В оковах семейной клятвы - Ника Лор

- Перестань меня бояться, жёнушка. Мне не нравится, что ты при каждом моем прикосновение хочешь отпрыгнуть от меня.

Я ничего ему не ответила. Мне нечего было сказать. Пока он не сделал мне ничего плохого, но все женщины знают, что своё настоящее лицо муж покажет, когда вы останетесь с ним один на один.

Глава 6

В отличие от свадьбы брата, на которой мы недавно гуляли, я был абсолютно трезв. В горло не лез ни один стакан виски, хотя горло чертовски сушило.

Я облизнулся, вспоминая вкус губ своей жёнушки. Какие они были мягкими, сладкими, но такими манящими, что мои глаза закатывались от блаженства. Я каждую минуту ожидал, чтобы кто-то из гостей выкрикнет заветное «Горько», чтобы наконец-то утолить свою жажду, но этого не происходило.

Брат помахал мне рукой, приглашая на перекур. Я кинул мимолетный взгляд на Лилит, что молча сидела, уткнувшись в переполненную тарелку. Она не проглотила ни один кусочек. На душе стало как-то тяжело. Противный ком застрял в моей глотке, но я быстро прочистил горло и наклонился к жене, чтобы она смогла услышать мои слова, так как громкая музыка больно била по ушам.

- Я отойду на пару минут и, когда вернусь, хочу увидеть твою тарелку пустой.

Она даже не взглянула на меня. Лишь легонько кивнула. Это начинало уже раздражать. Буквально вскочив со стула, я вышел на улицу, где меня ждал брат. Он вытащил из пачки сигарету и протянул мне, а затем дал прикурить.

- Выглядишь напряженным.

- Она боится меня, - втянул я успокаивающий никотин.

- Нас многие боятся.

- Да, и мне, черт, нравится, но это не должно касаться наших жен. Я ничего плохо ей не сделал, но она шарахается от каждого моего прикосновения. Что будет ночью?

- А что будет ночью? – Тагар любопытно сверкнул глазами, наклонив голову набок в немом вопросе.

Я выругался, выкинув недокуренную сигарету в кусты. Брат схватил меня за локоть и оттащил в сторону, где никто не мог нас услышать. Он приподнял мой пиджак и вытащил из ножен кинжал.

- Используй это. Ты любишь проливать кровь врагов, но этой ночью тебе придется самому ею истечь, чтобы защитить честь жены.

- Я никогда не был на представлениях простыней. Как, черт тебя побери, я должен это сделать, если не знаю, что должно в итоге получится? Прости, братец, но мне не попадались шлюхи-девственницы.

Он вернул кинжал в ножны и раздраженно взглянул на меня. Молча докурил свою сигарету, приводя меня в бешенство.

- Так и будешь молчать?

- Хочешь, чтобы я заглянул к вам ночью и всё сделал за тебя?

- Пошёл ты! – оттолкнул я его и вернулся в зал.

Танцпол был забит. Все плясали, смеялись и веселились, кроме самой невесты. Лилит сидела за нашим столом, разговаривая с сестрой Яна. Девчонка стояла рядом, кушая виноград и внимательно слушая Лилит. Моя жена все говорила и говорила, временами жестикулируя руками. Я затаился в углу, наблюдая за ней. Интересно, когда же она сможет так беззаботно вести себя рядом со мной? Наступит ли это время?

- Собрался здесь до утра простоять?

Мира подошла ко мне. Я невольно улыбнулся её медвежьей походке, и подал руку. Она сразу же ухватилась за неё и облокотилась на меня.

- Вам нужно время, - тихо произнесла невестка, проследив за моим взглядом. – Дай ей привыкнуть к тебе, к новой жизни. Не торопи её.

Мне нечего было сказать. Я закусил внутреннею часть щеки. Пустота внутри меня начинала заполонять каждую клеточку моего тело. Это ужасное чувство преследовало меня до тех пор, пока к нам не подошел Богдан. Он с пренебрежением взглянув на Миру. Замужняя женщина должна покрыться, но на голове жены брата не было ни следа какого-либо головного убора, и длинные светлые волосы, не завязанные хотя бы в прическу, волнами спадали до бедер. Из-за этого многие цыгане кидали на невестку недовольные взгляды.

Клянусь, я бы врезал Богдану в морду, устроив кровавое представление чуть раньше, если бы не подошел брат. Я передал ему его жену, и они направились к своему столу, оставив меня одного с этим родственничком.

- Брат Рамир, - он покосился на Лилит, которая продолжала болтать с подругой и даже временами улыбалась, - твоя жена ведет себя неправильно. Невеста должна быть молчаливой. Старшие уже недобро смотрят на неё.

Я кинул взгляд на крайний стол, где сидело старшее поколение. Бабки из разных семей поглядывала на Лилит и о чем-то перешёптывались.

- И что? - Вскинул я бровь. Глаза Богдана распахнулись от удивления. – Она теперь моя жена. Я сам решу, что для неё правильно, а что нет.

- Она позорит тебя.

Я вцепился в его воротник, и замахнулся кулаком прямо в нос подонку, но вовремя одернул себя и отпихнул от себя, чтобы ненароком не убить. Прикрыв глаза, я вдохнул кислород, пытаясь унять разбушевавшийся огонь в моем теле.

- Гырцони, - приблизился ко мне Богдан и прошептал на ухо, - мы сделали тебя бароном при одном условие. Ты еще помнишь, что это за условие? Я могу напомнить, если забыл. Традиции. Ты следуешь им и остаешься здесь. Не следуешь, то можешь собирать свои вещи и валить следом за братом, оставив поселок нам. Твое положение и так слишком шаткое. Один промах, и ты всё потеряешь.

Я заключил его резко в свои объятия и наклонился к его уху.

- Смотри, Казибеев, как бы вы всего не лишились. Беги к своему папаше и передай: факт того, что мы породнились, не избавит его от моего ножа в его горле. Мы с братом любим убивать членов нашей семьи, которые нас раздражают. Первым был наш отец, вторым будет он.

- Ты нам угрожаешь сейчас?

- Нет, - я дружественно похлопал его по спине и растянулся в оскале, - я вас предостерегаю от неприятностей. Мы же все же семья, верно?

Из него вырвался нервный смешок. Я сделал еще пару похлопываний по его плечу и зашаг к нашему с женой столу. Зары уже не было возле Лилит. Вместо неё стояла Мария и что-то недовольно говорила.

- Что происходит?

Девушка сразу же затихла, опустив глаза в пол. Я взгляну на свою жену. Она опять потускнела, уткнувшись в свою тарелку, которая была почти пустой.

- Ничего, брат Рамир.

- Просто: Рамир, - перебил