Путь Благости - Юлия Галынская

объединенный приступ очень сильно ослабил Рагнара. Об чем Паук доложил в столицу. Думал, наконец-то его цель достигнута и готовился к последнему для брата приступу, как приказ из столицы велел пауку ждать. Повелевая убить наследника и его сына в определенный день. Мое возвращение домой ускорило решение о смерти брата. Паук получил распоряжение после гибели Рагнара, покончить так же со мной. Приготовления заняли немного времени, а там Нолан поступил в Академию и приступ не сработал благодаря Литэе.

— Получается, ты спасла не только Рагнара, но и меня, — заметил я жене. Успокоив Сиру, она присела на край кровати, проверяя состояние брата. Прикрыв глаза, запускала светлые полосы сканирования в его тело. Тот довольно улыбался, наблюдая за моей любимой.

— Не надо было меня спасать. Ты видел сам. Я десять лет противостоял отраве.

— Не говори ерунды, супруг, — вспыхнула Сира. — Свекор сказал, что, если бы не госпожа Литэя, вы бы погибли. И Нолан…

— Госпожа Сира, — Литэя открыла глаза и обернулась на невестку. — Успокойтесь. Все теперь в прошлом. Ваш сын в порядке, и муж быстро восстанавливается. Что касается выдержки и стойкости господина Рагнара, то ему следует благодарить за это своего брата.

— Почему? — я и брат удивленно переглянулись, а жена, усмехнувшись, пояснила.

— Именно Лео давал вам силы для борьбы. Отказываясь занимать место наследника, стимулировал сопротивление хвори. Вы не хотели подводить доверие брата и сопротивлялись отчаянно. Если бы вас не связали с Ноланом, изменив тем самым объект ваших тревог и забот, вы бы еще несколько лет точно давали бы проклятью отпор.

— Благодарю, госпожа, — Рагнар, приложив руку к сердцу, склонил голову. — Вы и ваша помощь прибыли вовремя. Я очень рад, что мой брат наконец-то искренне улыбается. Надеюсь, он так же будет улыбаться, когда совет вручит ему наследие рода.

— Почему? — теперь мой вопрос прозвучал в созвучии с голосом Литэи, и это невероятной радостью прокатилось по телу.

— Мне еще долго восстанавливаться, — начал было брат, но любимая покачала головой и заметила:

— Пара месяцев. Это меньше, чем Лео будет перенимать ваши знания и опыт.

— Пара месяцев?! Но это невозможно! Целители сказали, что проклятье уничтожило, пересушило мои магические каналы и…

— Проклятье не касалось их. Вы сами их закрывали, концентрируя силу вокруг сердца. Проклятье действовало на весь организм в целом и ослабило бы все потоки разом, но вы, интуитивно закрывая их, защитили сердце и основные потоки. При отсутствии скверны в вашем теле энергия расправиться за два месяца, и ваши возможности полностью восстановятся. А помимо этого, регенерация в вашем теле теперь функционирует отлично, и ваша нога восстановится примерно за это же время.

— Как что не скидывай на меня свой венец, братец, — довольно засмеялся я, с обожанием смотря на жену.

— Спелись, — хмыкнул брат, но тут же стал серьезен. — Госпожа Литэя, род Де Калиаров никогда не забудет о вашей помощи. Заявлять, лежа в кровати, о нашей силе и защите не буду, но мой отец поднимет этот вопрос на сегодняшнем совете. Потому прошу, не отказывайтесь. Отныне мы ваш щит и меч. Ибо это требование наших предков, и я рад подтвердить их клятву лично главе рода Алирантов.

— Откуда ты про главу рода узнал? — растерялся я, понимая, что сам это узнал только благодаря полученной памяти двойника.

— Дед растрезвонил, а ему госпожа Зара Алирант рассказала.

Возмущаться долго мне не дали. В комнату к Рагнару вошел хмурый отец и, поклонившись Литэе, молча протянул мне послание с королевской печатью.

— Что там? — Рагнар чуть привстал, пытаясь заглянуть в послание.

— Приказ короля явиться во дворец вместе со своей невестой, — проговорил я, протянув бумагу Литэе, но жена покачала головой, отказываясь читать сообщение. А вот Рагнар выхватил бумагу и перечитал приказ несколько раз.

— Как он узнал, что госпожа Литэя здесь? — наконец выдавил он.

— Видимо, в нашем замке есть те, кто служит двум хозяевам, — нахмурился отец.

— Много людей, много сплетен, — спокойно заявила Литэя, поднимаясь. — Когда нам велено прибыть ко двору?

— Королевский портал откроют после обеденного отдыха. Совет старейшин я предупредил, что наша встреча переносится на более позднее время.

— Что ж, отлично, — кивнул я. — Отец, Рагнар, поможете мне составить прошение об отставке.

— Уже, — хмыкнул брат. — Причем в двух экземплярах. Для короля и председателя Совета.

— Отлично. Отправляй адресатам. Будет о чем поговорить с королем.

Отец только нахмурился, но ничего не сказал. Литэя коснулась его плеча и улыбнулась грозному герцогу. Лицо отца дрогнуло, расправилось и даже что-то на подобии улыбки коснулось его глаз.

— Не задерживайся там, дочка, — неожиданно для нас буркнул отец. — Если что, кидай в них Леона и беги домой. Мы будем тебя ждать.

— Это будет жестоко, — рассмеялась Литэя, видя наши удивленные лица. — Лучше заберу его с собой..

— Как скажешь.

Глава 14

Литэя Алирант

Сила Благости всегда позволяла заглянуть в сердца. Понять помыслы человека, его мотивы и стремления. То, что герцог назвал меня дочерью, тронуло сердце. Это было искреннее принятие меня в его семью без церемоний и заседаний совета. Я почувствовала его переживания из-за внезапного вызова к Его Величеству. Но в то же время вера в сына, что он совсем справится, успокаивала.

Переступая границу портала, не думала, как произвести впечатление на короля. Для меня это были своеобразные смотрины. Белый Волк не просто хотел узнать о наследнике. Он хотел понять его интересы, стремления. Хотел получить надежду на возрождение. И именно мне нужно было решить, достоин ли король встречи с Предком.

Решительный настрой Леона мог обмануть кого угодно, но не меня. В его сердце оставалась память и вера в крепкую дружбу между ним и Арианом. Но уважения и почитания его, как своего сюзерена отсутствовали. Было разочарование. Болезненное, отрицаемое и укрываемое даже от самого себя. Такие эмоции настораживали и давали ощущения, что встреча с королем простой не будет. Ни для меня, ни для Леона.

У портала нас встретил Сэдрик Мирославский. Узнать его было несложно. Еще по академии он запомнился своим гордым видом и аристократической статью. Лео обменялся с ним приветствиями. Муж относился к нему скорей равнодушно, чем настороженно. Мирославский, в его понимании, вел себя слишком скрытно и недоверчиво для верного друга. Не старался сдерживать или образумить короля, а наоборот, провоцируя его на противостояние с аристократией.

Всматриваясь в этого мужчину, я согласилась с мнением Лео. Слишком много тот скрывал. Даже сейчас на его лице застыла ледяная маска спокойствия, сквозящая равнодушием, а внутри все кипело от эмоций. Он хотел поговорить, но на вопросы