Во власти Короля Мёртвых - Мэллори Бенджамин

— Ты, блядь, с ума сошла? Не у всех есть встроенный механизм спасения, чтобы становиться призраками, вода потечёт в… — Слова Джэкса оборвались, когда он повернул голову к туннелю, увидев именно то, что я уже видела. Соломщики и стражники использовали его, чтобы попасть в Купол, несмотря на то, что мы с Джэксом пытались удержать их внутри МонКлема, но теперь они не могли уйти. Вокруг входа был барьер. Я смотрела, как стражник за стражником бросались вперёд, только чтобы откатываться назад от инерции.

— Какого чёрта? У тебя больше одной Метки?

Я покачала головой.

— Это Аура.

— О, грёбаные Луны, смилуйтесь над моей душой, — Джэкс изобразил молитвенно сложенные руки в форме двух полумесяцев над головой. — Я сражаюсь с безумным призраком.

— Просто поверь мне, иначе мы всё равно здесь умрём, — прошипела я, когда коготь соломщика полоснул по моему предплечью, разрезая кожаную рубашку, которую дал мне Джэкс.

— Ладно, — сказал Джэкс, когда Голубой спикировал вниз, позволяя ему взбежать к себе на спину. Его коготь открылся, его когти раздвинулись, прежде чем сомкнуться вокруг меня. У меня внутри всё перевернулось, когда он взлетел в небо, пролетая над хижинами, окружавшими периметр.

Потребовалась всего секунда, прежде чем соломщики начали следовать за нами в воздух. Но это не имело значения, луна Каэрулус была полностью впереди, и я молилась, чтобы у Джэкса было достаточно сил для того, что ему нужно сделать.

— Давай, Джэкс, — закричала я, надеясь, что он меня слышит.

Волна воды хлынула через горный хребет. Любой соломщик, который был в воздухе, от силы удара падал обратно на землю.

Голубой издал один единственный рёв, прежде чем залить озеро своим огнём.

Вода зашипела, превратившись из глубокой синей в серую, когда железо расплавилось на стражниках, а кожистая часть соломщиков превратилась в пепел.

Я во всю улыбалась, когда щит Ауры сработал. Всё было заперто в деревне.

Давление обожгло мою голову, прежде чем я услышала:

— МАГНОЛИЯ… — Голос Даэса разорвал мои барабанные перепонки изнутри.

Дерьмо.

Он знал, что я выбралась из клетки.

Мой кинжал был прижат к шее Элиона. Приказ Даэса проходил сквозь моё тело, умоляя меня вонзиться в кожу, нажать сильнее.

Он злорадствовал, сидя на троне Элиона, пока я притянул его под него. Мои ноги зажимали его грудь, чтобы он не двигался.

— Запрокинь его голову ко мне, — приказал Даэс. — Я хочу, чтобы он смотрел на меня, когда свет покинет его глаза.

Элион зарычал, когда я другой рукой надавил ему на челюсть, заставляя его смотреть на Короля Мёртвых.

Даэс медленно улыбнулся.

— То, что Солнца и Луны прокляли нас, запретив убивать друг друга в этой жизни, не означает, что ты не умрёшь сотню раз в Загробном мире, — протянул Даэс, рассеянно постукивая пальцем по трону Элиона. — Но сначала я привяжу тебя к себе, заставлю смотреть, что я сделаю с твоим королевством.

— Ты, блядь, ублюдок, — выплюнул Элион.

Даэс открыл рот, его усмешка стала шире, он собирался что-то сказать, когда его лицо исказилось. Гнев охватил его черты, когда он поднялся с трона, стремительно спустился по ступеням, оставив меня одного с Элионом.

Чёрт.

Я собирался довести лезвие до конца через его шею, когда Элион заговорил.

— Он держит твою мать, — прохрипел он, вокруг его рта начала пузыриться кровь.

— Что?

— Даэс держит твою мать в заложницах, — сказал Элион снова, его голос был напряжённым из-за того, что я давил на его рёбра.

— Я не верю тебе. — Мой голос эхом разнёсся по комнате, когда я вонзил кинжал глубже в шею Элиона. Приказ Даэса убить его проходил сквозь моё тело, умоляя меня продолжать.

— Хочешь… доказательств… — прохрипел он. — Сними своё ожерелье.

Я отшатнулся, совсем чуть-чуть.

— Почему?

— Потому что ты узнаешь правду, как только снимешь, — выдавил он. — Твоя мать специально сделала его для тебя, но это я позволил тебе его оставить.

— Мне сказали, это была семейная реликвия. — Мои глаза сузились. Я знал, что он тянет время, знал, что пытается найти выход, и, блядь, это срабатывало. Никто ни разу не упоминал мою мать…

Я не мог остановить приказ Даэса — я убью Элиона или умру, пытаясь — но он не сказал мне, как быстро я должен это сделать. Он не сказал мне, что я не могу сначала задавать вопросы, а мне нужно было знать. Я понятия не имел, когда он вернётся. Это мог быть мой единственный шанс узнать.

— Откуда тебе что-то известно об этом? — спросил я, вытаскивая цепочку из-под рубашки.

— Потому что я твой отец.

— Мой отец мёртв, — выплюнул я. Я не собирался верить этой чуши. Не могло быть, чтобы он…

— Сними и увидишь.

Мне не нужно было этого делать. Я не обязан был его слушать. Но если был шанс, что моя мать всё ещё жива…

Продолжая прижимать нож к его горлу, я свободной рукой снял ожерелье через голову.

Я никогда раньше его не снимал, носил его с тех пор, как себя помнил. Это была единственная часть моей семьи, которая у меня была, даже если я никогда не знал своих родителей, у меня было это. Но, блядь, не могло быть, чтобы всё это было ложью. Не могло быть, чтобы он был моим отцом…

Тот самый человек, который издевался надо мной, который заставлял меня убивать, который сделал своей местью разрушить меня.

— У тебя есть Метка, — сказал Элион, но ему не нужно было говорить. В тот момент, когда ожерелье было снято, я почувствовал её. — Сверхсила, дарованная Нессиум. Это случилось, когда тебе было четыре года, во время одного из наказаний.

Я не мог осознать это, не мог поверить…

— Почему ты не сказал мне?

— Какая разница? — фыркнул Элион. — Я любил её, а не тебя.

Моя хватка на кинжале ослабла, и Элион усмехнулся.

— Я держал тебя рядом на случай, если смогу вернуть её. Я знал, что она не простит меня, если я позволю чему-то случиться с тобой, но затем ты превзошёл всех. Твои навыки были намного лучше, чем у любого другого дракина, которого я когда-либо видел, поэтому я использовал это в своих интересах.

Он замолчал, кровь текла по его горлу, когда я откинулся назад.

— Что это? — спросил я, покачивая цепочку перед его лицом, понятия не имея, как что-то может блокировать Метку.

— Она была на тебе, когда я нашёл тебя в её хижине.