Пленница аскадцев. Цена свободы - Алена Бондар

— Я договорилась встретиться возле поселения Брона, в котором мы засаду разбойникам делали, — сообщаю мужчинам, не отводя взгляда и давая понять, что решение уже принято.

И больше не отвлекаюсь по пустякам. Прикрываю глаза и концентрируюсь на заклинании Хелы. Та нить заклинания, которую я увидела изначально, утолщается по мере того, как я продолжаю смотреть магическим зрением.

Она будто оживает, пульсирует и раскрывается, показывая свою настоящую силу. И она тянется ко всем без исключения, связывая их в единое целое.

Призываю всю свою магию и черпаю не только ту, что использовала ранее как ведьма, а божественную. Без неё никак. Только близкая родня. Только полубоги и боги смогут разрушить такое.

Я смогу, если постараюсь.

Пробую нащупать слабые места заклинания, но это не так-то просто. Оно цельное, как ледяная паутина. Но я не останавливаюсь.

И слабею даже прикасаясь к этому холоду. Магия сестры как льдинки — холодные и ранящие ладони, которые будто сжимают меня изнутри.

Отступаю на шаг, когда холод касается сердца. Всего на миг, но всё же.

— Что такое, Мирана? — обеспокоенно спрашивает Алрик.

И я чувствую тепло. Не тепло человеческого тела, а тепло через нашу связь, как будто изнутри разгорается огонь.

— Касар и Алрик, дайте мне руки, а Эйрик положи свою мне на плечо, — командую, не теряя концентрации.

— Видимо, так сложно, — комментирует мою просьбу Мерзаль.

И я сразу же чувствую, как он прислоняется к моей ноге, обвивая хвостом, будто тоже включается в эту цепь. А мужчины делают, как я прошу.

Почувствовав это тепло, в меня будто новые силы вливаются, совершенно другие — глубже, мощнее. И я пользуюсь ими на полную. Нахожу брешь в заклинании и снимаю его.

Оно разлетается в дребезги — резко, с треском, как лёд под ударом. Я только успеваю закрыться и закрыть мужчин с котом, чтобы по ним не ударило, и открываю глаза.

— Что это было? Холод, как в самую свирепую зиму, а потом тепло, какого не было никогда у нас даже летом, — говорит Эйрик удивлённо, всё ещё не отпуская меня.

— А это наша девочка закрыла нас собой, да? — спрашивает Алрик и обнимает меня за талию, притягивая ближе.

— В смысле? — переспрашивает Касар, переводя взгляд с него на меня.

— Волна от разрушения заклинания Хелы могла вас задеть, — поясняет Мерзаль, когда я кладу голову на плечо мужчины. — Точнее, она точно бы вас задела, а Мирана прикрыла вас собой.

— Что с тобой, Мирана? — спрашивает Касар, стоя с другого бока, уже внимательнее вглядываясь в меня.

— Сил много потратила и замёрзла, — честно признаюсь. — Готовьтесь, сейчас аскадцы проснутся, — произношу шёпотом, потому что голос всё же садится.

И действительно, как только мы немного отходим, один за другим начинают все просыпаться. Сначала едва заметно, потом всё быстрее — движения, вдохи, попытки понять, где они.

Вот только никто не спешит спускаться.

— Что такое, ярл Брон? — спрашивает Касар удивлённо.

— Как же я рад вас видеть, Касар и Эйрик, но мы никогда сюда не поднимались и не спускались отсюда, — говорит он, растерянно оглядываясь.

А высота-то большая. Похоже, магия Хелы в определённое время усыпляла людей, а потом поднимала, а потом спускала и будила.

— Сейчас помогу, — говорю уверенно, хотя голос хрипит и тело всё ещё знобит.

— Мирана, ты ослабла, — подмечает Алрик и не отпускает, удерживая меня.

— Если мы будем на это обращать внимание, то оживут стражники и Хела может заявиться, — отвечаю твёрдо.

Встаю перед аскадцами, которые ничего не понимают и явно боятся. Их напуганные взгляды скользят по нам и оружию.

Алрик обнимает меня за талию и шепчет на ухо:

— Если нужно, тяни из меня.

— Нет, — твёрдо отвечаю. — Я и так из нашей связи тянула тепло.

Прикрываю глаза и концентрируюсь сразу на всех аскадцах, которые только что были заколдованы, и медленно спускаю их на землю, удерживая каждого, не давая сорваться.

Конечно же, сразу слышны крики, вопли и плач. Паника накрывает их волной.

— Успокой, мешает, — тихо говорю Алрику.

— Если не угомонитесь, то оставим вас здесь! — гаркает на них Алрик.

И это помогает. Резко, грубо, но действенно — шум стихает, люди замирают, цепляясь за его слова, как за единственную опору.

Когда же они оказываются на земле, у меня совсем заканчиваются силы. Я давно не использовала эту магию, да ещё в таком объёме, и теперь ноги не держат.

— Что дальше? — сразу спрашивает Брон, пытаясь взять ситуацию под контроль.

— Откуда вы здесь? — спрашивает другой мужчина, и по одежде и манере держаться понятно, что он тоже ярл.

— Всё после, — командует Касар. — Вначале уберёмся отсюда, а потом разговоры. Алрик, открой портал, — просит он у мужчины.

— Эйрик, возьми Мирану на руки, — просит Алрик неожиданно для меня.

— Нет, всё в порядке, — говорю тихо, упрямо цепляясь за остатки сил.

Но как только Алрик перестаёт обнимать меня за талию, я чуть приседаю от усталости — ноги подкашиваются сами собой.

— Тебе обязательно было молчать? — с претензией спрашивает Эйрик и тут же подхватывает меня на руки, не давая даже возразить.

А у меня уже нет сил сопротивляться. Я кладу голову ему на плечо и обнимаю за шею, позволяя себе хоть на мгновение расслабиться, пока Алрик открывает портал.

И если Касар идёт вперёд с ярлом Броном, то мы остаёмся, чтобы проследить, чтобы все прошли, и только тогда зайдём. Я кидаю взгляд на Алрика и вижу, что ему тяжело держать такой большой портал и достаточно долго, чтобы все перешли. Но он справляется.

И когда последний пленный покидает гору, мы слышим рычание.

Глухое. Знакомое.

— Похоже, волки ожили, — сообщает Алрик, не оборачиваясь.

И Эйрик со мной на руках, не желая сталкиваться с ними заново, сразу же забегает в портал. Алрик, подхватив Мерзаля, чтобы тот под ногами не путался, заходит следом и закрывает его, как только мы ступаем на аскадскую землю.

— Мы справились, — радостно говорю заплетающимся языком, чувствуя, как накрывает облегчение.

— Сейчас начнётся самая важная часть — переговоры, — холодным тоном говорит Алрик.

— Вы же без меня справитесь? — спрашиваю с надеждой, смотря по очереди на мужчин.