Многоликая в дурмане. Любовь на всю голову - Олеля Баянъ

меняет личины, но на деле её душа не признаёт лицемерия. Как Дамхорфу удалось воспитать её такой? Она честно заявляет о своих чувствах и мыслях. Совсем не боится быть собой. Затаится, чтобы оценить ситуацию, а затем наносит удар прямо в цель. Моя власть над рейноранской знатью пошатнулась после её вызова.

Этот её взгляд исподлобья, когда она признавала поражение на полигоне. Луария встала на колени, а казалось, будто выиграла не сражение, а войну. Я видел её улыбку. Пусть девчонка и склонила голову, но радость не скрывала.

Она смогла обаять своих аристократов, искавших более выгодные условия. Обаяла не только их. Даже надорские роды оценили её. Как и я.

Я подвинул кресло поближе к кровати и сел в него. Снял сапоги и положил ноги на край постели. Ночь будет долгой и неудобной. Спать с девчонкой — плохая идея. Особенно после случившегося. Пусть Луария и была под действием любовного заклятья, но я-то не был. Возбуждение ещё не отпускало меня, как бы под утро желание не усилилось бы. Надо позвать Далирию.

Герцогиня обиделась и после отъезда Луарии в академию удалилась из дворца. Даже не написала мне. Вряд ли приедет. Да и не нужна она. При мысли о ней настроение упало. Видимо, такой конец у наших с ней отношений. Помимо её обид, есть более важные вещи. Например, наследница-метаморф, которую нужно вернуть в академию.

Мой взгляд остановился на её губах. Настроение поднялось. Уселся в кресле поудобнее, чтобы не давили штаны, и прикрыл глаза, откинув голову.

Верну.

Завтра утром.

Глава 8

Я проснулась, потому что выспалась. Ну, и странный же сон мне приснился! Я и влюбилась в Виарата. Бред же! Я потянулась и открыла глаза. Я не в академии. Я в походном шатре. Взгляд метнулся на регента, спавшего в кресле, которое было придвинуто к кровати. Наши ноги едва не касались. Я замерла, чтобы своими движениями не разбудить спящего.

Не сон. Но бред полнейший. Неужели я всё-таки попала под действие любовного заклятья?

Я вспомнила в мельчайших подробностях события последних двух дней и зарылась головой в подушку, чтобы не застонать вслух. Это ж сколько правил я нарушила в академии! Я⁈ Я же примерная адептка, хорошо учусь. Хоть бы не вылететь!

Приподнялась на кровати и посмотрела на Виарата. Голова откинута на спинку кресла. Руки расслабленно лежали на подлокотниках. Длинные ноги регент вытянул перед собой и положил рядом с моими. Поверх одеяла, которым была укрыта я. Рубашка у него на груди была разорвана до пояса брюк.

Ой! Жар затопил лицо. Я зажмурилась так сильно, словно это могло помочь избавиться от жгучего стыда, накатившего при воспоминаниях о прошедшей ночи. Украдкой пощупала себя. Фух! Платье на мне и вроде целое. Значит, ничего не было. Кроме поцелуев.

У-у-у! Поцелуи! Как он целуется! Мне и сравнить-то не с чем. Некогда было думать о таких делах, когда бегали по всей стране с лордом Дамхорфом. А сейчас…

Я приоткрыла глаза и встретилась с ярко-голубым взглядом. Первой реакцией было накрыться одеялом с головой, но я победила сиюсекундную трусость. Да, этой ночью было… было… В общем, было. Я подтянула колени к груди, не спуская взора с регента. Он как сидел в кресле, так и сидел, даже не шелохнулся. И, кажется, не моргал.

Внутри зрело желание оправдаться за поведение ночью, но слова застряли в горле. Точнее, им не дало вырваться осознание. Я поняла, что, кроме поцелуев, этой ночью действительно ничего не было. Да, я порвала его рубашку и бесстыдно исследовала его тело, позволяя ласкать себя, но Виарат не зашёл дальше. Он остановился. И раз я больше не чувствовала той сумасшедшей тяги к нему, то и избавил от приворота.

Если бы он жаждал получить мой трон, то у него столько было возможностей избавиться от меня, но ни одной из них тёмный регент не воспользовался. Ему доверяли даже мои родители. И этой ночью так легко было воспользоваться мной, но он не стал этого делать. Выходит, он мне не враг.

— Виарат, — мой голос звучал хрипло, в нём появились несвойственные мне нотки. Я даже уставилась в изумлении на него, но регент ни жестом, ни словом — ничем не помог на этот раз. Он смотрел и слушал меня. Слова давались с трудом. Я подбирала каждое слово, но казалось, что всё это выглядит глупо. — Я… благодарю… тебя…

— Ваше темнейшество! Срочное донесение! — раздался мужской голос за пределами шатра, который был разделён тяжёлыми шторами на зоны.

Мы находились в «спальне». Нас никто не мог видеть, но я всё же испытала замешательство. Не растерялся только дор Халденрей. Он поднялся, поправил рубашку и сказал, наконец:

— Приводи себя в порядок. Я отправлю тебя в академию. Приворот я снял.

Регент вышел, оставив меня одну. Вот только смущалась я ровно до того момента, как услышала знакомый голос. Я слетела с кровати и вылетела в «гостиную», где располагался тот самый овальный стол с картой. Вылетела и замерла. Хорошо, что рот закрыла. Рукой попыталась поправить лохматую причёску, но под взглядом регента бросила это бесполезное дело. Хорошо, что платье целое. Разве что помятое.

Фермейер лир Булар, Фиргнис тюр Лавычун и герцог руш Анилицкий замерли возле стола и как один переводили взгляд с меня на регента. Их внимание привлёк наш внешний вид. Мне снова захотелось оправдаться, но я тут же подавила это стремление. Каждый думает в меру своей жизненной позиции.

— Приветствую, лорды, — на этот раз мой голос прозвучал твёрдо, уверенно, без лишних интимных интонаций. Я слегка кивнула им.

— Рейниса, — дружным хором ответили они и склонились передо мной, всё ещё пристально рассматривая меня.

Я махнула рукой, позволяя им выпрямиться, и подошла к столу. При свете дня положение Рейнорана на карте было ещё хуже, чем я восприняла его вчера. Слишком длинная граница обороны. К тому же, на землях мятежных родов. Они с радостью ударят в спину.

Да простят меня предки, но это единственно верное решение в нынешних условиях. Я смахнула фигурки наших солдат и магов в сторону столицы и Надора.

— Отступайте. Объявите, что все желающие могут уйти вместе с войсками и надеяться на небольшую помощь от правящего рода, — я говорила и смотрела на своих подданных.

Лорды выслушали меня без малейшего возмущения и перевели взгляды на регента. Это ещё что такое!

— Нет смысла растягивать оборону, — я сложила руки на груди. — Эти земли уже давно не под