Она и зверь. Том 3 - Maginot

уст любимой было мучительно. Мучительнее, чем Бенджамин мог даже предполагать. Он был болен этой любовью, точно лихорадкой, и теперь хотя бы знал ответ. Он признался ей в своих чувствах, хотя раньше страшился признаться в них даже самому себе. Разве нельзя было считать это победой? Бенджамин с трудом, но все же искренне улыбнулся.

– Астина, я буду поддерживать тебя в том, чего ты хочешь, какой бы путь для себя ты ни выбрала в будущем. В этом заключается вся моя любовь к тебе.

Астина пристально рассматривала Бенджамина. Он почти не был похож на Эльсиера: их роднили лишь блестящие золотые волосы. Кровь, размытая за несколько поколений, не позволила Астине погрузиться в ностальгию. Бенджамин настолько отличался от Эльсиера, что ей трудно было поверить в их родство. В отличие от родства Теодора с Териодом, который был точной копией своего далекого предка. Так почему же она не могла найти сходств в чертах лица? Скорее, они крылись не во внешности, а в отношении. Эльсиер был надежным другом и подчиненным Мартины, Бенджамин же – опорой для Астины. Но Эльсиер никогда не питал к ней романтических чувств. Бенджамин был совершенно другим человеком, но Астина все же нашла в нем отголоски старого друга. Прямодушного рыцаря, который посвящал себя ей.

Она первой нарушила повисшую тишину:

– Бенджамин, когда мы впервые встретились, ты был довольно неуклюжим джентльменом.

Астина вспомнила Бенджамина, который непринужденно просил ее о поединке, хотя они только что познакомились. Его нежные юные руки незаметно стали руками мужчины. Лишь сейчас Астина увидела эту разницу. Шесть лет – достаточное время, чтобы крупица симпатии стала чем-то серьезным. За эти годы не изменилась только Астина. Потому что не могла этого сделать.

– А ты была уже весьма зрелой леди, – Бенджамин слегка улыбнулся, странным образом повторив ее мысли. Даже после отказа он по-прежнему вел себя как верный друг.

Астина продолжила более спокойно:

– Я сильно удивилась, когда ты приволок Адольфа со словами, что заставишь его извиниться. Честно говоря, я не ожидала к себе хорошего отношения в классе фехтования. Ведь я совсем не умею угождать другим. И все же ты подошел ко мне без предубеждений.

После того как Астина победила в поединке и заняла тренировочный зал, Адольф, как и обещал, не приходил туда во время ее тренировок. Если бы он должным образом извинился, Астина не стала бы настаивать на этом, но Адольфу была важнее его гордость. Именно Бенджамин привел его и заставил извиниться перед Астиной. Именно после этого случая Астина прониклась симпатией к Бенджамину и продолжила с ним общаться.

– Ты хороший человек, Бенджамин. Ты сможешь встретить кого-то лучше, чем я, – глядя ему в глаза, сказала Астина со всей искренностью, на какую только была способна. И мягко закончила: – Поэтому, пожалуйста… дай это обещание кому-то более дорогому. Кому-то, кто сможет его принять.

От решимости в голосе Астины лицо Бенджамина исказилось. Он еле слышно прошептал:

– Ты не можешь дать мне хотя бы шанс?

Астина застыла.

– Если ты когда-нибудь расстанешься с эрцгерцогом… Может быть, ты сможешь прийти ко мне… – Он сделал рваный вдох. – Я не могу надеяться даже на это?

Астина уже открыла было рот, пытаясь найти подходящие слова, но не успели они слететь с ее уст, как кто-то другой прервал это мучительное молчание.

– Не знал, что у нового принца есть грязная привычка соблазнять замужних женщин.

Бенджамин резко обернулся на звук ледяного голоса, и Астина увидела, как удивление на миг исказило его черты. Ее же лицо окрасило чувство вины. Тяжелую штору отдернули с такой силой, что кольца на карнизе звякнули. В проеме стоял эрцгерцог.

Бенджамин растерянно застыл из-за появления супруга той, кому он только что признавался в любви. Однако растерянность эта длилась лишь мгновение.

Бенджамин выпрямился, и в его глазах вспыхнул вызов. Он прекрасно знал о фиктивности этого брака – о контракте, который связывал Астину с эрцгерцогом лишь на бумаге. И теперь, когда боль отказа все еще терзала его изнутри, эта мысль придала ему смелости.

«У него нет права, – пронеслось в голове Бенджамина. – У этого человека нет права претендовать на ее сердце».

Мужчина, который подверг свою жену опасности, который едва не погубил ее, не заслуживал называться достойным супругом.

Пристально, с вызывающей дерзостью глядя эрцгерцогу прямо в глаза, Бенджамин саркастично отчеканил:

– Грязная привычка, говорите? Негодяю, который купил невесту, не стоит так говорить, эрцгерцог.

– Бенджамин!

Астина попыталась выйти вперед и примирить их, но Териод оказался быстрее. С окаменевшим лицом он решительно приблизился к принцу. Хоть в его руках и не было того, чем можно было бы нанести вред, походка его выглядела крайне угрожающей. Бенджамин был высок, но Териод был еще выше. Глядя на соперника сверху вниз, эрцгерцог мрачно процедил:

– Если бы вам был ведом стыд, вы бы уже сами отступили.

– Мои чувства не настолько слабы, чтобы я поджал хвост и убежал от соперника.

Услышав колкое замечание Бенджамина, Териод усмехнулся и, насмешливо приподняв бровь, парировал:

– Ваше высочество, это выглядит жалко.

– Что? – скривил лицо Бенджамин.

Не стирая насмешливой улыбки с губ, Териод ответил:

– Как ни старайтесь, произошедшее только что было не более чем грязной манипуляцией. Желать чужую жену? Даже бесстыдство должно иметь пределы. Разве принцу можно пасть так низко?

Не ожидая от Териода подобной резкости, Астина растерялась. Териод, которого она знала, не был груб с людьми. Она впервые видела его настолько взбешенным. И, опешив, даже не успела остановить их перепалку. Первым пришел в себя Бенджамин. Взяв себя в руки, максимально ядовитым тоном он спросил:

– Как думаете, сколько это продлится?

– Что?

– Астина говорила мне, что намерена развестись с вами в течение года. И она не из тех, кто легко меняет однажды принятое решение. – Этот удар не остался незамеченным. Бенджамин восстановил самообладание и улыбнулся. Словно насмехаясь над эрцгерцогом, который отнял у женщины свободу за деньги, он продолжил: – Радуйтесь этому маленькому шансу, но не забывайте, что радоваться вам осталось недолго.

Лицо Териода застыло. В глазах мелькнуло нечто зловещее. С отчетливо выступившими на шее венами он с нажимом произнес каждое слово:

– Не заблуждайтесь, ваше высочество. Думаю, вам следует знать, что у вас нет даже этого маленького шанса.

– Дерзости вам не занимать. Только вот вы тоже еще не завоевали ее сердце.

– И тем не менее она моя жена. – Вызывающее замечание Бенджамина привело его в ярость. Завершив фразу почти рычанием, эрцгерцог резко выбросил руку вперед и с силой толкнул Бенджамина в плечо.