на карлика. Этот уродец, эта гнилая усмешка, эти бегающие глазки… Зоя всем телом почувствовала исходящую от него опасность. Страх накатывал волнами, мешая дышать.

– Чего хочет этот гадёныш? – Спросила Анфиса. – Что ему от Зои нужно?

Карлик схватил Глеба за руку, сжимающую шею, пытаясь ослабить хватку.

Я всё про вас знаю. Я при дворе служил, всё видал. Видал, как Ратмир воевода тебя, Лелька, по щекам хлестал, как ногами пинал, как мать его старая паскудила, как пацана твоего топили…

Глеб, пытаясь заткнуть уродца, сдавил его горло так, что карлик захрипел.

Но было поздно. Ярик, сидевший на руках у Гриши, вдруг забился, закричав:

– Не трогай маму! Не трогай! Я тебя убью! Ты тоже маму обижал, ты трогал её и щипал больно. Ты плохой! Плохой!

Гриша едва удерживал мальчика, который рвался к карлику с кулаками, прижимая его к груди.

– Не надо, сынок, не надо. Дядя Глеб сам разберётся.

Но карлик не успокаивался:

– А что, помнишь, малец? Помнишь, как папаша тебя в реку хотел кинуть? Как он схватил тебя за шкирку и к проруби потащил. А мамка твоя на коленях ползала, руки целовала, чтоб отпустил. А он...

– Молчи! – заорал Ярик, забившись в руках Гриши. – Не смей, не смей!!

Зоя почувствовала, как земля уходит из-под ног.

– А потом, – продолжал карлик, наслаждаясь произведённым эффектом, – она сбежала. – И как только умудрилась Лелька, а? К бабке своей, что в нижнем городе жила. Думала, там спрячется. А Ратмир разом прознал, и дом – то подпалил. Бабка та в огне и сгорела. А Лелька с пацаном как ушли, неизвестно. И ведь так и не нашли. А я нашёл! Он опять засмеялся своим страшным, булькающем смехом, но очередной удар Глеба заставил его заткнуться.

– А ты, – карлик вдруг уставился на Глеба, и в его глазах мелькнуло узнавание. – Ты... А ведь я тебя знаю. Так ты ж того... ты ж княжий сын! Ну, который пропал. Сын Горислава, князя нашего. Того самого, у кого Ратмир Демьяныч в подчинении служит. Али не признаёшь? – Он мерзко захихикал, захлёбываясь смехом.