Академия Высших: студенты - Марта Трапная

Сигма пожала плечами.

– Как ты себя представляешь – это знаешь только ты. Я просто подумала про удачное освещение и хороший фон. Можешь считать, что я сделала этот снимок просто так, для души. Не по заданию.

– Мне он нравится.

И только у себя в комнате Сигма посмотрела на это последнее фото. За спиной Хачимицу выделялось несколько крупных камней, из которых была сложена стена. Все остальное тонуло в красноватом мареве, чернеющем к краям. Это выглядело так, будто Хачимицу и эти камни – единственные материальные предметы в мире, если, конечно, человек может быть предметом. Сигма покачала головой. Она думала, что этот снимок будет совсем другим, но что-то пошло не так. Она даже знала, что – белый костюм, техника сфокусировалась на нем. Что ж, отличный прием, надо запомнить.

Глава 10. Постараться дожить до завтрака

Аделаида вызывала у Сигмы странные чувства. Она чем-то напоминала Бли и Вайолет – неуклюжей угловатостью, неестественными жестами и позами, в которых она иногда замирала, будто засыпала на середине движения. Но при этом она замечала все вокруг. В ней не было отрешенности Вайолет или потерянности Бли. Аделаида первая написала Сигме «а можно следующей сфотографировать меня?», после того, как Хачимицу поменял свою фотографию в профиле. Как Сигма и предполагала, Хачимицу выбрал тот снимок, где держал в руках полоски вишневой замши.

И вот теперь, устроившись на подоконнике напротив Аделаиды, Сигма пыталась понять, нравится ей Аделаида или нет. Зато она совершенно точно поняла, что Аделаиде нравится Хачимицу.

– А у тебя есть хобби? – спросила Сигма. – Мне показалось, у конструкторов это приветствуется.

Аделаида пожала плечами – они двигались не синхронно, будто управлялись разными мышцами. И Сигма с трудом удержалась, чтобы попросить Аделаиду повторить жест.

– Не то, чтобы приветствуется. Но куда-то надо девать время, – живо сказала Аделаида, – иначе сойдешь с ума. Сначала ты думаешь – как классно, что ты все время с однокурсниками, можно в любое время потусить, болтать хоть до утра. А потом… – она снова пожала плечами, и Сигма снова завороженно проследила, как поднялось правое плечо, а на долю секунды позже – левое, и левое оказалось выше правого, а потом они опустились вместе. – Хочется немного времени для себя и чего-то, что не связано с учебой, однокурсниками. Куда-то выплеснуть эмоции.

– Я выплескиваю в учебу, – пробормотала Сигма.

– Да, я слышала, что ты та еще заучка. Но ты не расстраивайся. Деструкторам сложнее найти хобби.

– Так какое хобби у тебя? – повторила Сигма.

– Мне нравится чинить вещи.

– Чинить вещи? – переспросила Сигма.

Аделаида кивнула. Ее короткие белые волосы упали на лицо, и она не стала отбрасывать их назад, только чуть качнула головой, чтобы в челке образовалась прореха для глаза. Сигма пожалела, что не достала планшет. Это был бы интересный снимок. Но пока она будет его доставать и включать… очарование момента уйдет.

– А какие вещи ты умеешь чинить?

– Умею многие. Двери, замки, одежду, механизмы…

– Стены? – спросила Сигма. – Это не ты не чинила стену в моей бывшей комнате, которую я случайно разрушила?

Аделаида фыркнула.

– Нет, конечно. Это серьезная работа. Для кураторов. А у меня хобби.

– А ты можешь починить сломанные часы? – спросила Сигма.

– Скорее всего. Они у тебя с собой?

– Они не у меня. Они в парке.

– Часы в парке? В каком парке?

– В Закрытом саду.

– Никогда не видела там часов, – нахмурилась Аделаида. – Ты ничего не перепутала?

– Это солнечные часы, – объяснила Сигма.

Аделаида покачала головой.

– И солнечных не видела. Ты можешь их показать?

– Да хоть сейчас!

– Я сейчас не могу, я жду Хачимицу, – и по тому, как Аделаида произнесла его имя, по едва уловимой улыбке и вдруг потеплевшему голосу, Сигма все поняла. Она, наверное, и сама так же говорила о Мурасаки.

– Да я и Хачимицу тоже могу показать, – улыбнулась Сигма. – Заодно тебя сфотографирую.

– А здесь не хочешь меня сфотографировать?

Сигма покачала головой.

– Нет. Я сюда лучше Айна приведу. Тебе не нужны стены вокруг. Ты воздушная.

Аделаида вопросительно подняла брови.

– Ну, знаешь, – вздохнула Сигма, – мне кажется, ты… выросла в месте, очень непохожем на этом… и жила не в таких зданиях, как это. Тебе здесь непривычно. У тебя странные жесты.

– А, – расслабилась Аделаида. – Да, так и есть. У меня на родине, если хочешь знать, вообще нет никаких зданий.

– Тебе не жалко было оттуда уезжать?

Аделаида вздохнула.

– Нас всех переселяли. Резкий всплеск рождаемости, перенаселение и экологическая катастрофа. Высшие открыли портал, дали нам на выбор несколько колоний. Мои родители выбрали морские поселения. Я прожила там всего дней сто, а потом меня забрали сюда.

Сигма кивнула. Еще одна история потери. Да, похоже, Мурасаки был прав – если спросить каждого, у каждого что-то отняли. У кого-то родителей, у кого-то мир. Но этот факт ничего не прибавлял к пониманию, кто они такие. Вернее, к непониманию.

– Вы случайно не меня ждете?

Сигма вздрогнула. Задумавшись, она не услышала, как к ним подошел Хачимицу.

– Ты хорошо знаешь Закрытый сад? – спросила Аделаида.

– Наизусть – это хорошо? – вопросом на вопрос ответил Хачимицу.

– Это намного лучше, чем просто хорошо, – ответила Сигма, спрыгивая с подоконника. – Там ведь есть солнечные часы, да?

– Нет, – сказал Хачимицу.

Сигма нащупала рукой подоконник и схватилась за него. В глазах начало темнеть. Аделаида с Хачимицу подхватили ее, не давая упасть, и кто-то из них нажал красную кнопку на ее браслете.

В себя Сигма пришла на незнакомой кровати в маленькой комнате. На тумбочке рядом с кроватью стоял ночник в форме лилии и светился мягким закатным розовым светом. Больше в комнате ничего не было – кроме, разумеется, стен, потолка и мебели. Судя по ощущениям, прошло несколько часов. И ужин, с грустью