Общество психов - Кэролайн Пекхам

взгляд на Анастасию, чьи глаза, казалось, готовы были вылезти из орбит, когда она поняла, о чем я говорю. — Но я же говорил тебе, что я не очень хорошая пара. А теперь оказывается, что я вообще тебе не пара. Ты не можешь выйти замуж за мужчину, который уже женат.

Я снова обратил внимание на своего отца, когда дикий вопль Анастасии разорвал воздух, и обнаружил, что его яростный взгляд прикован ко мне, потому что он принял этот акт неповиновения и понял, что он означал. Разрушение его контроля надо мной.

Брут вскочил со стола, когда Анастасия попыталась броситься на мою новоиспеченную жену, и все русские закричали от страха, когда огроменный пес с силой врезался в нее, повалив на пол.

— Пора уходить! — рявкнул я, щелкая пальцами Джеку, который немедленно шагнул вперед, широко раскинув руки, чтобы поймать Бруклин. Она взволнованно рассмеялась, а затем с разбегу прыгнула со стола прямо в его объятия.

Он мгновенно повернулся и побежал с ней, не нуждаясь в дальнейших инструкциях, в то время как все за столом вскочили на ноги, вытаскивая оружие и пытаясь убежать от Брута, который бросался на них с оскаленными клыками, разрывая на части все, что попадалось ему на пути.

Я тоже повернулся, чтобы уйти, но резко остановился, когда сильные пальцы обхватили мое запястье, и я был вынужден снова посмотреть в глаза мужчине, который был моим хозяином до этого самого момента.

— Ты знаешь, чего тебе будет стоить этот выбор? — Яростно потребовал ответа Лиам О'Брайен, и все его худшие демоны вспыхнули в его глазах так, как это когда-то пугало меня больше всего в этом извращенном мире. Но я уже давно превратился в гораздо худшего монстра, чем он, и ему давно пора было понять, кого он создал своей жестокостью.

— Я знаю, чего он будет стоить тебе, — ответил я тихо, но наклоняясь, чтобы он услышал каждое слово. — Дикий зверь, которого ты бил кнутом и заковал в цепи, наконец-то освободился от своих оков. Вопрос в том, старик, позволишь ли ты мне бегать на свободе? Или же окажешься настолько глуп, что снова попытаешь счастья поймать меня? Потому что, если ты не поддержишь меня в этом, то наживешь во мне врага. Я больше не останусь твоим ни на мгновение. Я не останусь частью организации, которую ты так любишь. И что хуже всего, в следующий раз, когда я решу поохотиться, я сделаю тебя своей добычей.

Его лицо побелело от этих слов и скрытой в них правды, осознания того, кем я был на самом деле, и того, как хорошо он понимал эти угрозы, так что он моргнул и, черт возьми, чуть не вздрогнул от страха передо мной. В тот момент он увидел мою правду. Понял, что я имею в виду, и я увидел, что он не настолько глуп, чтобы пытаться остановить меня. Дело было сделано. Он мог разобраться с русскими и позвонить мне, когда они перестанут пытаться заарканить меня для своих собственных целей.

Я толкнул его так сильно, что он отлетел обратно на свой стул, который чуть не опрокинулся, а затем выстрелил четыре раза в потолок, заставив всех остальных в комнате нырять в укрытия.

— До скорой встречи. Если хотите, можете вместо свадебного подарка сделать пожертвование на благотворительность. У моей жены особые вкусы, и она не оценит ваши безделушки, так что потратьте свои деньги на детенышей животных или что-нибудь в этом роде и сделайте хоть раз в своей жалкой жизни что-нибудь хорошее.

Я резко свистнул Бруту, который был несколько отвлечен рукой, которую он рвал, но он поднял голову по моей команде и агрессивно залаял, прежде чем броситься за мной, когда я направился к двери.

Я не бежал. Я даже особо не торопился, давая любому из них шанс выстрелить мне в спину, если у них хватит на это смелости, но никто из них этого не сделал, и после того, что я устроил, я просто уверенно вышел из комнаты.

— Ты еще пожалеешь об этом, Найл О'Брайен! — Слова Анастасии долетели до меня как раз в тот момент, когда дверь за моей спиной захлопнулась. — Никто не имеет права так со мной обращаться! Никто!

Я пренебрежительно фыркнул, прежде чем направиться обратно к своему пикапу, где Бруклин и Джек уже сидели на пассажирском сиденье, в то время как здоровяк нацелил дробовик на двери, ожидая, что кто-то может последовать за мной.

Я сел на водительское сиденье и посмотрел на них обоих в тот момент, когда Бруклин выгнула спину и победно взвизгнула, запрокинув голову назад так, что упала бы, если бы рука Джека не так крепко обхватывала ее, пока она сидела верхом на нем.

Я взял ее за подбородок и заставил посмотреть на меня, крадя момент истинной свободы в ее глазах, а затем крепко поцеловал, позволив ей почувствовать мою страсть к ней в прикосновении моих губ к ее.

— Ты отлично справился, Джек, — сказал я, отстраняясь и поворачивая ее к нему. — Может, даже достаточно хорошо, чтобы заслужить поцелуй и для себя?

Я вопросительно посмотрел на Бруклин, и она, прикусив губу, кивнула, а ее бедра заскользили по коленям Джека, вызывая у меня приступ ревности.

Я наблюдал, как она наклонялась, пока моя рука все еще сжимала ее подбородок, когда она подалась вперед и приоткрыла губы в ожидании поцелуя, который она предлагала.

На мгновение он застыл на месте, а его глаза жадно поглощали ее, прежде чем он перевел взгляд на меня, и я улыбнулся, увидев вопрос в его серых глазах.

— Ты хочешь, чтобы я отдал тебе приказ? — догадался я, и он кивнул, хотя голод в его глазах, когда он снова посмотрел на нее, сказал, что он был чертовски близок к тому, чтобы взять то, что хотел, независимо от моего решения. — Тогда сделай это, парень. Заставь ее стонать для нас.

Напряжение затопило машину, пока мы все ждали, когда он это сделает, а мое сердце бешено колотилось, потому что с каждой секундой во мне нарастала смесь ревности и похоти, наполняя меня жаром и предвкушением того, что имело чертовски извращенный смысл.

Джек подался вперед как раз в тот момент, когда входная дверь наверху лестницы с грохотом распахнулась, и я выругался, вынужденный нажать на газ, ускоряясь, прежде чем один из русских, или член моей семьи, или кто-то еще столь же надоедливый смог бы догнать нас.

Я помчался по гравийной дорожке, колеса взметнули мелкие