Наперекор судьбе - Кира Стрельнева

Чудо случается. Я всё-таки открываю дверь и, заскользнув внутрь, захлопываю её. Оказавшись в спальне, я залезаю на кровать, поджимаю ноги к груди и даю, наконец, волю слезам.

Когда Николай Сергеевич рассказал мне о гибели Егора, я всеми силами старалась держаться. Мне нужно было в первую очередь помочь отцу, потерявшего своего сына.

В те часы я действовала чётко. Отвезла домой, помогла собрать вещи первой необходимости, купила билет на самолет и отвезла в аэропорт, откуда он должен был добраться до города, где погиб его сын.

Машина Егора взорвалась, когда он был за рулём. Именно это Николаю Сергеевичу сообщил по телефону сотрудник полиции. Эта новость потрясла нас.

До сих пор не могу осознать, что Егора действительно больше нет…

Такой молодой, красивый, умный, добрый. Ему бы ещё жить и жить, но судьба оказалась слишком жестокой и забрала его в расцвете лет.

У Егора была тяжёлая жизнь, но он очень сильный оборотень и смог пережить даже гибель своей истинной. После этой трагедии он только сейчас начал возвращаться к жизни, и вот она уже оборвалась.

Господи, ну почему же так больно?

Я… я больше не могу быть сильной. Как же я устала…

— Ника, что с тобой?

Я совершенно не успела понять, когда оказалась в спальне не одна. Просто будто очнулась от звука взволнованного голоса своего любимого, который вскоре прижал меня к своей груди. Вцепилась в его рубашку и разрыдалась ещё сильнее.

Ну почему, почему именно он?

— Милая, да что случилось? Ты пугаешь меня.

— О-он п-п-погиб…

— Кто погиб? О ком ты говоришь?

— Е-егор.

Больше Максим меня ни о чем не спрашивал. Просто обнимал и не выпускал из своих рук, будто желая перенять от меня хоть часть моей боли.

Только вот это невозможно.

Эта боль останется со мной навсегда.

* * *

Утром мне с огромным трудом удалось встать с кровати. Помылась, переоделась и постаралась косметикой скрыть следы бессонной ночи. Я должна сегодня выглядеть как обычно.

Николай Сергеевич попросил меня быть рядом с Димой, пока его не будет, и что самое сложное — скрыть от него новость о гибели Егора до его возвращения.

Именно поэтому я должна сегодня сделать вид, будто ничего не произошло.

Не представляю даже, как это вообще возможно…

— Ника, может, тебя отвезти в больницу?

— Не стоит, — качаю я головой. — Я справлюсь сама.

— Уверена?

— Да.

— Ладно, но как доедешь до больницы — позвони. Хорошо? — согласно киваю. — Не нравится мне всё это, — взволнованно добавляет мой муж. — Мне кажется, нам стоит нанять для тебя охрану.

— Делай, как считаешь нужным, — пожимаю я плечами.

За ночь слёзы закончились, и теперь на меня напала какая-то апатия. Будто за ночь я лишилась всех своих чувств и эмоций.

— Я тогда сегодня займусь этим вопросом.

— Ладно.

Добралась до больницы и тут же набрала мужа, доложив, что всё со мной нормально. По дороге к палате встретила лечащего врача Димы, который сообщил хорошую новость. Оказывается, сегодня во второй половине дня Меркулова выписывают, так как он оказался достаточно сильным оборотнем, у которого отличная регенерация.

Тяжело вздохнула, выслушивая это известие. Значит, сегодня мне надо заняться его выпиской и доставкой до дома.

И как же мне объяснить ему отсутствие его отца?

* * *

— Привет! Ну как себя чувствует наш больной?

Сложно улыбаться с таким видом, будто ничего не произошло. Однако мне пришлось это делать, надев на лицо маску беззаботности.

— Не называй меня больным, — поморщился Димка. — Я, между прочим, себя отлично чувствую!

— Да, твой врач сказал, что уже сегодня во второй половине дня тебя выпишут, — кивнула я, устраиваясь на стуле рядом с кроватью.

— Отличная новость! Если честно, то терпеть не могу больницы!

— А ещё, скорее всего, ты не любишь валяться без дела.

— Угадала! Я не привык бездельничать. У меня на самом деле всегда очень мало свободного времени. Бизнес отца и дела стаи всегда отнимали много времени. Мой отец хоть и не альфа, как твой, но второй по силе оборотень в стае. Его многие уважают. Поэтому они с нашей альфой работают вместе на благо всей стаи, а я им помогаю.

— Не можешь быть в стороне?

— Да. Никогда не мог.

— Поэтому и занимаешься благотворительностью?

— Верно, — кивает Дима. — Помнишь, я как-то обещал тебя свозить в приют для животных, которому помогаю?

Вспомнила нашу с ним совместную прогулку, когда неспешным шагом мы шли по ночному городу. Тогда мы с ним говорили обо всём на свете, и я впервые увидела в нём не просто истинного сестры или своего, а доброго и заботливого мужчину, которому не всё равно на окружающих.

— Да, ты обещал меня познакомить с замечательным псом. Ты говорил, что у него добрые глаза, и он встречает всех, виляя хвостом.

— Ты и это помнишь? — удивился оборотень.

— А почему я должна была это забыть?

Дима некоторое время молча смотрел на меня, будто бы изучал. От его взгляда мне почему-то стало не по себе. На мгновение показалось, что сейчас он может прочесть меня, как открытую книгу. И это пугало до дрожи в теле.

— Знаешь, надо мне всё-таки исполнить своё обещание. Как насчёт того, чтобы сделать это после моей выписки?

— Конечно. Выберем день и обязательно съездим, — соглашаюсь я.

— Не спешишь сегодня никуда?

— Нет. Я дождусь, пока тебе выпишут, и отвезу домой.

— Неудобно тебя напрягать. Я позвоню отцу, и он заедет за мной.

— Николай Сергеевич уехал из города. У него наметилась срочная командировка. Поэтому пока его нет, я буду за тобой присматривать.

— Ник, я не ребёнок, чтобы за мной присматривать, — рассмеялся оборотень.

— Но ты ведь не будешь против, если я всё-таки позабочусь о тебе? — хитро спрашиваю.

— Нет, конечно. Мне будет очень приятно.

— Вот и договорились, — киваю я.

— А не знаешь, что там за дела у отца появились? Куда он уехал?

— Понятия не имею, — вру я. — Ему просто вчера позвонили, когда мы вместе покидали больницу. После этого он сказал, что ему срочно надо уехать ненадолго.

— Странно, что он не предупредил меня, — задумчиво проговорил Дима.

— Он сильно спешил. Да и наверняка не хотел тебя лишний раз беспокоить вопросами о работе, — пожала я плечами.

— Да, наверное, так.

За разговорами время пролетело незаметно. Тему о его отце мы больше не поднимали, и я искренне была этому рада. Около двух часов дня появился врач. Он осмотрел напоследок Дмитрия и выписал его.

Собрав все вещи, мы покинули больницу.

Дорога