Вместе сильнее - Эстрелла Роуз

— Я сваливаю не ради того, чтобы вызвать у людей жалость, — спокойно отвечает Терренс.

— Да ты раньше никогда не опускал голову, когда тебя унижали и оскорбляли! Никогда не сбегал от проблем! Никогда не повышал голос на девушку и не бил ее!

— Люди меняются, Бенджамин. Вот и я не могу навсегда остаться прежним.

— Что же с тобой стало, мужик? — недоумевает Бенджамин. — Почему ты стал таким? Почему? Пускаешь все на самотек, сбегаешь от ответственности и опускаешь голову, когда тебя оскорбляют!

— Просто я не могу держать все это под контролем. Не могу заставить всех снова полюбить меня.

— Знаешь, МакКлайф, тебе осталось еще взяться за бутылку, — с грустью и разочарованием в голосе говорит Бенджамин. — И превратиться из солидного мужика в закоренелого алкоголика, чтобы ты окончательно упал в моих глазах. Хотя, я не удивлюсь, если ты уже каждый день выпивать пару стопок каждый день. Тем более, что мне уже представился случай видеть тебя в стельку пьяным после того как у тебя начались проблемы с Ракель.

— Я не собираюсь спиваться, — возражает Терренс.

— Почему так, Терренс? Почему ты так изменился? И почему ты поступил с Ракель так омерзительно?

— Ты все прекрасно знаешь.

— Зачем ты вообще начал встречаться ней? Зачем? Смысл строить из себя примерного парня с той, которую ты видел от силы несколько раз почти за год, прожитый в отношениях? Потому что вы оба постоянно были заняты работой! Ракель снималась для каких-то журналов, каталогов и рекламных роликов или ходила по подиуму, а ты мотался по всяким прослушиванием, пытался отправить свои демо-записи песен хотя бы какому-то лейблу, раздавал интервью и снялся в парочке малоизвестных сериалах, в которых сыграл такие роли, в которых тебя никто не запомнит.

— Я же не думал, что все будет так сложно!

— А вот надо было думать! Вместо того чтобы делать вид, что ваши отношения просто идеальны. Видно, что тебе и не хотелось делать ее своей девушкой. Ведь чтобы трахать девчонку, не обязательно состоять с ней в отношениях и браке.

— Вообще-то, я всегда мечтал о семье и никогда занимался сексом с кем попало. В отличие от тебя!

— Но раз уж ты начал с кем-то встречаться, то должен был думать не только о себе любимом!

— Хочешь сказать, что я – эгоист?

— А то ты этого не знаешь!

Терренс качает головой, явно не ожидав подобной реакции от Бенджамина, у которого прорвало дамбу, и который говорит все, что у него уже давно есть на уме.

— Бен, с тобой там все в порядке? — недоумевает Терренс. — Чего это тебя прорвало?

— Со мной-то все в порядке! — восклицает Бенджамин. — А ты – нет!

— Ты головой что ли ударился? Раз несешь какой-то бред!

— Нет, Терренс, это ты ударился головой, — слегка повышает голос Бенджамин. — Да очень сильно!

— Послушай, Бен…

— Какого хрена ты превратился в озлобленного и бессовестного мудака, который думает только о себе? До романа с Ракель ты был более-менее нормальным, хотя и раньше мог зазнаваться и мнить себя королем. Но после того как у вас все закрутилось, у тебя совсем крыша поехала!

— Черт… Неужели ты опять хочешь осудить меня? Неужели тоже хочешь присоединиться к тем, кто считает меня ублюдком?

— А я не виноват в том, что ты и есть ублюдок! Бессовестный и эгоистичный ублюдок, который всегда думал только о себе, своей карьере и репутации!

— Чего? — сильно хмурится Терренс.

— Тебя, мать твою, беспокоило это гораздо больше, чем твоя собственная семья. И очень удивляюсь, что ты еще не предал родную мать и не отказался от нее.

— Паркер, ты вообще в своем уме? — громко недоумевает Терренс, постучав пальцем по виску. — Как ты вообще посмел подумать, что я могу предать человека, который меня вырастил?

— А я не удивлюсь, если твоя мать однажды заявит кому-то об этом! Скажет, что ты настолько зазвездился, что перестал уважать даже эту женщину! А все слова о твоей якобы любви к ней, о которой ты орешь на всех углах, – пустой звук!

— Нет, Бен… — Терренс качает головой. — Не говори так! Не надо выставлять меня безжалостным чудовищем, которое даже мать родную продаст.

— Я говорю то, что многие, возможно, боятся сказать тебе в лицо, — уверенно говорит Бенджамин.

— Это не так. Я не такой плохой, как всем думают!

— Знаешь что, с меня хватит! Мне надоело молчать и продолжать делать вид, что ничего не случилось.

— Что?

— Я всегда был против любого рукоприкладства по отношению к девушке и не собираюсь защищать тебя после того как ты сделал это с Ракель.

— Бен, я…

— Она не заслужила всего, что ты с ней сделал. И не могу поверить, что такая хорошая девушка могла связаться с таким мерзким подонком, как ты.

— Ты что такое говоришь! Чувак, я же твой друг!

— Нет, Терренс, ты не мой друг. Мой друг не повел бы себя так, как повел ты. Мой друг более порядочный и воспитанный.

— Ты обижаешь меня, говоря эти вещи!

— Знаешь, а хорошо, что вы с Ракель расстались, — уверенно заявляет Бенджамин. — С тобой эта девушка была несчастна и нелюбима.

— Я много раз говорил тебе, почему наши отношения не были идеальны. Говорил, чего мне не хватало. Чего мне не дала эта девушка.

— Только не надо сваливать на нее всю вину. Ты и сам виноват в том, что ваши отношения были разрушены к чертовой матери.

— Я знаю!

— Твою мать… Столько времени… Столько времени… Столько всего… Неужели все было напрасно? Неужели вы оба просто потратили время зря?

— Получается, так.

— Я-то думал, что роман с той красоткой изменит тебя в лучшую сторону, но все получилось наоборот.