(Не)любимая попаданка дракона - Эльвина Лейн

Конь идет так неровно, что меня постоянно бросает то на Леонарда, то вперед. Приходится постоянно ерзать, чтобы удержаться в седле. Или придумывать поводы для остановок, чтобы просто размять ноги.

Я пытаюсь отвлечься разговорами, но Леонард категорически не желает со мной общаться. Он сидит, вытянувшись по струнке и вцепившись в поводья. Лицо непроницаемое.

— Леонард, с вами всё в порядке? — осторожно спрашиваю я, оглядываясь. — Вы кажетесь напряженным.

Он не отвечает, только сильнее сжимает челюсть и хмурится.

«Дуется», — думаю я. Ну как ребенок, честное слово. Подумаешь, укропом запустила. Что теперь из-за этого не разговаривать с человеком?

— Сейчас поедем прямо к главному суб'баи, — говорит он холодно.

— Прекрасно, — бормочу я. — Надеюсь, он быстро нас отцепит друг от друга. Меня ведь проводят потом домой?

— Проводят, проводят, — странно бормочет он в ответ.

Я хочу уточнить, не он ли будет моим провожатым, но в этот момент перед нами со скрипом открываются железные ворота. Нас встречает гомон голосов. Несмотря на раннее утро, в городе уже кипит жизнь. Хотя то, что я вижу, больше похоже на деревню, чем на город. Вдоль крепостной стены в строй выстроились темные деревянные избушки, а вдоль дороги тянутся лавки ремесленников.

Люди здесь говорливые, шумные и любопытные. Они открыто разглядывают меня и перешептываются. Даже дети сбегаются посмотреть. Видно, что здесь живет простой рабочий люд. Но чем ближе к центру мы подъезжаем, тем красивее и чище становятся улицы. Деревянные дома сменяются каменными, двухэтажными. Появляются магазины, трактиры, пекарни и даже уличные кафе.

Люди здесь выглядят иначе: ухоженные, богато одетые. Мужчины с модными стрижками, женщины похожи друг на друга: в длинных темных платьях и белых чепчиках.

Мы направляемся к замку в центре крепости. Он отделен от города стеной, за которой видны белокаменные башни с золотыми шпилями. На самом высоком развивается флаг с драконом, оскалившим пасть.

Перед нами опускается подвесной мост, и мы въезжаем во внутренний двор. Воздух наполняется сладким ароматом цветов. Они повсюду, из-за чего территория замка кажется раскрашенной в белые, красные и розовые цвета.

Я вдыхаю этот восхитительный цветочный запах и с восторгом смотрю на замок. Не верится, что сейчас буду гулять по нему. Экскурсия по настоящему замку, и совершенно бесплатно. Но мы почему-то проезжаем мимо, сворачиваем с главной дороги и останавливаемся у неприметного каменного домика.

Леонард с облегчением выдыхает и спрыгивает с коня. Он нервно смахивает капельки пота со лба и суетливо приглаживает волосы.

«Бедный», — думаю я. Тоже плохо переносит верховую езду.

Пока Леонард стучит в дверь домика, я пытаюсь слезть с лошади. Но нога соскальзывает, и я неуклюже повисаю на седле. Платье задирается. В панике я пытаюсь его поправить, но теряю равновесие и падаю на каменную дорожку.

В лодыжке вспыхивает острая боль, из глаз брызжут слезы. Я вскрикиваю так громко, что стража у ворот настораживается.

— Ой, больно, — хнычу я.

Леонард подбегает мгновенно, но вместо помощи сурово нависает надо мной.

— Что ты опять придумала, дезер'ра? — шипит он.

Я всхлипываю и смотрю на Леонарда, стараясь выразить всё своё возмущение его вопросом. Затем показываю на распухшую лодыжку. Он тяжело вздыхает и присаживается рядом. Внимательно осматривает щиколотку и накрывает ее ладонью. Его пальцы шершавые и горячие. Он осторожно ощупывает мою стопу, но я замечаю, что смотрит он не на нее. Его взгляд устремлен выше — на мои колени.

— Куда это вы смотрите? — озадаченно спрашиваю я.

Леонард вздрагивает и резко поднимает на меня глаза. От его пронзительного взгляда ёкает сердце.

— Никуда, дезер'ра. — Он поспешно встает.

Ну-ну, знаю я эти ваши «никуда». Думает, я не вижу, как у него глаза блестят? Я еще в лесу заметила, как он смотрит на мои плечи. Неудивительно, учитывая, в каких одеждах ходят местные дамы.

— Можешь идти? — строго спрашивает Леонард.

Я пытаюсь встать, но боль снова пронзает лодыжку.

— Не могу, — я шмыгаю носом, с ужасом думая о том, на каком уровне здесь медицина.

— Какая же ты проблемная, — бормочет он и подхватывает меня на руки.

— Ой! — от неожиданности я обвиваю руками его шею и чувствую, как напрягается его тело.

Он ногой толкает дверь и вносит меня в домик, похожий на сувенирную лавку. Медальоны у входа звенят при нашем появлении. На полках стоят статуэтки, покрытые странными мерцающими узорами.

Леонард сажает меня прямо на прилавок и нажимает на колокольчик. Из глубины коридора бесшумно появляется светловолосый парень. Высокий, широкоплечий, с тонкими чертами лица. На нем серая рубаха и штаны, на рукавах — гербовая нашивка, как у суб'баи.

Я смахиваю слезы и поправляю волосы. Бабушка всегда говорила, что при общении с людьми главное — улыбка и вежливость, особенно если тебе что-то от них нужно.

— Здравствуйте! — несмотря на боль в лодыжке, я улыбаюсь. — Вы главный суб'баи? Меня зовут Виктория, и мне нужно вернуться домой. Снимите, пожалуйста, путы. — Я протягиваю ему руки. — Я очень тороплюсь.

Парень странно усмехается и смотрит на Леонарда.

— Здравствуй, Отис, — приветствует тот.

— Суб'баи, вы быстро вернулись. И не один, — парень с интересом разглядывает меня. Но, взглянув в лицо, его улыбка меркнет. — Как жаль, — говорит он, глядя на мой шрам.

— Знаю, — мрачно бросает Леонард. — Путы бы снять.

— Снимем, снимем, — задумчиво тянет парень. — Только вот куда ее? Слишком заметный изъян.

— Что значит «куда»? — возражаю я. — Домой, конечно. Мне срочно нужно вернуться. Меня хозяйка квартиры ждет. Вы что, не слушаете? Леонард? — я оглядываюсь на него. — Объясните ему, что меня нужно отправить обратно.

— Извини, Отис, — говорит Леонард. — Эта дезер'ра удивительно бестолковая. Никак не поймет, что не вернется обратно.

Я открываю рот, чтобы возмутиться, но Отис меня опережает:

— С изъяном, да еще и бестолковая. Значит, придется отправить её в прачки.

— В прачки? — я не верю своим ушам. — Какие еще прачки? Вы шутите?

— Какие уж тут шутки.

— Уважаемый Отис, — взволнованно тараторю я, — вы, наверное, не расслышали. Мне…

— Где главный? — перебивает Леонард.

— Так нет его, — с досадой говорит Отис, протягивая Леонарду черный потрепанный журнал. — Сами очень ждем, но он застрял на севере страны. Говорят, дороги перекрыли.

— Дороги? Из-за чего? — настораживается Леонард.

— Не знаю. Но ходят слухи о волнениях на границе. Так что со снятием пут пока проблемы.

— Что значит проблемы? — восклицаю я. — Разве вы не главный суб'баи?

Парень качает головой, с насмешкой глядя на меня. Моя растерянность явно его забавляет.

— А вы не можете их снять? Мне очень нужно. Прямо сейчас. Я спешу домой. — Я строю жалобное лицо и хлопаю ресницами, но Отис не