Капкан паучьей лилии - Лили Крайн

— Это не спасло бы меня, — заметил Сонни. — Сейчас, конечно, люди более лояльны, но для участия в серьёзных проектах это может стать препятствием. К тому же, я бы солгал.

— Разве? — Рэд усмехнулась. — Ты итак им солгал, причём не очень хорошо.

— Скажи я им правду о тебе, они выяснили бы о де Лирио.

— А причём тут я? Я говорю о другой правде.

— Это единственная правда.

Рэд выключила плиту, делая вид, что не расслышала его слов. Сонни буквально ощущал, как между ними снова вырастает стена. Этого нельзя было допустить.

— Мы должны снова оказаться в центре внимания.

— Тебе не хватило?

— Ты не понимаешь, — заметил Сонни. — Раз ложь была недостаточно убедительной, нужно её подтвердить.

— Вот как. И что ты предлагаешь?

— Можем сходить вместе куда-то, в оперу, например, как друзья. Голливуд обожает истории, когда дружба перерастает в любовь.

— Ты не любишь оперу.

Как и всегда, Рэд акцентировала внимание на мелочи, чтобы не касаться серьёзной темы. Это вызвало у Сонни улыбку. Она переложила мясо на две тарелки, потянулась снова за специями, добавляя на одну из порций ещё перца.

— Так много… — Сонни нахмурился.

— Я люблю с огоньком, — парировала Рэд.

— Дай попробовать.

Не реагируя на её тихий протест, Сонни потянулся за ножом с вилкой, отрезал кусочек и отправил в рот, тут же едва не поперхнувшись.

— Тьфу, какое острое!

— Привыкнешь.

Рэд фыркнула, забирая тарелку из его рук и отходя к разложенному столу. А у Сонни дыхание перехватило вовсе не от остроты. Привыкнешь? На что это она намекает? Если он всё правильно понял, то…

— Пообещай мне кое-что. — Сонни занял соседний стул, уставившись на Рэд немигающим взглядом.

— Ну?

— В нашей семье готовить буду только я.

На этот раз пришёл её черёд подавиться. Откашлявшись, Рэд помахала рукой, не позволяя ему помочь, и потянулась за водой.

— Я не даю глупых обещаний, — прохрипела она.

— Ладно, — согласился Сонни. — Мы придумаем, как разделить обязанности.

Рэд закатила глаза, не ответив. Ещё одна незначительная с виду, но очень весомая лично для него победа. Она вернулась к прерванной трапезе и неожиданно поинтересовалась:

— Так что там насчёт оперы?

Сонни хитро улыбнулся. А может, и не одна.

* * *

— Это платье буквально кричит о том, что ты — Лили де Лирио, — отверг уже пятый наряд по счёту Сонни.

— Они все такие, — ощетинилась Рэд.

Вот уже битый час они пытались подобрать одежду для оперы. На самом деле, Сонни просто нравилось наблюдать за ней, нравилось смотреть, как она перевоплощается из привычного пацанского стиля в элегантную женщину, но признаваться в этом не спешил, раз за разом находя новые «недостатки». Вообще, день для него складывался удачно: интервью прошло в меру успешно, Рэд на него не рассердилась и даже согласилась выйти в свет, они пообедали, обсудили вчерашний концерт и её будущую книгу, а теперь вот готовятся к новому мероприятию — и всё вместе.

— Тебе легко говорить, твой костюм привезли по специальному заказу, — бормотала Рэд, стягивая платье.

Сонни возился в шкафу, предназначенном исключительно для образов де Лирио. Поразительно, как эти вещи, с виду кажущиеся обычными, преображались на ней. Раньше он как-то не особо интересовался в чём ходят окружающие его женщины. Каждый раз, оказавшись на красной дорожке, Сонни отключался от мирского, не обращая ни на кого внимания. Теперь же столь банальный вопрос со стороны — «Что надеть?» — представлялся ему чрезвычайно важным.

— Красное? — Предложил Сонни, демонстрируя платье.

— Перебор. — Рэд, оглянувшись на него, покачала головой.

— Шампань, — снова выдвинул предложение Сонни.

— Уже лучше. — Она кивнула. — Посмотри там во втором ряду сзади.

В указанном ряду оказались более простые наряды. Честно говоря, они ему больше импонировали, так как лучше вязались именно с образом Рэд, а не вычурной писательницы. Сказал бы кто Сонни ещё год назад, что он будет заниматься таким — в жизни бы не поверил.

— Я нашёл. — Улыбнувшись, Сонни достал длинное шифоновое платье оливкового цвета. — Подойдёт к линзам.

— И правда.

Рэд тоже подключилась, рассматривая наряд. Она прижала его к телу, посмотрела в зеркало и, недолго думая, начала надевать. Сонни застегнул молнию сбоку, в тайне наслаждаясь невесомым прикосновением к нежной коже. Приготовления были практически закончены, оставалось только вызвать машину. Пока Рэд разбиралась с обувью, Сонни позвонил водителю. Ему уже было всё равно, успеют ли их заснять у оперы, ведь главное, что они снова проведут совместный вечер, похожий на свидание. Он успел вернуться в спальню ровно к тому моменту, когда Рэд подбирала украшения из подаренной им шкатулки. Как бы она себя ни вела, было ясно, что презент пришёлся ей по душе.

Среди немногочисленной бижутерии Сонни заметил то самое кольцо с чёрным камнем, что постоянно носила де Лирио, но особенно его заинтересовала прозрачная овальная брошь из эпоксидной смолы с мелкими белыми цветами, которая совершенно не сочеталась с другими побрякушками.

— Это откуда? — Он указал на брошь.

Рэд нахмурилась, дёрнула плечом и резко захлопнула шкатулку.

— Да так, старая вещица.

— Не расскажешь?

Телефон зазвонил, оповещая, что водитель уже на месте. Они в тишине вышли из квартиры, Рэд заперла дверь, и Сонни протянул ей руку. На удивление, она не отказалась. Уже сидя в машине, Рэд заговорила первой.

— Это не моё.

— О чём ты?

— Та брошь принадлежала моей старой подруге.

— Той, что рисует для тебя иллюстрации к книгам?

— Нет. — Она как-то грустно улыбнулась. — Той девушки уже давно нет в живых. На самом деле именно благодаря ей я стала писателем. Помнишь… — Рэд запнулась, сглотнула шумно и продолжила. — Помнишь ту сказку про мальчика в лабиринте? — Не дожидаясь ответа, она добавила: — Это её авторства.

— Ты продолжила дело близкого человека. — Сонни коснулся её ладони, нежно сжимая в пальцах. — Думаю, она была бы рада.

В этот момент в глазах Рэд промелькнуло то, что он и не надеялся когда-либо увидеть. Впервые Сонни разглядел уязвлённую душу, истинную Рэд, так тщательно скрываемую за многочисленными слоями. Ту, чьего имени он всё ещё не знал.

— А что за опера? — Она отвела взгляд, спрятавшись за привычной отстранённостью.

— О, тебе понравится. Это «Травиата».

Рэд тихо рассмеялась.

— А ты знаешь толк в иронии.

— Кто бы говорил.

Сначала всё было мирно: папарацци не поджидали их у входа, убранство местной оперы располагало к расслаблению, три акта пролетели, словно один миг. Сонни даже растрогался, впечатлённый сопрано главной героини, а Рэд отметила пение юного тенора, играющего героя истории. Из лоджии они вышли последними, при этом Рэд шла