В оковах семейной клятвы - Ника Лор

Мне чертовски не нравилось все это.

- Я вернусь к родителям?

Мария не сдвинулась с места, пока я ей не разрешил, кивнув одобрительно головой.

Заняв место за столом, я налил себе сок и сделал пару глотков, чтобы избавиться от запаха никотина во рту.

- Она тебе говорила про правильное поведение и очередную подобную чушь? – спросил я Лилит.

- Нет.

- Тогда, почему ты опять грустишь? Пару минут назад на твоем лице сияла улыбка, а теперь ты вновь убиваешь меня своим опечаленным видом.

Не услышав ответа на свой вопрос, я взглянул на девушку. Пристальный взгляд Лилит был направлен на столик семьи Ашимовых. Она часто смотрела на них с какой-то надеждой.

- Ты хорошо ладишь с семьёй своей подруги.

Девушка внезапно ожила и отвела взгляд, вернув его на свою тарелку.

- Ян теперь работает со мной, поэтому во время моего отсутствия ты сможешь проводить время с его сестрой.

Лилит удивленно взглянула на меня, распахнув свои большие глаза.

- Можно?

- Да.

- А твоя мама не будет против?

- Ты вышла замуж за меня, а не за неё. Верно, моя женушка?

Щеки Лилит приобрели более здоровых розовенький румянец. Её бледность весь вечер меня пугало. Но сейчас девочка расслабилась, когда услышала, что сможет продолжить встречаться с подругой, а не как принято в других семьях табора: молодая невестка должна сидеть дома и заниматься домашними обязанностями, чтобы продемонстрировать свою полезность новой семье.

Вот только недолго моя женушка была ненапряженной. Когда начали слышаться крики о чести и простынях, Лилит вновь опустила плечи и задрожала. К нам подошли матери и вывели на улицу. Гости окружили нас. В толпе, меня кто-то схватил за руку и прошептал на ухо:

- Они хотят крови. Так дай им её, - голос брата мне хорошо знаком.

Нас запихнули в автомобиль и повезли к дому. Лилит сидела рядом. Я буквально слышал бешенный стук ее сердца. Наш водитель был одним из парней табора, поэтому я решил пока держать рот на замке, но с каждым взглядом на дрожащее тельце моей жены, ярость захлёстывало меня. Я бы убил любого подонка, кто заставил её сжаться от страха, если бы им не являлся лично.

Поднявшись в мою комнату, я закрыл дверь. От хлопка Лилит вздрогнула.

- Тише, девочка моя.

Она смотрела на меня с таким ужасом, что я готов был воткнуть в своё горло нож, чтобы избавить её от гребаного страха.

Подойдя к ней, протянул руку и коснулся заколки на её голове. Несколько махинаций и фата полетела на пол. Лилит нервно сглотнула. Ничто не могло скрыться от моего взгляда. Я замечал малейшие движения её тела.

- Ты очень красивая, Лилит. Знаешь об этом?

- Нет, - ее голос дрогнул. – Моя сестра самая красивая. Ты должен был жениться на ней.

Мне совсем не понравились эти слова. Сердце закололо.

- Мне повезло, что все-таки мне досталась ты, - накрутив прядь волос на свой палец, я поднес её к своим губам и поцеловал. – Ты чертовски хороша. Даже не представляешь насколько.

Я все еще стоял от Лилит на расстояние вытянутой руки. Сделал к ней шаг, и она тут же резко отскочила от меня назад. Наткнулась на кровать и рухнула на неё. Потеряв свой разум, я залез на неё сверху, поставив руки по обе стороны от её головы. Карие глаза смотрели в мои, но не так, как я бы хотел. Они наполнились слезами, которые начали скатываться по щекам. Жена закрыла лицо руками. Тихие всхлипы разрывали меня на мелкие кусочки. Заставляли вернуться в прошлое. Плачь матери, женщины, которая страдала от нелюбимого мужа всю жизнь.

Я сжал белую простынь, смотря на страдания Лилит. Не за что не допущу, чтобы она повторила судьбу моей мамы. Даже, если самому придется выстрелить себе в голову, чтобы избавить её от меня, то я это сделаю.

- Не хочу. Не могу так, - шептала она, ворочая головой.

Я тяжело выдохнул горячий воздух и поднялся с кровати. Вытащив из ножен кинжал, сделал порез на ладони.

- Что ты делаешь? – испуганно прошептала девушка, наблюдая за мной заплаканными глазами.

- Доказываю тебе, что я не причиню тебе боль, - размазав кровь на простыни, я выпрямился и добавил, смотря в ошарашенное лицо Лилит, - никогда. А теперь ложись спать. Я вернуть через десять минут.

Выйдя из комнаты, я спустился на кухню и, достав коньяк, сделал несколько глотков из горлышка.

- Сука, что ж так тяжело? - прохрипел я, спустившись вниз от боли в груди.

Я разместился на холодном мраморе и облокотился спиной о кухонную тумбу. Хотелось сделать еще пару глотков алкоголя, но сердце больно кольнуло. Я вцепился в рубашку, стиснув зубы. – Давай, еще заной, слабак гребаный…

В детстве я достаточно ревел. Терпя избиения отца, исчерпал весь свой запас детских слез и, когда он перерезал мне глотку, я не проронил ни одной слезинки. Но почему сейчас эта знакомая боль в груди начинает бить с такой силой, что хочется вырвать сердце из груди. Вдвое сильнее, чем в детстве.

Встряхнув головой, я все же сделал еще пару глотков виски и поднялся на ноги, которые отказывались двигаться. Вцепившись в край тумбы, я глубоко вдохнул воздух.

Теперь всё иначе, чем в детстве. Брат не спасет меня. Я сам должен решать свои гребаные проблемы. Сам должен защитить свою семью; пусть даже от самого себя.

История про Тагара:

Тагар – цыганский барон, который таит в себе все грехи мира. Он безжалостен, жесток и непредсказуем. В его глазах тьма, а в руках нож, который не знает пощады никому. Он всегда берёт то, что хочет, и он захотел Мирославу: блондинку с голубыми глазами. Но старинные традиции и семья против их союза, как и девушка в принципе. Она боится мужчину, а он желает её. Тагар не намерен сдаваться и готов идти до конца, чтобы заполучить Миру и сделать её своей навсегда. Даже, если ради этого придётся оборвать ей крылья.

Глава 7

Не знаю, сколько я пролежала на пустой кровати, в ожидание, что Рамир вернется и все же захочет взять своё. Но он не появился ни через час, ни через два.

Я с трудом сняла с себя платье и, достав из нераспакованных коробок пижаму, залезла под одеяло. Слишком