Наперекор судьбе - Кира Стрельнева

— Да. Он был единственно правильный.

Дима молча опускает глаза и неожиданно цепляется взглядом за моё обручальное кольцо на пальце.

— Тебя можно поздравить? — хрипло спрашивает он, и моё сердце ускоряет ритм.

— Да, я вышла замуж, — стараюсь, чтобы мой голос звучал твёрдо.

— Егор рассказывал мне о нём, — хмуро кивает оборотень. — Мне было сложно всё это осознать, но я готовился к этому. Правда, не думал, что вы и свадьбу успели сыграть.

Освободила свою ладонь из его захвата и сцепила кисти рук перед собой. Как-то мне было совершенно не по себе от затронутой темы.

— Мы хотели начать новую жизнь и прожить её вместе. Мы не видели смысла оттягивать.

— Любишь его?

— Очень, — честно отвечаю, не желая лгать и изворачиваться. Да и какой в этом смысл? Я ни в чём не виновата перед Димой. Всё случилось так, как случилось.

— Никогда не думал, что услышу от своей истинной слова любви, относящиеся к другому мужчине, — горько сказал он, и его слова неожиданно ранили меня, словно ножом.

— Я тоже никогда не думала, что встречу истинного, который не узнает во мне пару и едва не женится на моей сестре.

Мне не следовало этого говорить, но слова сорвались с языка раньше, чем я успела их остановить.

— Да, ты права. Мы оба с тобой пострадавшие.

— Ты сказал, что тебе Егор рассказывал о моих отношениях с Максимом… — неуверенно начала я. — А что ещё он говорил?

— Он поведал мне абсолютно всё, что знал сам. Это произошло в тот вечер, когда ты поругалась с родными. Я был так шокирован, что просто не справился со своим волком. Он озверел, и родственники, боясь, что я могу кому-то навредить, заперли меня. Утром, когда я пришёл в себя, то узнал, что ты уже покинула город.

Его слова потрясли меня. Всё это до сих пор не укладывалось у меня в голове.

— Дим, ты сказал, что всё это из-за проклятия. Расскажи мне о нём.

— Это проклятие нашей семьи, что передаётся из поколения в поколение на протяжении уже не одной сотни лет, — ответил появившийся в палате Николай Сергеевич.

— В чём оно заключается? — спрашиваю я, оборачиваясь к мужчине.

— Давай я начну с самого начала и постараюсь тебе всё объяснить, — предлагает отец моего истинного, и я согласно киваю. — Мне не было и пяти, когда мои родители погибли. На нашу стаю было совершено нападение, и мой отец погиб, пытаясь защитить мать, но это ему не удалось. Они оба погибли, а я чудом спасся. Честно говоря, я смутно помню, как именно это мне удалось. Меня приютили родители моей мамы и дали должное воспитание. Я рос, даже не подозревая, что мне передалось проклятие. По линии отца у меня не осталось никаких родственников, а родители моей мамы даже не подозревали о нём, иначе, скорее всего, не согласились бы на брак их дочери с проклятым волком.

Мужчина замолчал. Он стоял возле окна, и его взгляд был устремлён на улицу. Только я была уверена, что у Николая Сергеевича мысли были очень далеко. Там. В его прошлом, которое и по сей день причиняет ему боль.

— Когда вы узнали о проклятии?

— Я был счастлив, что встретил свою истинную. Мне казалось это невероятным чудом. Спустя несколько дней знакомства мы сыграли свадьбу. На тот момент она уже была беременна Егором. Первые роды прошли очень легко и без осложнений. У меня появился наследник. Я нарадоваться не мог этому, а потом она вновь забеременела. Это было истинное всепоглощающее счастье, которое разрушилось на следующий день после того, как она подарила мне второго сына.

Это был ад для меня. Мало кто из оборотней способен пережить смерть своей пары. Я думал, что не справлюсь. Больше трёх лет я был изолирован от внешнего мира. Мой волк сходил с ума, особенно в те моменты, когда нас накрывали воспоминания: о детях, об истинной, о родителях.

Все воспоминания о родителях были очень смутные, так как я был совсем ребёнком. Однако кое-что мне всё-таки удалось вспомнить. Одним из воспоминаний был послушанный мною разговор, когда мои родители обсуждали то самое проклятие, погубившее не одну истинную членов семьи Меркуловых.

Думаю, я смог справиться со своим зверем лишь по одной причине — он, как и я, жаждал защитить сыновей от проклятия. Я не был уверен в том, что эти воспоминания правдивы, но проверить надо было, и именно этим я занялся, когда вышел на волю.

Я начал копать и каждый раз ужасался тому, что нахожу. На протяжении более пяти сотен лет все истинные, которые встречались членам семьи Меркуловых, погибали. Кто-то умирал очень быстро, а кто-то уже после свадьбы. Причины на это совершенно разные: пожар, наводнение, нападение, болезни и многое другое. Всё это можно было бы считать совпадением, но смертей было слишком много.

В течение многих лет я землю носом рыл, пытаясь хоть что-то узнать. Поднял все свои связи, нанял множество ищеек, разговаривал с магами, даже не брезговал воровством, когда появлялась хоть малюсенькая зацепка, что в какой-то книге или документе есть хоть какая-та информация. Однако у меня не было ничего, кроме собственных догадок.

Устав от поисков, я на время прекратил их. Всё чаще появлялись мысли о том, что всё это могло быть просто совпадением, а воспоминание о том разговоре, где родители говорили о проклятии — просто плод моего больного воображения.

Всё изменилось, когда Егор встретил истинную. Страхи вновь возродились в моей душе, но я упрямо отгонял их. Больше пятнадцати лет не дали поисков. О чём тут говорить? Я не был готов вновь помешаться на этом и…

Я очень пожалел об этом решении, ведь вскоре истинная моего сына умерла. После этого я вновь занялся поисками. Егор был изолирован, а Дима и так очень переживал из-за того, что произошло с его братом. Именно поэтому я им ничего не сказал.

Когда Дима встретил Настю и принял её за истинную, меня не было в стране. Мне пришлось уехать по следам очередной зацепки, которая принесла очередное разочарование. По телефону сыновья решили не делиться со мной столь радостной новостью и ждали моего возвращения. Я вернулся как раз в тот день, когда Егор рассказал обо всём Диме. Мы вместе изолировали Дмитрия, волк которого вышел из-под контроля. Я хотел сразу отправиться к тебе и твоей семье, чтобы поговорить, но решил дождаться, пока моему сыну станет лучше.

А когда мы всё-таки приехали вместе с