Знак алого меха - Анна Мортмейн

Когда мы с Грэвом, закончив со сборами, присоединились к готовящемуся к выступлению отряду, я не могла выбросить из головы его слова. В Аргреме боги ушли, оставив нас на растерзание хаосу. Защитная пелена мира истончилась, и прорывы стали нормой жизни. А здесь... здесь мир был полон, целостен. Прорывы были редкой аномалией, которую отслеживали драконы, чья магия была связана с самим мирозданием. Они чувствовали его раны и посылали воинов на исцеление. Как же так получилось? Почему одни миры благословенны, а другие — прокляты?

Размышления прервало приближение Брэма. Он подошёл сбоку и, наклонив голову, снова, с тем же сосредоточенным выражением, вдохнул мой запах. Зная теперь значение этого жеста для оборотней, я замерла, чувствуя, как по щекам разливается жар. Что, если мой запах ему не подходит? Что, если его зверь не признает во мне свою пару? Эти мысли вызывали странный, животный страх. Но он лишь улыбнулся — той самой, спокойной, уверенной улыбкой, что действовала на меня лучше любого успокоительного, — и попросил следовать за ним. Как же много я ещё не знаю об этом мире... и о нём.

К нам подошёл Вичи. Его утончённая, магическая внешность так напоминала мне магов из дома, что на мгновение стало легче.

— Как ты себя чувствуешь, Роана? — спросил он, и в его голосе звучало искреннее участие.

— Потихоньку узнаю ваш мир. Восстановилась после битвы, так что уже гораздо лучше, — я ответила с самой дружелюбной улыбкой, на какую была способна.

Краем глаза я заметила, как плечи Брэма напряглись, а его взгляд на долю секунды стал острее. Это было почти незаметно, но мои звериные рефлексы уловили мельчайшую перемену. «Интересно, что это?»

— Вот и отлично! — Вичи, казалось, ничего не заметил.

— А теперь давай познакомим тебя с нашим транспортом. Уверен, он отличается от того, к чему ты привыкла? — Он вопросительно изогнул светлую бровь, и его бирюзовые глаза, неестественно яркие, как и у всех эльфов, сверкнули любопытством.

— У нас ездят на раншах — больших кошках, ростом мне до груди. Они хищники, но невероятно ловкие, могут карабкаться по самым крутым скалам, — объяснила я, и вокруг моментально собрался небольшой круг слушателей — и эльфов, и оборотней.

— Наш транспорт отличается! — весело крикнул Ник.

Я вопросительно взглянула на него, но в этот момент чьи-то пальцы мягко коснулись моей руки. Я резко обернулась и встретилась взглядом с Брэмом. И снова — странное умиротворение. Ему я верила инстинктивно.

— Пойдём, покажу тебе наших шиваров, — он снова взял меня за руку и повёл к группе массивных существ, стоявших поодаль.

Они были поразительны. Они напоминали наших симми — тягловых животных, которых мы использовали для расчистки каменистых участков под лагерь. Но если симми были ростом с меня и имели четыре копыта, то эти... шивары... были мощнее, приземистее, и у них было целых шесть копыт — четыре спереди и два сзади. Их тёмная, почти чёрная шкура лоснилась на солнце, а из удлинённых морд с крепкими клыками доносилось довольное похрюкивание. Они спокойно жевали окружающую растительность, излучая невозмутимую силу.

— Думаю, тебе стоит поехать со мной, — сказал Брэм. — Шивары спокойны, но с непривычки могут возмущаться новому наезднику.

Я согласилась, и мы подошли к самому крупному, угольно-чёрному самцу.

— Это Шеро. Он не подведёт.

Я, как велел Брэм, медленно поднесла руку к морде шивара. Шеро обнюхал мои пальцы, его большие, влажные глаза смотрели на меня с ленивым любопытством, без тени агрессии. Он фыркнул, и тёплый воздух обжёг мне кожу.

Вскоре все расселись, и мы с Брэмом устроились на широкой спине Шеро. Я сидела впереди, он — сзади, его тело образуя вокруг меня своего рода защитный кокон. От него исходило такое тепло, а его близость была настолько... правильной, что под мерное, укачивающее покачивание шивара я не заметила, как глаза мои сами закрылись.

Мне снилась тьма. Не та, что была в мире хаоса, а иная — живая, разумная, пульсирующая безмолвной яростью. Она была похожа на огромное око, которое внезапно повернулось и увидело меня. И тогда из этой тьмы ринулось нечто — не существо, а сама суть ненависти. Я резко проснулась с низким рыком, дёрнувшись всем телом, а мой хвост затрепетал в панической дрожи.

— Роана? — его голос прозвучал прямо у уха, тревожно и глухо.

Я обернулась, всё ещё пойманная в сети кошмара, и увидела его лицо — озабоченное, но твёрдое. И снова наступило спокойствие.

— Всё хорошо... просто дурной сон, — прошептала я, чувствуя, как дрожь понемногу отпускает.

Он кивнул, не спрашивая ничего, и после небольшой паузы его большая, тёплая рука неуверенно легла мне на голову, пальцы впутались в волосы у основания уха. Возможно, это был их способ утешения. Я прикрыла глаза, приняв этот жест, и позволила ему меня гладить. А потом, совсем обнаглев, откинулась назад, прильнув спиной к его груди. Он не отстранился, лишь его губы тронула та самая, редкая, мягкая улыбка.

Мы ехали дальше, и я расспрашивала его о мире вокруг: о деревьях, о животных, о повадках местных хищников. Он отвечал охотно, подробно, и в его рассказах сквозила глубокая связь с этой землёй. Я жевала кусок сыра — на удивление, почти не отличимого от нашего, аргремского, — и иногда протягивала его Брэму. Он отламывал кусочек, и мы ели молча, и в этом простом действии было что-то невероятно домашнее, интимное.

Ближе к ночи на горизонте, в разрыве между холмами, показались огоньки.

— Анров, — просто сказал Брэм. — Нет смысла останавливаться, мы уже почти дома.

Когда мы подъехали к огромным, дубовым городским воротам, Грэв, ехавший впереди, издал резкий, пронзительный свист. На стене появились головы стражников в шлемах. Узнав старого оборотня, они что-то крикнули в ответ, и тяжёлые створки с глухим скрежетом начали медленно раскрываться. Заезжая внутрь, я сидела, вытянув шею, пытаясь разглядеть в сгущающихся сумерках очертания улиц, домов, людей. Сердце бешено колотилось в груди, смесь страха и предвкушения сжимала горло. Каким же ты будешь, мой новый дом?

Глава 7. Взаимное влечение

Когда тяжёлые городские ворота Анрова захлопнулись за нами с глухим, окончательным стуком, у меня перехватило дыхание. Это был не просто звук — это была точка, поставленная в моей старой жизни. Я сидела на спине Шеро, зажатая между мощными бёдрами Брэма, и жадно осматривалась, пытаясь впитать каждую